Развод. Мать-одиночка - Сати Стоун

Хватаю Ступина за рукав пальто и силой втаскиваю в свою комнату, грохаю дверью и стараюсь больше не думать о том, что соседи уже принялись шушукаться.

— Егорка, ты что здесь делаешь? — пытаюсь говорить приветливо, но получается не очень.

— Как что? — ещё больше удивляется Ступин. — Я тебе одежду привёз.

— Какую ещё одежду?

— Ой, а это твоя дочка? — начинает улыбаться Егор, заметив Ясю. — Привет. Тебя как зовут?

— Есения, — представляется девочка и обращается ко мне: — Мам, мы идём или нет? А то мне уже жарко.

— Конечно, солнышко. Егор, слушай, — уже намного строже говорю я, — мне надо отвезти Ясю в садик, а потом бежать в офис. Если я опоздаю…

— Никуда ты не опоздаешь. Я же затем и приехал! — убеждает Егор. — Сейчас отвезу вас на машине…

— Ты с ума сошёл? — краснею я. — Какая машина? Мы на метро…

— Ира, успокойся, пожалуйста, — он вновь переключается на Ясю: — Есения, хочешь на машине покататься?

— На какой? — недоверчиво переспрашивает дочка.

Наверное, Егор в этом момент думает, что девочка придирается. Но самом деле, она просто особо не каталась ни на каких машинах, кроме машин скорой помощи. И, понятное дело, эти поездки ей не нравились.

У Дани, конечно, был автомобиль. Только использовал он его исключительно в своих целях. Яся была слишком маленькой в те дни, когда её отец (пусть земля ему будет пухом) ещё что-то делал на благо ребёнка.

— На очень красивой машине, — сообщает Егор. — Чёрная с серебряными фарами, подойдёт?

Яся неуверенно кивает.

— Ну, вот, вопрос решён, — подытоживает Ступин. — Тебе осталось только переодеться.

— Да я уже одета…

Внезапно Его протягивает мне пакеты, которые он всё время держал в руках, а я их в упор не замечала. Я даже зажмуриваюсь, чтобы не видеть логотипа «ЦУМ», который смотрит прямо мне в лицо.

— Ир, — говорит Ступин, выглядывая из-за пакетов, — если ты не поторопишься, то мы реально опоздаем. И тогда уж попадёт и тебе, и мне.

Глава 16. Ирина

Если бы я знала, что мне предстоит такой кошмар и унижение, отказалась бы ещё на этапе, когда Егор только заикнулся о новой работе.

Но я сама себя обрекла на этот позор. Нужно как-то справляться и привыкать к правилам игры, на которую я подписалась.

Мало того, что мне требуется терпеть босса-самодура, который в любой момент может выкинуть, что угодно. Вдобавок я обязана надевать ужасные шмотки, хотя я в гробу видала подобные вещи.

Я же не кукла Барби, которую можно одевать и раздевать на своё усмотрение! Но, похоже, Дамир Тарханов считает иначе.

Когда он велел написать мой размер одежды и обуви, я подумала, что речь идёт о каком-нибудь платье для той самой выставки или вроде того. Но нет. Он в прямом смысле слова решил облачить меня в ежедневную униформу!

Прекрасно. Просто прекрасно.

Не успела я избавиться от униформы уборщицы, мне приволокли униформу офисного планктона. Восторг, блин!

— Ириш, ты… Ты… — запнулся Егор, когда я появилась перед ним уже в новом наряде. — Ты… просто… сногсшибательна.

Еле сдержалась, чтобы не фыркнуть. Или не выругаться. Или не разрыдаться. Или всё вместе одновременно. Потому что я сама себя в зеркале не узнала.

Из пакетов я извлекла сразу несколько комплектов одежды: брючный костюм, две блузки, нереально узкую юбку-карандаш и кремовое платье с баской. А вот обуви была только одна пара — бежевые «лодочки» на высоченной шпильке.

Полагаю, тут возникла проблема не в жадности, а в том, что туфли тридцать четвертого размера на взрослого фиг сыщешь. Это прям моя извечная боль. «Туфельки для Дюймовочки» — звучит романтично, но по факту — ещё тот геморрой.

Поскольку туфли скорее подходили к платью, я остановила выбор на нём. И тут меня ждал следующий сюрприз. Как в нём вообще ходить?!

Конечно, я всё понимаю, фигуру оно обтягивает идеально. Но было бы что обтягивать на моих костях. Кроме того, вырез у платья, что называется, на грани дозволенного, а нижний радиус у юбки настолько маленький, что ноги переставлять невозможно.

Впрочем, переставлять ноги не очень-то захотелось, когда я влезла на шпильки.

Мама родная! За что?! Это же настоящая пытка средневековой Инквизиции! В те времена меня хотя бы просто сожгли на костре, а в наши мне ещё помучиться придётся, пока не сотру до костей себе все ноги или не расшибусь любом о проём двери.

— Поехали? — пытаюсь не подавать виду, насколько мне стыдно, неудобно и страшно.

— Д..да, да… — запнувшись, Егор опускает взгляд и идёт на выход.

Мы с Ясей — следом. Выходя из комнаты, предстаю под взглядами «судейской коллегии» местных жильцов. Дядя Коля, уже принявший на грудь с утра, присвистывает. Валентин Аскольдович стирает кружевным платком набежавшую слезу. Вечно курящая соседка роняет сигарету из размалёванных губ.

Стараясь ни с кем не встречать глазами, бегу прочь из квартиры. Ну, как бегу? Скорее уж ковыляю, хрома на обе ноги сразу.

Добро пожаловать в ад, Ирочка.

Сначала Егор отвозит Ясю в садик. Там я её передаю воспитательнице, которая смотрит на меня так, как будто перед ней Лох-несское чудовище. Но, по крайней мере, она предпочитает промолчать.

Сажусь обратно в машину к Ступину. Едем в офис. По дороге Егор странно неразговорчив. Это даже хорошо, так как я тоже не горю желанием болтать.

А вот и здание бизнес-центра на горизонте.

Сердце подскакивает к горлу. Наверное, я бы выпрыгнула из машины прямо на ходу, но это ещё большее безумие, чем то, на которое я уже подписалась.

Заходим в офис. Работники уже располагаются на своих местах. Я сразу замечаю Дамира. Такого чёрного великана трудно не заметить среди светлых интерьеров. Егора со мной уже нет, и мне приходится идти на встречу с судьбой в гордом одиночестве.

Пока вышагиваю по проходу, стараясь держать спину прямо и заодно не споткнуться, понимаю, что возле директорского кабинета происходит какая-то возня. Несколько мужчин в рабочих робах что-то монтируют, а Тархан внимательно наблюдает за действием.

— Доброе утро, — произношу я, оказавшись рядом.

Тиран медленно поворачивается. Неторопливо и скрупулёзно, снизу-вверх изучает мой внешний вид. По его непроницаемому лицу невозможно понять, остался он доволен или нет.

— Твоё рабочее место будет готово через полчаса, — не здороваясь, сухо сообщает он. — У меня закончились капсулы для кофе-машины. Сходи в магазин.

Ни «здрасти», ни «пожалуйста», да ещё и «тыкает». Но самое ужасное — я не понимаю, где купить эти капсулы и — главное — на что их