Нелюбовь - Елена Сокол

– Алена! – Не выдерживаю я.

Срываюсь с места и почти бегу навстречу, чтобы увести ее, но она уже закончила разговор и идет ко мне.

– Что он тебе сказал? Он тебя оскорбил? – Спрашиваю я ее. – Обидел тебя?

Мы со Стасом обмениваемся угрожающими взглядами.

– Да ничего. – Отмахивается она. – Придурки они все. И бездельники.

Ее слова снимают камень с моей души.

Я спешу увести девочек из спортзала. Не знаю почему, но мне хочется сделать это поскорее.

Прежде, чем выйти за дверь, Алена оборачивается, и я делаю то же самое. Конечно же, Кощей провожает нас взглядом. Стоит, сложив руки на груди, и нагло ухмыляется. Ненавижу его за эту ухмылку еще больше!

7.1

АЛЕНА

– Так что он тебе сказал? – После третьего урока Тая тащит меня в столовую.

– Кто? – Я пытаюсь понять, о чем она говорит.

Мои мысли были заняты долгими и нудными разъяснениями учителя литературы о том, как писать эссе по прочитанному.

– Кто-кто, Кощей, конечно! – Восклицает подруга.

Я оборачиваюсь, чтобы убедиться, что нас никто не слышит. Никита с Денисом идут следом, оживленно обсуждая что-то совершенно не касающееся литературы: скорее всего, спорт – так активно они жестикулируют. Другие ребята тоже заняты болтовней, поэтому до нас никому нет дела.

– Да ничего такого не сказал. – Отвечаю я негромко. – Нес какую-то ерунду про то, что тот парень оказался в сундуке за неспортивное и не мужское поведение. Сказал, что это у них шутки такие, и они сами разберутся.

– И все? Больше ничего?

– Нет. – Я пожимаю плечами.

– А про то, как ты прекрасна? – Таисия игриво двигает бровями. – Он ведь так на тебя смотрел!

– Кощей? – Удивляюсь я.

– Ага.

– Что-то не заметила.

– У него аж слюна на пол капала! – Заверяет подруга. – Я уверена, во время первого урока кто-то поскользнулся на ней, упал и сломал ногу.

– Фу! – Морщусь я. – Фу-фу!

Мы заходим в столовую, берем подносы и встаем в очередь.

– Неужели, даже комплимент тебе не сделал?

– Не-а. – Отвечаю я, складывая на поднос картошку с тефтелями и компот. – Кощеев – грубиян и с трудом может связать пару слов. Мне еще повезло, что я не оказалась в том сундуке. Ему ничего бы не стоило обидеть девчонку.

– Девчонка девчонке рознь. – Усмехается Тая. – Такая как ты может и в нос засандалить!

– Тоже верно.

– Хотя, о чем это я. – Она берет салатик и булочку. – Ты же на пути пробуждения женственности. – Подруга придвигается ближе и шепчет мне на ухо. – Ты бы только видела, как взбесился Высоцкий! Он чуть не закипел, как чайник! Аж пар из носа повалил!

– В смысле? – Я оборачиваюсь к ней.

– Ему жутко не понравилось, что вы общались со Стасом.

Я бросаю взгляд на Никиту через ее плечо, затем снова смотрю на Таю.

– Тебе показалось. Он просто переживал, что я лезу не в свое дело.

– Да уж. Как же.

– Ты бы только знала, сколько раз в детстве ему приходилось заступаться за меня, когда я нарывалась на старших ребят из-за своего длинного языка. Никто не хотел связываться с девчонкой, поэтому в драках за меня отхватывал Никита. Я бегала, дразнила старшаков, а он расплачивался. На нашей улице меня за это звали «Лелька-боевик», а его «Никитос-броневик»!

– Расскажешь эту романтичную историю вашим детям. – Приложив ладонь к сердцу, мурлычет Тая. И тут же возвращает лицу серьезное выражение. – Я что, не могу отличить тревогу от ревности? Да его перекосило так, что я моментально вспомнила пять признаков подступающего инсульта из медицинской памятки! Пока Кощей пожирал тебя глазами, Высоцкий становился все мрачнее тучи! А как он не выдержал и метнулся за тобой? Смех!

Я бросаю недоверчивый взгляд на Никиту. Он с большим интересом изучает ассортимент блюд на раздаче. Котлеты явно привлекают его больше, чем я. «Бред, точно бред».

– Прическа, походка – все это работает. – Зудит Тая, когда мы расплачиваемся и идем к столику. – Ты начала меняться, и это видят все. А завтра добавим легкий макияж, немного изменим стиль одежды и откроем твои красивые ножки. Поклонников будет столько, что Никитке еще придется побороться за твое внимание.

– Не уверена, что со мной это сработает. – Говорю я, усаживаясь за стол.

– А разве ты не кайфанула сегодня утром? – Прищуривается Тая, садясь напротив. – Когда Высоцкий вытаращился на тебя и заблеял, как баран? «Бэ-э-э! Пы-пы-привет! А что это, бэ-э-э, с твоими волосами?» – Изображает она кого-то умственно-отсталого.

Но получается очень смешно, и я хихикаю в ладошку.

– Вот именно! – Ударяет по столу подруга. – Да я сама там чуть не описалась со смеху! Видеть, как он обалдел, – сплошное удовольствие!

– Ну, да. Если честно, мне было приятно.

– Во-о-от! – Подхватывает она. – Ты входишь во вкус! – Тая оглядывает столовую. – Тебе нужно больше практики.

– Какой еще практики?

– Во флирте. Нужен парень, с которым ты будешь заигрывать у Высоцкого на глазах. Тебе приятно будет ощутить интерес к себе, а он лишний раз задумается о том, что ты, вообще-то, востребована, и у тебя есть сиськи.

– Тая! – Краснею я.

– А что? Если он этого не замечает! Нам нужно сделать все, чтобы он перестал видеть в тебе сестру и увидел привлекательную девушку. А у девушек есть грудь, и это не тот факт, который следует скрывать. Завтра обтянем ее во что-нибудь тесное, чтобы… О! Разве это не твой приятель с факультатива? – Таисия беззастенчиво тычет пальцем в дальний столик. – Ты же хотела перетереть с ним по поводу участия в группе? Давай, дерзай.

– Чего? Сейчас?

– Прямо сейчас! – Она в нетерпении стучит по столу. – Иди! И веди себя увереннее. Не забывай улыбаться, поправляй волосы, смотри ему в глаза. Флиртуй! Отчаянно и дерзко!

– Что-то я не уверена…

– А, ну, пошла. – Цыкает на меня Тая. – Давай-давай!

– Эй, а ты куда? – Спрашивает Никита, когда я поднимаюсь из-за стола.

Они с Денисом подошли к нам с подносами.

– Я на минутку, сейчас вернусь.

– Она куда? – Уточняет он у Таи, опуская поднос на стол.

– Кажется, поздороваться с Семеном. – Улыбается Тая.

И взглядом подбивает меня действовать решительнее.

Кивнув, я отправляюсь к столику, за которым в одиночестве обедает Кирилл Семенов. У него спутанные темные волосы, забранные в низкий хвостик, длинный тонкий нос и такие же длинные пальцы. Парень одет во все темное, он слегка сутулится и выглядит задумчивым, хмурым и нелюдимым. На самом деле, это прекрасный набор характеристик для музыканта, ведь все творческие люди в той или иной мере должны быть слегка не от мира сего.

Двигаясь к нему на ватных ногах, я пытаюсь унять сердцебиение. Волнение внутри меня хлещет через край. Как на расстоянии показать Никите, что мы не просто разговариваем, а флиртуем? Может, мне следует сесть на стол? Нет, как-то неприятно, когда ты ешь макароны, а какая-то девица задницей плюхается на стол всего в полуметре от тебя. Может, громко рассмеяться? Нет. Будет выглядеть неестественно.

И, окончательно растерявшись, я замедляю шаг. Еще не поздно развернуться и уйти обратно, но тут Кирилл поднимает на меня глаза.

– Алена?

– Привет. – Глупо улыбаюсь я. Прочищаю горло, неловко дергаю плечами и нервно спрашиваю. – Можно?

– Да, садись. Конечно. – Растерянно отвечает он.

Я оборачиваюсь и через плечо смотрю на своих друзей. Тая показывает большой палец вверх, а Никита смотрит на нас во все глаза.

«Так ты хочешь, чтобы он увидел в тебе девушку? Хочешь, чтобы он ревновал или нет?» – устало вопрошает мой внутренний голос.

«Да, очень хочу», – отвечаю я.

«Тогда хватайся за любые шансы. Борись!»

Я поворачиваюсь к Кириллу.

– Спасибо. – Мило улыбнувшись, придвигаю стул и сажусь.

«Нужно что-то сказать. Что-то сказать. И желательно что-то умное».

– Как макароны? – Выпаливаю я.

7.2

НИКИТА

– Что она делает? – Я бы и рад приступить к обеду, но никак не могу оторваться от наблюдения за странным общением Алены и Кирилла.

– Наверное, в красках рассказывает ему о прелестях его будущего участия в вашей группе. – Ухмыльнувшись, отвечает Тая.

– Да она почти лежит перед ним на столе!

– Просто положила руки. – Парирует Тая.

– И голову!

– У них, судя по всему, очень комфортное общение. – Замечает Денис, бросив на них короткий взгляд. – Так что ударник в твоей группе скоро будет, можешь даже не сомневаться.

Откуда-то из глубин моей души прорывается возмущение. Оно удушливой волной давит на грудь, обвивает шею. «Да этот Семенов просто угрюмый неудачник, возомнивший себя гением музыки – зачем Аленка буквально стелется перед ним, чтобы уговорить вступить в наш коллектив? К чему так унижаться?» Или что… что она вообще делает?

Я замираю с вилкой в руке, наблюдая, как моя лучшая подруга улыбается,