За Тихим Доном - Вийя Шефф

— А уловил смысл плохо. Может, вы мне объясните? В частном порядке, — заигрывающим тоном.

— Вы о чём, Шолохов?

— Я о дополнительном занятии. А вы о чём? — смущаю её, намекая, что это она озабоченная. — Я могу заплатить, если надо.

Она покрывается румянцем.

Не изображай из себя скромницу, ты явно не такая.

— Я не возьму деньги. И вообще, тема только началась, ещё будут занятия, разберётесь, — собирается уйти, но я останавливаю её, взяв за руку.

— Пожалуйста… Вы сказали, что через три занятия сделаете проверочный тест, а я ничегошеньки не понял.

Она смотрит на наши сомкнутые руки, осторожно вытаскивает из моей хватки свою подрагивающую ладонь.

— Хорошо, — понижает голос. — После всех пар жду вас в аудитории. И не опаздывайте, у меня вечером важная встреча.

На свидание собралась, Машенька?

Ну, нет! Сегодня у тебя оно будет со мной.

Она уходит, а я делаю знак "окей" Лешке, стоящему в десятке метров от нас. Он улыбается и кивает головой.

После учебы остаюсь один в аудитории и дожидаюсь Машу. Её нет уже полчаса.

Забыла? Или бортанула?

Но нет. Врывается в кабинет и, громко постукивая каблучками, звук которых эхом отдается в пустом помещении, двигается к столу.

— Извините, задержали, — садится на стул.

— Ничего, — пожимаю плечами.

— Так что вам там из темы не понятно, Шолохов? — подымает на меня глаза. — И не сидите там. Это неудобно. Берите стул и идите сюда, — хлопает по краю своего стола.

— Всё не понятно, — сажусь рядом и не отвожу от неё взгляда.

Блузка сейчас расстегнута на три верхние пуговицы, в отличие от дня. В вырезе видна выпуклость груди и край кружева бюстгальтера.

Пиздец! Меня словно током долбануло. Хочу стянуть с неё эту одежду и взять здесь, как в порнухе. Учительница и ученик. Чтобы стояла, упираясь в доску руками, а я сзади делал с ней…

— Шолохов! Я для кого объясняю! — выводит меня из штопора.

Полтора часа она распинается передо мной, а я изображаю из себя имбецила, который нихрена не понимает. Хотя это не так. Я и на занятиях всё отлично понял, по крайней мере, большую часть.

— Теперь до вас дошло? — смотрит на меня.

Торопится. Раз двадцать уже на часы посмотрела.

— Да. Спасибо! Не буду вас больше задерживать, — складываю, как ни в чём не бывало тетради в рюкзак.

Она быстро направляется к двери. Дёргает несколько раз за ручку.

Закрыто.

— Что случилось? — подхожу.

— Нас заперли!

— В смысле заперли? — дергаю тоже за ручку.

— Действительно. Вот попали…

— Я так точно. И телефон не взяла! В сумке в кабинете оставила.

— Возьмите мой, — протягиваю смартфон.

— А толку?! Я ни одного номера не помню. Свой-то постоянно сверяю, когда оплачиваю.

— Печально… Найдут нас не скоро. А то и только утром. Аудитория в дальнем корпусе, охрана тут почти не бывает.

— Как же так? Это их работа! — обнимает себя за плечи.

— А кто свою работу от и до выполняет?

— Я…

— Замерзли? — снимаю свою куртку.

— Нет, я не…

Поздно. Я уже накинул её на плечи и сжал их в руках. Она посмотрела мне в глаза и быстро увела взгляд в сторону. Какие они синие, я таких раньше не встречал.

— Спасибо…

— Похоже, ваша встреча срывается, — седлаю стол, изображая сочувствие.

А внутри всё бурлит, в голове кровь стучит от осознания, что мы здесь вдвоём. И никого больше…

— Да. Но ничего страшного… Я и так думала идти на неё или нет. Но судьба сама распорядилась.

Меня внутри царапнула когтистая лапа ревности.

— Может быть, ещё что-нибудь мне расскажете из программы? Раз уж мы тут застряли.

— Не буду я тебе ничего рассказывать. Ты всё равно не слушаешь, — покосилась на меня.

— Почему вы так решили?

— По кочану! Видела я, куда ты смотрел, пока я перед тобой распиналась. Признайся — обманул?

— Немного, — чуть-чуть. — Но сегодняшняя тема действительно сложная.

— А замок — твоя работа?

— Нет. Не я нас здесь запер. Вы же видели, я не подходил к двери, — вру и не краснею.

Лёха сделал это. По моей просьбе.

— Зачем? Чтоб ты хочешь? — не верит.

Глава 15

— Вас хочу, Мария Сергеевна… — попёр напролом, спрыгивая со стола и надвигаясь на неё. — Увидел и всё… Словно удар в голову пропустил.

Её глаза расширились от испуга, когда я, проговаривая слова, как долбаный маньяк, стал оттеснять её к партам.

Она упирается задницей в край и осматривается. Всё приехали — ты в ловушке. Мои руки по её бокам, а глаза гуляют по лицу, задерживаясь на губах. Пухленькие, с коралловым блеском. Интересно, какие они на вкус…

— Что вы себе позволяете, Шолохов! — упирается руками в мои плечи.

— Думаю в нашей ситуации уже глупо называть друг друга на "вы", Машенька.

Она сморщила брезгливо нос, будто я сказал, что-то отвратительное.

— Руки убери! — вдруг меняет выражение лица на решительное и рычит на меня.

В глазах появился огонь борьбы. Будет сопротивляться до последнего.

Это обескураживает. Думал бедная овечка, а, оказывается, внутри волк в овечьей шкуре.

Отступаю на шаг.

А мне даже нравится эта игра. Заманчиво и не скучно.

— Не мечтай! Ты мой студент, я твой преподаватель. Запомни это, мальчик, — поправляет юбку.

— Мальчик? Уже давно не он. Могу доказать.

— Телкам своим доказывай. Для меня ты мелкий наглец. Я старше тебя на пять лет.

— И что? У меня были гораздо старше…

— Вот и вали к ним. А меня оставь в покое. Я ради озабоченного молокососа работу терять не собираюсь, — прочеканила каблучками по лестнице наверх и села за одну из парт. — Подойдёшь — я тебя стулом огрею. Понял?

— Понял…

Вкурил, что будет сложно. Очень сложно… Но я упорный, мне не привыкать. Особенно, если объект желания такой аппетитный.

— А ты резкая, — сажусь на подоконник и вытягиваю на нём ноги.

— Жизнь заставила. Думаешь ты первый такой ушлый в моей жизни?

— Думаю… нет.

— И даже не второй и не третий… С момента, как у меня появилась грудь, я от таких, как ты, каждый день отбиваюсь.

— Получается? — ухмыляюсь, а сам про грудь её думаю.

Она бросает на меня злобный взгляд.

Похоже не всегда. Я уверен, невинной её не назовёшь. Значит, шанс у меня всё же есть.

— Я не сдаюсь перед трудностями, привык добиваться своего, — предупреждаю её.

— Я тоже. Так что советую всё-таки капитулировать, эту войну ты проиграешь.

— Ого, даже так. Тогда на время нашего заключения предлагаю перемирие. У меня есть мысль, как отсюда выйти.

Она сжимает губы от