Это и есть любовь? - Дженнифер Хейворд

– Ты пришла, – тихо сказал Рокко.

– Конечно, – ответила Оливия, крепко сжимая его ладони. – Прости, что опоздала. Ты выглядишь потрясающе.

– А ты, – начал он, с трудом подбирая слова, – ты как принцесса, пришедшая из сказки. Прошу, скажи, что ты не исчезнешь.

– Я люблю тебя, Рокко, – прошептала Оливия. – Ты помог мне не бояться прошлого. Я тоже хочу помочь тебе, если ты позволишь.

Для Рокко ее слова словно остановили вращение планеты. Какое-то время он обдумывал их, будто вкушая всю их ценность.

– Я боялся, что у меня не будет шанса это сказать, – проговорил он, поднося к губам ладони Оливии.

Она не сводила с него своих блестящих голубых глаз:

– Скажи. Я так хочу это слышать.

Рокко прижался к ней щека к щеке.

– Оливия Фицджеральд, – начал он. – Я всем сердцем люблю тебя с того момента, когда обнял тебя в Нью-Йорке.

Она крепко прижалась к нему, слушая его низкий голос.

– Ты была права. Я всегда ставил работу превыше всего, потому что боялся повторить судьбу своего отца. Не хотел показаться слабым. Но когда в моей жизни появилась ты…

– Рокко… – перебила Оливия, но он приложил палец к ее губам.

– Нет больше никакого контракта. Ты сама вправе решать, выходить за меня замуж или нет. Продолжай работать с Марио, доведи до конца вашу с Марио коллекцию и заставь меня гордиться собой. Это для меня главное. Ты для меня главное.

Глаза Оливии заблестели, и вступительная песня подошла к концу.

Престарелый священник начал церемонию. Рокко встал рядом с Оливией, не выпуская ее руку. Спустя лишь пару минут этот священник объявит их мужем и женой.

– Жених может поцеловать невесту, – объявил он.

И этот поцелуй был таким долгожданным, что Рокко хотел взять от него все. Кристиану пришлось в шутку разнимать их.

Под гром аплодисментов они спускались по ступенькам как муж и жена.

После первого танца молодых Рокко подвел жену к ее отцу. По традиции, второй танец она должна была танцевать с ним.

– Видно, что тебе хорошо с Эллой, – сказала Оливия. – Я рада за вас.

– Как и тебе с Рокко, – ответил отец. – Лив, я…

Она покачала головой:

– Не надо, папа. Я все понимаю. Честно.

Его глаза наполнились слезами.

– Ты так похожа на свою маму. Мне просто… мне было тяжело на тебя смотреть.

Новый прилив слез подступил к глазам Оливии. Она сморгнула их, как и в прошлый раз. В жизни не все справедливо, она давно это поняла. Иногда нужно уметь прощать и двигаться вперед.

– Все хорошо, – сказала Оливия, крепко сжимая руку отца. – Я рада, что ты прилетел.

В самом разгаре праздника, когда на сцене появилась знаменитая рок-группа, Оливия обратилась к мужу:

– Рокко?

– Да, дорогая.

Она прижалась губами к его уху:

– Признаться, сегодня я не настроена на музыку. Тебе не кажется, что у нас есть дела поважнее?

Ничего не ответив, Рокко взял жену за руку и повел вдоль столов с гостями. Они сели в машину и еще долго целовались, не в силах насладиться друг другом.

– Я люблю тебя, – непрестанно повторял Рокко. Он был счастлив оттого, что теперь ему принадлежало не только тело, но и душа Оливии.

– Я тоже тебя люблю, мой убийца призраков, – отвечала она.

И блестящий автомобиль увез молодоженов в ночь на их общую виллу Монделли.