Цветок на 8 Марта - Натали Лав

Вот мужики пошли!

— Так! — я строго смотрю на Клару и упираю руки в бока. Для значительности.

Кларина куртка, которая была зажата у меня под мышкой, плюхается в направлении пола. Успеваю её подхватить. На полу не очень чисто. Моя носорожка натоптала, пока мальчика работать учила.

Резко выдыхаю.

— И не стыдно тебе? — решаю разбудить явно задремавшую Кларину совесть.

— Не-а! — отрицательно машет головой эта шпана.

— Ты смотри — человека до припадка едва не довела! — укоряю я Клару.

— А меня твой папа вообще безвинно уволил! И буду я теперь — голодная и холодная! — Клара сегодня не укоряется. И совесть её, видно, хорошо задремала и просыпаться никак не желает.

— Не будешь! Я на тебе женюсь. И будешь каждый год рожать. Раз уж папе обещала.

— Спятил, что ли? Это больно, вообще-то, — Клара делает сначала один осторожный шаг назад.

Я хищно улыбаюсь.

— Ну, что ты, солнышко моё! Ты же сама хотела?! Вот прям сейчас и начнем потомством обзаводиться. Если забеременеешь, нас тут же распишут. Без очереди.

Клара делает еще шаг назад. Потом еще один.

— Христос, любимый, давай, как нормальные люди? Сначала свадьба, потом дети?

— Так тебя же за язык никто не тянул… И вот порадуешь папу и меня наследником, тогда точно не будешь голодная и холодная…

Клара продолжает отступать. Я, наверное, её сильно напугал. Удерет еще. Лови потом.

Начинаю наступать.

Парнишка, про которого мы с Кларой забыли совсем, перестает всхлипывать и замечает:

— Может, вы домой размножаться поедете? Мне и так впечатлений на сегодня хватило…

Мы застываем с Кларой на своих местах. Я окидываю парнишку таким взглядом, от которого он втягивает голову в плечи.

— Ты чего такой наглый? — спрашиваю я у него.

— Вот! — вмешивается Клара, — Я не зря его гоняла! Я, когда пришла, он мне сказал, чтобы я написала претензию, они её рассмотрят и в течение месяца нам ответят.

— Это ты напрасно, парень! — авторитетно заявляю ему я.

— Это я уже понял, — бормочет он, — Но сейчас хозяин приедет, вот с ним и разбирайтесь.

В подтверждение его слов дверь в офис открывается и на пороге появляется невысокий толстячок:

— Гришка! — довольно бодро кричит он с порога, а после до него доходит, что что-то сильно не так.

Он делает резкий выдох, потом вдох, потом снова выдох.

И только потом осиливает простую фразу:

— Что стряслось? — глаза у него при этом начинают бегать из стороны в сторону, — Гришка! — снова верещит он, — Вызывай полицию!

— Погодите-ка! — пытаюсь притормозить его я. Полиция тут лишняя.

Но не успеваю разобраться.

Клара перехватывает биту, как опытный фехтовальщик шпагу, и упирает её толстячку в горло.

— Я — сегодня очень злая зая, — зловеще начинает она.

И знаете — я ей вот верю в этот момент. Я бы на месте толстяка ни за что бы сейчас не отважился с ней спорить.

— У меня сегодня 8 Марта, а меня уволили с работы! — рявкает Клара на мужчину, — Потому что какие-то идиоты, которые у вас работают, перепутали подарки. Вместо тех, которые предназначались нашей фирме, нам привезли ворох коробок с вибраторами.

Клара продолжает давать битой на горло мужчины.

— Похоже, что я пользуюсь вибраторами?! — уже практически рычит она.

И поддевает битой подбородок мужчины, задирая его чуточку вверх. Тот — невысокого роста и ему приходится приподняться на носочки после маневра Клары.

Она ждет ответа…

— Нннееетт — блеет толстяк.

— Вот! — торжествующе заявляет Клара.

— А надо бы! — берет слово парнишка, спрятавшись за стойку и прикрываясь стулом, — Добрее бы были.

— Заткнись! — советует ему Клара.

— Молчу! — отзывается он, крепче прижимая к голове то, что осталось от стула.

— Я всё понял! — заявляет коротышка, — Через пятнадцать минут…

Клара грозно сводит бровки и давит битой посильнее.

— Через пять минут, — исправляется начальник этой горе-фирмы, — всё, что вы нам передавали для доставки, будет у вас.

— Отсчет пошел! — провозглашает Клара и убирает биту от горла мужчины.

Начальник и Гриша справляются за три.

Всё, что должно было быть доставлено, очень быстро обнаруживается и с особой любовью грузится Гришей и его начальством в мою машину.

По завершению этой процедуры Клара оскаливается:

— Надеюсь, теперь у нас нет претензий друг к другу?

— Нет! Какие претензии?! — машет руками на неё толстяк, — Только, пожалуйста, услугами нашей компании больше не пользуйтесь.

— Договорились! — отвечаю я за Клару.

И запихиваю её в машину. До этого — в помещении успеваю натянуть на неё её куртку. Переобуть не успел.

Сам сажусь на водительское место.

— Я теперь тебя всегда буду брать с собой на трудные переговоры, — обещаю Кларе, — Считай, что я тебя принял обратно на работу. Я ведь тоже директор.

Глава 17. Весенняя веточка мимозы

Клара

— Да неужели? — приподнимаю я одну бровь на заявление Христоса о том, что он принял меня обратно на работу. Возмущение всё еще бурлит в моей крови, делая меня похожей на фурию или горгону… Или на фургону?

Короче говоря, малоприятная я сейчас личность. Но! Нечего меня было доводить до такого состояния! Так-то я — милейшее создание, если передо мной красной тряпкой не махать.

Закидываю биту на заднее сиденье — я её из рук так и не выпустила, пока в машине у Христоса не очутилась.

— А папа не заругает? — вот и надо мне притормозить и включить обратно Клару-зайку, а не притормаживается. Вот никак.

Христос — он, конечно, закрывает глаза на многие мои недостатки, но — он мужчина. Настоящий.

Вот и сейчас просто смотрит, а я уже понимаю, что не права. Не надо с ним так.

— Клара, я хоть раз не сдержал данного тебе слова? — спустя несколько минут спрашивает Христос.

Пытаюсь вспомнить. Нет, не было такого — если Христос говорил, что сделает, он обязательно делал.

— Нет, — отвечаю, потупив глаза.

А потом всё же решаю высказаться. Со мной тоже так нельзя! Как с приблудным щенком. Сегодня — миску еду повкуснее, а завтра — пнули. Да еще за что! За то, в чем моей вины совсем не было. Просто сегодня так день сложился — если бы не всё в куче, то мы бы пораньше приехали, и я обязательно бы заметила, что коробки не те. Я всегда всё проверяю. А так… Но теперь что уж — вышло как вышло.

— Понимаешь… Я ведь реально старалась. Чтобы всё хорошо… А утром… То одно, то другое… И потом это… Когда Вольский с этим