Развод. Мать-одиночка - Сати Стоун

Так, стоп!

Я же собиралась выбросить эту фигню из головы!

Снова лезу в компьютер и нарочно сосредотачиваюсь на сайте бронирования отелей.

Блин… А какой надо выбрать номер? Подороже или подешевле? И сколько номеров надо?..

Ну, что за манера — ничего не объяснить и просто кинуть меня в пекло!!!

А-а-а-а-а!!!

Пока сражаюсь со своими мыслями, сомнениями и эмоциями, дверь рядом со мной грохает снова.

Интуитивно скашиваю глаза, и вижу, как фурия прожигает меня испепеляющим взглядом. Да она сожрать меня готова!

— Ты кто такая? — швыряет она мне в лицо вопрос, от которого у меня попросту пропадает дар речи.

— Я… а… а…

— Секретутка моего мужа? — как бы подсказывает мне блондинка, правда, делает она это с нескрываемой ненавистью.

— Ну… да. Личная… помощница… — кое-как выговариваю я.

— Главное, чтобы не личная подстилка! — выкрикивает она.

Чувствую, что уже весь офис таращится на нас.

Какой-то сюр происходит!

Встряхиваю головой, пытаясь избавиться от этого наваждения.

— Слушай сюда, — продолжает жена Тарханова, — если я узнаю, что ты вздумала крутить с моим мужем шашни, подергаю все твои рыжие патлы. Поняла?!

Окаменев от полнейшего непонимания происходящего, я даже моргать забываю. А дар речи, кажется, покидает меня окончательно.

Но белобрысой фурии, похоже, и не нужны мои ответы. Удовлетворённая ушатом грязи, который она ни за что ни про что вылила на меня, она просто уходит.

Я сижу ни жива ни мертва. В горле пересохло, пальцы даже мышкой управлять не в состоянии.

— Ирина!!! — обдаёт меня звериным рёвом из кабинета. — Зайди ко мне!!!

Боже… Я не выдержу…

Опираясь на кресло, потихоньку встаю. Даже не хочу проверять, что у меня с лицом. Наверняка на мне и лица-то никакого уже нет.

Неверной рукой открываю дверь.

— Если ещё кто-то зайдёт в мой кабинет без моего приглашения, — произносит Дамир с каким-то устрашающим спокойствием, — уволю тебя в ту же минуту.

— Ну, что мне, драться надо с ней было?.. — лопочу, слабо пытаясь защититься.

Ледяные глаза обдают меня безжалостным холодом.

— Надо будет драться — будешь драться, — жёстко чеканит Дамир. — А вообще, тебе язык дан не для того, чтобы ты им другой проход затыкала. Учись договариваться.

Молчу и думаю о том, что сам Тарханов договариваться не очень-то умеет. А ещё понимаю, что никакие уговоры сейчас не возымели бы результата — ни с одним представителем семейства Тархановых.

— Ты уже забронировала билеты и гостиницу? — оглушает меня следующим вопросом.

— Пока нет. Вы сказали, до конца дня…

— До конца дня я должен всё одобрить и согласовать. И я даю тебе ещё час, чтобы ты предоставила мне несколько вариантов.

Несколько?! Да в каком смысле «несколько»?! О нескольких вариантах речи вообще не шло!!!

— Ирина, ты меня слышишь?

— Да, — коротко киваю, чувствуя, как слёзы уже начинают разъедать глаза.

— В таком случае иди и работай, а не стой столбом.

Сейчас я просто стараюсь не упасть в обморок. Что очень и очень непросто.

Возвращаюсь к своему столу, утыкаюсь взглядом в монитор, но ничего не вижу. Ничего! Всё расплывается, всё меркнет…

— Ира, — кто-то рядом со мной кладёт тёплую ладонь мне на плечо.

И, наверное, разум на время покидает меня, потому что кажется, будто бы я слышу, что это произносит мама.

Но мамы нет. Уже очень давно. А мне так хочется прямо сейчас забраться к ней на колени, расплакаться и сказать: «Мамочка, мне так плохо…».

— Ира, — зов повторяется.

Мне приходится очнуться и разлепить мокрые ресницы.

Конечно, женщина, подошедшая ко мне, вовсе не моя мама. Но возраст у неё примерно тот же. Через секунду я понимаю, что это та самая дама, которая вчера пожелала мне удачи.

Она протягивает мне бумажную салфетку.

— Спасибо, — гнусавлю из-за заложенного носа.

— Дамир попросил забронировать отель? — тихо спрашивает она.

— Ну… Да…

— Ясно, — женщина быстро и юрко пробирается за мой стол, выхватывает у меня мышку и начинает что-то вводит в строке поиска. — Предложи ему минимум три варианта, — попутно говорит она. — Один — супер-ужасный, один — супер-дорой, и один — средний.

— Тогда он выберет средний?.. — начинаю смекать я.

— Семьдесят процентов вероятности, — поразительно точно отвечает добрая женщина. — Вот, выбирай на этом сайте. Всё распечатай на цветном принтере. И уложи всё в папку. Дамир ненавидит, когда ему приносят никак не оформленные бумаги.

— Спасибо… — вновь благодарю.

А тётенька небрежно кивает:

— Да не за что.

Она уже собирается уйти, но я её торможу:

— Простите, а… как вас зовут?

— Марина, — отвечает одна, игриво подмигивает и уходит.

Уже через полчаса я, гордая и приободрённая, стучусь к Тарханову.

Конечно, я не стала смелой как львица. Внутри меня всё ещё продолжает знатно трясти. Но уверенности во мне чуть прибавляется, когда я быстро подбираю варианты, как посоветовала Марина, — дешёвый, средний и шикарный.

— Этот, — почти не глядя, швыряет Дамир.

С удивлением понимаю, что выбрал он не средний, а самый-пресамый дорогой. Нервно сглатываю и боюсь представить, что меня ждёт, когда Тарханов разует глаза и осознает, сколько денег ему придётся заплатить всего за три ночи.

Но по этому поводу я не успеваю сильно испугаться, потому что Дамир внезапно пригвождает меня другой фразой:

— А билеты?

— Билеты?..

— Билеты, — повторяет он. — Билеты Москва-Берлин.

— Я… ну… скоро…

— Что значит скоро, Ирина? Я просил принести мне сразу бронь отеля и бронь билетов.

Холодный пот льётся по моей спине водопадом. Я уже и не говорю, и не дышу и ничего не понимаю.

А тем временем Дамир надвигается на меня. Он вырастает из-за стола чёрной непроницаемой стеной до самого потолка. И эта стена собирается меня смести с чёртовой бабушке.

— Ирина, ты что, издеваешься надо мной? — в его грубом голосе звучит угроза. Каждый произносимый Дамиром звук прибивает меня к полу молотом. — Ты что, ещё не поняла, что здесь тебе придётся поднапрячься и поработать мозгами?

Он стоит надо мной. Громадный. Безжалостный. Непреклонный. И очень опасный.

Я втягиваю голову в плечи и, кажется, пытаюсь превратиться в улитку, чтобы забраться в домик и никуда оттуда больше не вылезать.

— И…извин. ните…

— Мне надоело, что ты постоянно извиняешься, — рычит Дамир мне в ухо. — Когда ты уже голову включишь?!

— Я… а… стараюсь…

— Старайся лучше! — рявкает он.

— Я… п. постараюсь…

— Ты работаешь меньше дня, а уже не справилась с самыми простыми заданиями! — Тарханов переходит на крик. — Я не собираюсь терпеть у себя очередную дуру, которая считает, что ей всё в жизни должно доставаться только за смазливое рыльце!!!

Он намеревается ещё что-то проорать, но я пулей вылетаю за дверь. В слезах,