Это и есть любовь? - Дженнифер Хейворд

– Тогда мы с Рокко были в ссоре. Признаю, неподходящий день для выяснения отношений. Но Рокко чуть не изошел от ревности к моему бывшему жениху – Гуиллермо Виллануэве. Я еле убедила его, что между нами все давно кончено.

– Что-то не припомню, чтобы Рокко за кем-нибудь так бегал, – констатировал Стефано.

– Значит, я была первой, – расплылась в улыбке Оливия.

Рокко стиснул зубы. Он не мог убрать ее ладонь со своего бедра, потому что свободной рукой он держал ее правую руку. Вместо этого он сильно сжал ее:

– Я за тобой не бегал.

– Еще как бегал, дорогой.

Глаза Оливии блеснули, когда она повернулась к нему лицом, а ее ладонь еще сильнее сжалась на бедре Рокко.

– Ты приходил ко мне с цветами и читал стихи. – Она перевела взгляд на Стефано: – Вы знали, что ваш непокорный и неприступный друг пишет стихи? Конечно, не шедевры поэзии, но и не самые худшие, что мне посвящали в жизни. – Теперь Оливия положила голову на плечо своему «жениху». – В общем, его ревность была беспричинной. Он прекрасно знает, что другие мужчины для меня не существуют.

Щеки Рокко мгновенно стали пунцовыми. Чувствуя уплотнение в области паха, он попытался собраться с мыслями. Ему стало ясно, что происходит. Там, в раздевалке, Оливия прочла желание в его глазах и теперь использовала его в своих целях.

Он отпустил ее руку и, убирая ладонь Оливии со своего бедра, поднес ее к губам.

– Да, я знаю, аморэ мио. Но прошу тебя, прекрати раскрывать все наши тайны.

– Нет-нет, наоборот, – запротестовал Стефано. – Прошу вас, все это очень интересно.

Рокко крепко сжал ладонь Оливии.

– Она из любого мужчины сделает поэта. – В его голосе был неприкрытый сарказм.

– Не сомневаюсь, – признался Стефано. – Надеюсь, на свадьбе ты прочитаешь одно из своих стихотворений. Уверен, никто не сможет сдержать слез.

Ситуацию спас сомелье, поднесший Стефано вино. Сицилиец взглянул на этикетку, кивнул и распорядился, чтобы тот открыл бутылку.

– Но когда состоится эта звездная свадьба? – спросил он, когда сомелье отошел от столика.

Оливия подвинулась поближе к Рокко и вновь положила руку ему на бедро:

– Мы еще не определились с датой. Весь следующий год мы перегружены работой. Так что не раньше следующего лета. Но обещаем, что не будем тянуть с детьми.

Стефано округлил глаза, а Рокко едва не подавился глотком воды:

– Дорогая, признаться, настолько далеко я еще не заглядывал.

Пальцы Оливии скользнули по его бедру ближе к паху. Еще сантиметр, и она почувствует его нарастающую эрекцию.

Этим же вечером. После ужина. Он задушит ее, если не узнает, куда делась та напуганная, взволнованная женщина, которую он привез в Нью-Йорк.

– Может быть, уже взглянем в меню? – предложил Рокко, терзаясь самыми противоречивыми мыслями.

* * *

Поворот долгожданного ключа в двери громом прогремел в ушах Оливии после давящей тишины по пути из ресторана. Рокко не сказал ни слова, а на его лице было поистине пугающее выражение.

Но разве не идеально она сыграла роль его невесты? Даже у Стефано не осталось ни тени сомнений.

Дверь с грохотом захлопнулась, и Рокко повернулся к Оливии лицом.

– Что, черт возьми, это было? – прорычал он.

Оливия откашлялась.

– Ты ведешь себя странно. Стефано бы не купился, если бы я вела себя как обычно.

Между ними было не больше полуметра. Сердце его билось так сильно, что Оливия, казалось, слышала каждый удар.

– А твое поведение не кажется тебе странным? Твоя рука была у меня между ног! – воскликнул Рокко.

Щеки Оливии залились румянцем.

– Признаю, с этим я перегнула. Прости.

Его взгляд был поистине испепеляющим.

– Извинениями ты не отделаешься. – Рокко выдержал недолгую паузу и продолжил: – Я хочу, чтобы твоя рука снова оказалась там же. Прямо сейчас. И не только рука.