После падения - Анна Тодд

– Тесса, Хардин! – восклицает Карен, откладывая лопатку на противень, и бежит меня обнимать. – Боже, как давно я вас не видела!

Она отстраняется, чтобы посмотреть на меня, и снова крепко сжимает в объятиях. Ее теплый прием – как раз то, что мне нужно после вчерашнего.

– Карен, прошло всего три недели, – грубо кидает Хардин.

Она в замешательстве поправляет волосы и криво улыбается. Понимаю, что нужно как-то устранить неловкость, меняю тему. Спрашиваю, разглядывая заготовки для выпечки, разложенные на столе:

– Ммм, что печешь?

– Кленовое печенье, кленовые кексы, кленовые слоеные пирожные и маффины.

Карен тянет меня за руку, оставляя Хардина хмуриться в углу в одиночестве.

Не обращаю на него внимания и снова смотрю на молодую женщину, теряясь в догадках, как представиться.

– Прошу прощения, – спохватывается Карен. – Нужно было сначала вас познакомить. Это София, ее родители живут недалеко, сразу у дороги.

София улыбается и протягивает мне руку.

– Приятно познакомиться, – говорит она с улыбкой.

Она красивая. Очень. Яркие глаза, приветливая улыбка, она явно старше меня, хотя не старше двадцати пяти.

– Я Тесса, мы дружим с Лэндоном.

Хардин кашляет у меня за спиной, явно неудовлетворенный моим ответом. Я полагаю, София знает Лэндона, и, учитывая утренние события, мне так проще.

– Я еще не знакома с Лэндоном, – говорит София. У нее такой нежный голос, она мне нравится.

– Да? – Я в замешательстве, вообще-то я думала, раз ее родители живут у дороги, они знакомы.

– София недавно окончила Кулинарный университет в Нью-Йорке, – хвастается за нее Карен, и София улыбается.

Я даже не против: если бы я окончила лучший в стране кулинарный университет, я бы тоже позволила другим людям погордиться мной.

– Я приехала к родителям в гости и встретилась с Карен, она там сироп покупала, – улыбается София, показывая глазами на заготовки на столе.

– Это Хардин, – говорю я, имея в виду угрюмого парня за моей спиной.

Она приветливо улыбается:

– Приятно познакомиться.

Он даже не смотрит на нее, только кивает:

– Угу.

Я пожимаю плечами и сочувственно ей улыбаюсь, потом оборачиваюсь к Карен.

– А где Лэндон?

Она переводит взгляд то на Хардина, то на меня, а потом отвечает:

– Он наверху, неважно себя чувствует.

Все внутри меня переворачивается: с моим другом что-то не так. Я точно знаю.

– Я посмотрю, – говорит Хардин.

– Подожди, я пойду, – останавливаю я его.

Если у Лэндона проблемы, то в присутствии Хардина он нуждается меньше всего.

– Нет, я пойду, – качает головой Хардин. – А ты съешь кленовое пирожное или еще чего-нибудь, – дает он понять, что спорить бесполезно.

София и Карен смотрят ему вслед.

– Хардин – сын Кена, – объясняет Карен Софии.

Даже несмотря на его поведение, она говорит о нем с гордостью.

София понимающе кивает.

– Он очень милый, – замечает она, и мы все трое начинаем хохотать.