Медовый месяц на Бали - Тара Пэмми

- Ты выглядишь… как-то по-другому, - сказал он наконец.

- Что, так плохо? - уточнила она, стараясь заглушить удары сердца.

- Очаровательно, - быстро ответил он и расплылся в улыбке, от которой под ней подкосились ноги. - На подиуме ты сногсшибательна, но в таком виде нравишься мне еще больше.

- Когда я не иду модельной походкой, прикрытая всего двумя треугольниками материи? - уточнила она, состроив удивленную мину.

Он рассмеялся, продемонстрировав ямочки на щеках. Серые глаза переливались, как расплавленный металл.

- Такой ты мне тоже нравишься. Нет, не в том дело. Ты выглядишь настоящей. Той, с кем я познакомился на Бали.

Ее обдало жаром, и на миг она лишилась дара речи.

Пришлось напомнить себе: он лишь играет с ней. Хочет, чтобы она капитулировала.

Он провел большим пальцем под ее глазами, где залегли тени - ей не удалось как следует их замазать.

- Хотя вид у тебя усталый. - Его низкий, нежный голос заполнял ее. - По словам Анны, твое расписание - работа на износ.

Она тряхнула головой, и он убрал руку.

- Твоей помощнице лучше держать свое мнение при себе.

Он подошел ближе и прижал ее к машине. В лучах вечернего солнца его лицо казалось таким желанным!

- Ты слишком себя загоняешь. Для того чтобы это понять, мне не нужна Анна.

- Ви, я привыкла к такому ритму жизни. Я хочу поскорее разделаться со всеми обязательствами, чтобы заняться Чарли.

- Сага, ты не можешь убежать от своего горя. Как не можешь и вместить полугодовой объем работы в два месяца. Тебе нужно лучше…

- Сколько себя помню, я всегда была способна позаботиться о себе. Больше никто этого для меня не делал.

Он поднял руки вверх, показывая, что сдается.

- Bella, я просто беспокоюсь о тебе.

Ей расхотелось ссориться, когда она вспомнила, как перед последним показом дизайнер намекнул, что придется перешить платье, потому что Алекс похудела.

- В последнее время я плохо сплю. - Она вздохнула.

- Скучаешь по мне в постели?

- Я не виновата, что ты отказываешься ночевать здесь, на вилле. Ни Массимо, ни Лео против этого не возражают. Тебе не мешало бы познакомиться с бра… - заметив, что его взгляд мгновенно стал ледяным, Алекс глубоко вздохнула, - с ними.

Он презрительно усмехнулся:

- Тебе в самом деле кажется, что ты очень умная, si?

- Понятия не имею, о чем ты.

- Думаешь, если я буду жить под одной крышей с Массимо и Леонардо, я передумаю?

- Я уже говорила… С виллы мне легче всюду добраться. Моя комната обставлена так, как мне нужно. Почему бы и тебе не переселиться сюда?

Или ты боишься жить рядом с людьми, которых всю жизнь ненавидел? Боишься, что они тебе понравятся? Ну а насчет постели… - Она облизнула губы, заметив, как загораются у него глаза. - Видел рекламу магазина игрушек для взрослых, в которой я снималась?

Он вздохнул и слегка покраснел. Настала ее очередь смеяться.

Нелегко день за днем изображать для посторонних влюбленную пару. Благотворительные вечера, концерты, коктейли, необходимость все время находиться рядом, прикасаться друг к другу, ощущать его сильную фигуру и не иметь продолжения - все это начинало на ней сказываться.

Алекс хотелось не столько секса - хотя и его тоже, - а близости, которая ей стала необходима. Того, что бывает до и после секса.

Ей отчаянно хотелось снова наладить такие отношения с ним, особенно в нынешних сумбурных обстоятельствах. Она пришла в ужас, предположив, что Грета, возможно, права: с ним ее связывал невероятный секс и ничего больше.

Даже когда они прятались от всего мира, это она гонялась за ним, а не наоборот. Это ей отчаянно хотелось быть с ним, ей хотелось углубить их отношения.

Внешне он казался сдержанным и скрытным, а в постели раскрывался. Чем больше она отдавала, тем больше он от нее требовал. Пока она не отдала ему всю себя - сердце и душу. Поверила, что нужна ему так же, как он нужен ей.

В новых условиях, после того как они рассказали о своей свадьбе, она удивлялась его самообладанию. И в очередной раз задумалась об истинных причинах, по которым он на ней женился.

Неужели он думал, что она станет податливым воском в его руках, предаст свою семью? Или она просто явилась еще одним призом, который он украл у Греты?

Алессандра все лучше узнавала его, и такое предположение не вязалось с другими кусочками головоломки.

Несмотря на всю его невероятную надменность, он ни за что не подумал бы, что она станет для него наградой, ценным приобретением… Тогда в чем дело?

- Si. Я видел журнальный разворот, который ты мне любезно прислала. Там ты идеально изображала сексуальную, уверенную в себе современную женщину.

- В самом деле? - переспросила Алекс, чувствуя прилив возбуждения. Съемка ей понравилась. И конечно, послав разворот Винченцо - ее обнаженные ноги торчали из облака белых простыней, а рядом лежал розовый вибратор, - она испытала большое удовольствие. - Кстати, они прислали мне образец в подарок. С точки зрения техники просто чудо, правда? Сделано замечательно: стержень, окутанный бархатом.

- На что ты намекаешь? - Он стиснул зубы.

- Помнишь, ты говорил, что мне нужна разрядка от стресса? Позавчера мне не спалось, и я достала его из коробки. Распаковала, снова легла в постель и…

- И что? - зарычал он, когда она замолчала.

- Видишь ли, я воспользовалась им в первый раз, и…

Он мгновенно прижал ее к машине, удерживая за руки. Его дыхание согревало ей щеки, его нос терся о нежную кожу у нее на предплечье.

- Грязно играешь, сага! - прошептал он, лаская ладонью узкую полоску ее обнаженного живота. Жар от его пальцев обжигал ее. - А мне можно? Можно использовать… все оружие, какое есть в моем распоряжении?

Она прижалась к его груди.

- Ви, это ты грязно играешь. Пользуешься всем, что у тебя есть, в целях саморекламы. Больше нет ничего реального.

- Что?…

Ей хотелось отойти от него, но их ноги переплелись. Она задела бедром его пах, потерлась о него и ощутила мгновенную реакцию.

- Ах… - прошептала Алекс, не способная мыслить здраво. Во рту у нее пересохло. Опьянев от желания, она позволила ему прижать ее к себе.

Он обхватил пальцами ее бедра и удерживал в таком положении, касаясь возбужденным членом ее лона.

- Думаешь, я не скучаю по тебе в постели? Думаешь, я не сходил с ума от безумного желания, когда увидел тот журнальный разворот? Думаешь, я не удовлетворял себя рукой, думая о тебе, как какой-нибудь жалкий поклонник, хотя ты моя по закону?