Нерушимые чары - Барбара Картленд

— Да, если наш обман удастся, — пробормотала Рокуэйна, — то есть если я… уеду с маркизом!

— Конечно, ведь ты будешь его женой, — твердо сказал Патрик, — и что бы ни произошло, ты должна настоять, чтобы он увез тебя.

Рокуэйна молчала, и Патрик продолжал:

— Ты не могла бы сложить кое-что из вещей Кэролайн и, не вызывая подозрения у слуг, вынести их?

Рокуэйна подумала и сказала:

— Наверное, могла бы, например, под видом вещей, которые герцогиня, дескать, велела отдать в сиротский приют.

— Отлично! Попроси слуг вынести чемоданы к западному выходу завтра вечером, а я их заберу. Я постараюсь приехать, когда слуги ужинают, так что меня скорее всего никто не увидит.

— Хорошо.

— Мы еще поговорим об этом завтра. А вот тебе надо подумать о том, как сделать, чтобы твое сходство с Кэролайн было как можно большим и каким образом объяснить твое отсутствие, если герцогиня прикажет тебя позвать.

— Я и не подумала об этом! — воскликнула девушка, но тут же улыбнулась. — Эту проблему я решу.

— Как?

— Точно не знаю, но мне наверняка поможет няня. Мы что-нибудь придумаем, ведь мне уже сказали, что в церковь на церемонию венчания я не пойду.

— И на прием?

— Конечно, нет. Дело в том, что для герцогини и герцога я как бы не существую.

— Трудно представить себе большую несправедливость в отношении дочери лорда Лео. Хотел бы я увидеть их лица, когда станет известно, что их дочь увезли, а маркизой Куорн стала ты!

Патрик снова взял ее за руку.

— У меня не хватает слов, чтобы выразить тебе свою благодарность. Единственное, что я могу сказать, ты очень смелая девушка и твой отец гордился бы тобой.

Рокуэйна пожала ему руку и сказала:

— Ну что ж! Вряд ли моя задача трудней, чем была у тебя на скачках! Но на этот раз мы выиграем!

— Мы выиграем! — эхом отозвался Патрик.

В тот вечер, после разговора с Патриком, Рокуэйна долго не могла заснуть; ее страшила мысль, что если она не справится со своей ролью, то подведет не только себя, но и Кэролайн с Патриком.

Когда наконец в пять часов герцогиня, Кэролайн и няня вернулись из Лондона, Рокуэйна сразу заметила, что кузина сильно встревожена.

Герцогиня словно смерч влетела в замок и сразу же стала распекать слуг за то, что вазы с цветами были расставлены, по ее мнению, неправильно.

Едва девушки поднялись наверх и вошли в комнату, Кэролайн спросила:

— Как Патрик? Что он говорит?

— Все в порядке. Он будет ждать тебя сегодня в половине десятого на заднем дворе.

Кэролайн вскрикнула от радости.

— Ты уверена… правда он будет там?

— Абсолютно уверена и сейчас же расскажу тебе, что он задумал.

Она потащила Кэролайн к диванчику у окна, подальше от двери.

Пока кузина развязывала ленты шляпки и расстегивала плащ, Рокуэйна шепотом рассказала ей о планах Патрика.

— Так ты займешь мое место в церкви! Не могу в это поверить!

— Патрик сказал, вам хватит времени, чтобы обвенчаться и добраться до побережья.

— Так ты делаешь это для меня? Ты действительно выйдешь за маркиза?

— Патрик убедил меня, что только так вы с ним сможете бежать.

— О, Рокуэйна, прости меня! Это ужасный человек, я ненавижу его! Чем больше я узнаю его, тем больше боюсь!

— Патрик уверяет, что для меня он не так страшен, как тетя Софи.

— Патрик всегда прав. Если ты действительно выйдешь замуж за маркиза, я буду благодарна тебе до конца дней!

— Я пообещала и очень хочу надеяться, что твое подвенечное платье не будет… мне тесновато!

Девушки рассмеялись, потому что у Рокуэйны талия была тоньше, а Кэролайн всегда жаловалась, что она полнее кузины.

— Видимо, мать считает, что ты должна накинуть вашу семейную фату?

Кэролайн кивнула.

— Мама всю дорогу только и говорила, что поручила тебе подготовить фату, и надеется, что ты все сделала и повесила так, чтобы она не помялась.

— Да, она готова, и, к счастью, кружева очень густые.

— А если мама увидит тебя утром, когда меня уже не будет в замке?

— В этом деле нам поможет няня.

Пока Кэролайн была с родителями внизу, Рокуэйна посвятила няню в их план.

Хотя няня и не одобрила этой затеи, так как ей хотелось, чтобы «ее детка», как она называла девушку, непременно была маркизой, она знала лучше других, что Кэролайн будет счастлива только с Патриком.

— Ох и попаду же я в переплет с этой затеей! — сказала она.

— Понимаешь, Кэролайн хочет, чтобы ты была с ней, как только они вернутся в Англию, и я уверена, что тебе лучше будет поехать в новый дом мистера Фэрли и ждать их там.

Затем она рассказала няне то, что уже сообщила кузине: Патрик получил в наследство от дяди вместе с приличной суммой очень большой дом и поместье в Оксфордшире.

Няня очень обрадовалась, услышав эту новость, в то время как Кэролайн считала, что самое главное не дом и поместье, а то, что они с Патриком обвенчаются.

— Возможно, нам придется подольше пожить за границей, — сказала Кэролайн, — по крайней мере пока мы не будем уверены в том, что папа не сможет аннулировать наш брак.

— Вряд ли он пойдет на такой шаг, который сделал бы их с тетей Софи посмешищем.

— Мама захочет наказать за побег меня и, если сможет, навредить Патрику.

Предположение Кэролайн звучало очень правдиво. Значит, Рокуэйне придется приложить все силы, чтобы хорошо сыграть свою роль, и тогда у Патрика с Кэролайн будет достаточно времени, чтобы уехать туда, где они будут недосягаемы для ее родителей.

Проснувшись на следующее утро, Рокуэйна попробовала сделать себе такую же прическу, как у Кэролайн.

У Рокуэйны это отняло довольно много времени, и она еще сидела у зеркала, когда в комнату вошла няня.

— Я была уверена, что ты уже встала. Ну как все прошло?

— Отлично.

И она рассказала няне, как накануне, пока слуги ужинали, они с Кэролайн спустились через черный ход и вышли во двор, где их ждал Патрик.

У него был новый фаэтон и превосходные лошади, доставшиеся от покойного дяди.

Грум, сопровождавший Патрика, взял из рук Рокуэйны шкатулку с драгоценностями и саквояж с некоторыми лондонскими обновами, которые Кэролайн хотелось показать Патрику.

— Патрик собирается купить тебе новое приданое, — сказала Рокуэйна, — но все твои любимые платья я упаковала заранее и передала ему.