Холодное солнце - Эмили Джордж

Не то чтобы она стремилась безмерно поощрить его, скорее это было обещание, положенное у черты, — на тот случай, если он готов переступить ее, ласково обращаясь с Джоанной. Мать без дочери он не получит. Комплексная сделка! И Джоанна не будет мелкой разменной монетой. Это Дороти твердо решила.

Она подошла к двуспальной кровати, одну половину которой занимала переносная колыбелька, обложенная для большей безопасности подушками. Склонившись над уютно спавшей дочкой, Дороти ощутила свежий сладкий аромат, исходивший от ребенка. Днем она с восторгом искупала Джоанну. Девочка била по воде крошечными ручонками, дрыгала ножками, а ее широко открытые глаза неотрывно смотрели на мать, словно она сомневалась в этом первом опыте, хотя явно наслаждалась им. Мир был абсолютно нов. Оставалось надеяться, что он не обернется к ее дочери своей черной стороной еще долгое, долгое время!

Дороти тихо вышла из спальни и, проходя мимо кухоньки, услышала стук в дверь, испугавший ее и заставивший застыть на месте. Сердце подпрыгнуло, остановилось и вновь забилось с огромной скоростью. Это, должно быть, Нед. Судьба все же решила снова свести их. Про себя она взмолилась о том, чтобы ее не постигло разочарование, собралась, насколько смогла, и проделала оставшиеся два-три шага навстречу отцу своей дочери.

С улыбкой робкой надежды, взывавшей ко всему хорошему, что было в Неде, она открыла дверь. Ее ждала точно такая же улыбка, но она почти не заметила ее. Сердце Дороти сжалось при виде искрящейся энергией мужественности, сразившей ее наповал. Нед был одет в джинсы и рубашку цвета морской волны. Высокая мускулистая фигура, казалось, нависла над ней.

Его волосы были аккуратно причесаны, а лицо так ухожено и красиво, что Дороти не могла оторвать взгляда, впитывая в себя каждую черточку — высокий и широкий лоб с круто изогнутыми бровями, глаза цвета глубокой речной зелени, словно вырезанные резцом скульптора нос и скулы, дразнящую чувственность полноватых губ. Она вдыхала острый запах одеколона, которым Нед опрыскал свои до блеска выбритые щеки, безумно желая попробовать его на вкус, прикоснувшись к небольшой родинке на четко очерченном квадратном подбородке.

— Дороти… — Нескрываемое облегчение и благоговейное любование. Его лицо расплылось в изумленной улыбке. Руки взметнулись вверх в знак высокой оценки представшей перед ним картины. — Ты выглядишь просто фантастически! — Он рассмеялся. — Я не могу опомниться. Ты просто ошеломительно красива!

Она тоже рассмеялась: точно такое же впечатление произвел на нее он.

— Даже твои волосы… — Он удивленно покачал головой.

— Тебе больше нравились длинные?

— Нет, это совсем другое, но тебе идет эта прическа.

Решительные позитивные сдвиги!

— Я знаю, тебе нравятся длинные волосы, но они болтались и мешали мне подшивать подолы у платьев.

Она болтала не переставая, пытаясь справиться с неравным возбуждением.

— Это не имеет значения.

Его глаза добавили, что он восхищался бы ею в любом случае.

— Ты тоже прекрасно выглядишь, Нед.

Он перевел дыхание.

— Можно мне войти, Дороти?

— Ой! — выдохнула она и вспомнила, что вдохнула уже очень давно.

Неуверенность не проходила — словно она была девчонкой на первом свидании, которая хочет, чтобы все было идеально, и боится ошибиться, зайдя слишком далеко или остановившись слишком рано. Это было глупо! У них, в конце концов, уже ребенок! И все же при воспоминании об их близости ей становилось не по себе. Слишком многое положено на весы.

— Я не собираюсь брать тебя штурмом, Дороти, — мягко сказал Нед. — Тебе нужно время, я понимаю.

Облегчение и радость охватили ее, выразившись в ослепительной улыбке.

— Я рада твоему приходу, Нед, — задушевно сказала она и отступила в сторону, чтобы пропустить гостя. — Извини за вчерашний вечер… За то, что вытолкнула тебя так… так…

— Все в порядке, — заверил ее Нед. — Ты, должно быть, переутомилась: ребенок, я и вообще…

— Да, я не знала, что и думать, — выпалила она.

— Мы разберемся, мы обязательно разберемся. — Он серьезно взглянул на нее, ожидая согласия.

Ее сердце исполнилось надежды. Дороти захотелось броситься к Неду, обнять его, поцеловать, безоглядно отдаться ему, наслаждаясь радостью снова быть вместе, зная, что он — ее мужчина, а она — его женщина.

Но Дороти закрыла дверь и попыталась быть благоразумной.

— Да, думаю, нам стоит это сделать, — абсолютно искренне сказала она.

Их вдруг словно окутало облако, перенасыщенное надеждами, мечтами и желанием. Нед, казалось, вошел на цыпочках, а теперь твердо встал на ноги. Его руки потянулись к ней, но он только хлопнул ими и тепло спросил:

— Ну а как сегодня вел себя ребенок?

Ребенок!

Это слово рассеяло горячий туман, окутавший было рассудок Дороти, но на этот раз не обидело ее. Ничего плохого он не имел в виду. Он старается.

— Прекрасно! — Она улыбнулась. — Джоанне так понравилось купание. Ты бы видел ее, Нед! Это было так…

И тут Дороти поперхнулась, вдруг поняв, что сыплет восторгами, как упоенная мать, не представляющая себе иных тем для разговоров, кроме вполне тривиальных действий своего чада. А ведь именно это когда-то раздражало Неда больше всего!

— Продолжай, — попросил он.

Дороти нервно сглотнула. В голове ее вдруг образовалась пустота. Она не знала, какими словами ей рассказать то, что хотела.

— Ты подумаешь, что я растительное существо, — вырвалось у нее вместе с беспомощным вздохом.

— Милая моя, я хочу делить с тобой все! Не отталкивай меня! Пожалуйста!

Мучительная мольба в его голосе, в его взгляде тронула ее сердце.

— Но ты же говорил…

— Забудь все, что я говорил! К нам это не относится!

Она покачала головой, не в силах избавиться от воспоминаний о споре, который разлучил их. Надо постараться хотя бы сделать вид, что того разговора никогда не было!

— Я не хочу наводить на тебя скуку, Нед.

— А ты и не в силах это сделать! — Он шагнул вперед и, инстинктивно подняв руки, сжал ее плечи, словно стараясь передать Дороти свою убежденность. — Видеть твое лицо, просветлевшее от радости, и твои глаза, горящие восторгом, — это никогда мне не наскучит! Я хочу знать, откуда это счастливое сияние, хочу, чтобы оно пролилось и на меня. Оно теплое, прекрасное и… — Он протяжно выдохнул, и его пальцы пробежали по телу Дороти, следуя его желанию вобрать ее в себя всю, но вынужденные ограничиться лишь позволительной нежной лаской. — Пожалуйста, не скрывай от меня ничего.

Ее грудь стала тугой как барабан, и сердце отбивало на этом барабане какой-то дикий ритм. Желание в глазах Неда заставило Дороти почти потерять контроль над собой, и все же слабый голос здравого смысла пробивался сквозь ураган чувств, напоминая о том, чем вызвано ее страстное желание защититься от Неда.