Холодное солнце - Эмили Джордж

— Ты хочешь услышать о купании Джоанны?

— Да. Что-нибудь. Все! — с горячностью ответил он.

Дороти издала короткий нервный смешок. Ее ресницы опустились в попытке скрыть все увеличивавшееся внутреннее смятение.

— В нем не было ничего особенного, правда, — отговорилась она, мучаясь сомнениями.

— Дороти, мне интересно все! — Он нежно приподнял пальцем ее подбородок, чтобы увидеть любимые глаза, и просительно улыбнулся: — Ты всегда так забавно рассказывала мне о происшедшем за день. Доставь мне удовольствие, позволь послушать тебя снова.

Она попробовала расслабиться, попробовала ответить, но все, что приходило ей в голову, казалось безнадежно плоским. Ее рассказ прозвучал бы натянуто и фальшиво.

— Прости, Нед. У меня пропало желание рассказывать.

— Позволь, я приготовлю тебе что-нибудь выпить. — Он отпустил ее и прошел в кухоньку, оживленно болтая, словно уговаривая быть с ним прежней. — Раньше ты пила шерри. Тебе можно чуть-чуть или ограничимся чаем? Скажи, чего ты хочешь.

— Немного шерри, думаю, не повредит, — решила она. — Бутылка стоит в шкафу рядом с холодильником. Просто плесни на лед. — Ей будет полезно немного остыть.

— Хорошо. Сию секунду!

Дороти взобралась на табурет по другую сторону кухонной стойки, не предлагая помощи и предоставляя ему все искать самому. Ей было нужно время, чтобы прийти в себя и выбрать линию поведения. Трудно было отказать себе в удовольствии просто любоваться Недом, уверенно передвигавшимся по кухне и смешивавшим напитки так, словно он находился у себя дома. Но не нужно забывать о том, что все может измениться, как только она введет в заданное уравнение дочь, превратив ситуацию в тест.

— Ну как? — спросил он, ставя перед ней стакан, полный колотого льда, который был слегка окрашен янтарным шерри.

— Прекрасно! Спасибо.

— Не за что. А теперь скажи, чего бы тебе хотелось на обед. Сегодня готовлю я.

Дороти отпила из своего стакана, стараясь придумать, как получше сказать ему, что она стеснена во времени.

— Ты просто сиди и отдыхай, а я все сделаю, — продолжал он, давая понять, что не собирается вовлекать ее в интенсивное общение.

— Мы не сможем сегодня долго пробыть вместе, Нед. У меня на семь часов назначена примерка свадебного платья в демонстрационном зале Трейси, а до этого я должна успеть покормить Джоанну. Если тебя это не устраивает…

— Нет, я не могу позволить тебе опуститься до пренебрежительного отношения к еде! — Он покачал головой, нахмурил брови и взглянул на часы: — Пять сорок две. Я сумею приготовить нормальный обед к шести тридцати. Во сколько ты обычно кормишь ребенка?

— В шесть.

— И как долго это продолжается?

— Около двадцати минут.

— В таком случае мы успеем пообедать до того, как ты уйдешь. А потом я все уберу. — … Его лицо озарилось вдохновением. — Ты сможешь оставить ребенка со мной, чтобы ничто не отвлекало тебя от работы.

Это предложение, прозвучавшее экспромтом, поразило Дороти. Она вся извелась, думая о том, как он отнесется к предложению присмотреть за ребенком, а он выбивает почву у нее из-под ног, заявляя такое! Разочарование и смущение, очевидно, были написаны у нее на лице. Решив, что она собирается дать отрицательный ответ, Нед поспешил выложить свои доводы.

— Я ответственный человек, Дороти. Ты можешь не опасаясь доверить мне ребенка. Обещаю — если меня что-нибудь обеспокоит, я немедленно приду к тебе. Ты же будешь совсем рядом! Ну как, я тебя убедил? — настойчиво спросил он.

Она была ошеломлена.

— Я… Ну, если ты считаешь…

— Положись на меня! — почти приказал Нед, устремив свои зеленые глаза прямо ей в душу, непоколебимый в своем решении достичь цели, требующий, чтобы она вняла его словам.

Дороти глубоко вздохнула. Она не собиралась отказываться от его предложения или охлаждать пыл, с которым Нед стремился угодить ей. И хотя средоточием его забот по-прежнему была она сама, но имел ли значение мотив, если в результате он готов потратить свое время и на Джоанну?

— Хорошо, — согласилась Дороти. — Если тебя это не затруднит…

Он просиял, словно выиграл в лотерею.

— Всегда рад помочь! — Энергия Неда била через край, когда он протанцевал к холодильнику и широко распахнул дверцу, чтобы проинспектировать содержимое. — Как насчет большого сочного бифштекса?

— Мне, пожалуйста, маленький.

Сейчас Дороти вообще не была уверена, что сумеет что-нибудь съесть. Нед не только взял верх, но еще и перевернул все вверх дном.

— Салат? Картофель в мундире?

— Да, — не слушая, согласилась она. Было большим облегчением услышать первый пробный крик Джоанны — что-то нормальное, ожидаемое. И никаких сомнений в том, что следует делать!

— Я должна тебя оставить, Нед, — быстро сказала Дороти, соскальзывая с табурета.

Более громкий плач, означавший: «Эй, вы меня слышите?!» — объяснил Неду, куда она собралась. Стараясь привлечь внимание, он поймал Дороти за руку, когда она устремилась в коридор.

— Дороти, ты, гм… стесняешься кормить грудью? — спросил он как-то неуверенно. — Я имею в виду… Может быть, ты принесешь ребенка сюда, тогда мы сможем не расставаться?

Как настоящая семья!..

Эта мысль радостно зазвенела в голове Дороти, словно шарик, надула надежду и обвязала его серебряной нитью.

Она сверкнула улыбкой.

— Я буду через минуту.

Его лицо просветлело.

— Прекрасно!

Нельзя сказать, чтобы она танцевала, идя по коридору, но сердце ее, несомненно, отплясывало. В спальне Дороти, склонившись над кроватью, взяла готовую всерьез расплакаться Джоанну на руки и закружилась вместе с ней.

— Твой папа хочет, чтобы мы были вместе с ним, — весело прошептала она.

Джоанна ответила ей удивленным взглядом и пукнула.

Дороти рассмеялась и понесла ее к пеленальному столику, чтобы поменять подгузник, одновременно гадая, что делать со своей собственной одеждой. Платье нужно было отдавать в чистку. Она вспомнила о роскошном шелковом наряде от Кристиана Диора, который Нед подарил ей ко дню рождения в прошлом году. Но его экстравагантная черно-белая расцветка не сочеталась с ее макияжем. Кроме того, Нед, узнав платье, будет доволен, что она надела именно его. Нет, она останется в черном, немного его почистив.

Как удачно все складывалось! — думала Дороти, приводя платье в порядок. Напряжение, вызванное необходимостью устраивать Неду проверку, исчезло. Когда она вернулась в гостиную, Нед засуетился, устраивая ее и малышку поудобнее в кресле, предлагая принести что-нибудь. Лицо его светилось, когда он увидел Джоанну в действии, — скрыть торжество счастливого отца было невозможно, да Нед и не пытался.