Опытный соблазнитель - Сара Крейвен

Мадди нахмурилась:

– Но ведь волки и в самом деле опасны?

Граф пожал плечами:

– Они уничтожают слабых и больных животных, так что в целом популяция становится более здоровой. Но они не только плотоядны. Они едят и растения – корни и ягоды. Деду пришлось развернуть целое сражение с местными пастухами и охотниками. Он заказал картину и назвал свой дом «Каза Лупо» – «Домом волка», чтобы показать всем, на чьей он стороне.

– Вряд ли это прибавило ему популярности.

– Верно. Не прибавило. Но для местных он был хозяином, который всегда относился к своим арендаторам по-человечески. Поэтому они хоть и ворчали, но уважали его мнение. – Он улыбнулся: – И если люди начинали с ним спорить, говорил – не стоит забывать, кому обязана своим существованием Римская империя – волчице, вскормившей своим молоком Ромула и Рема.

– И ему удалось их убедить? – Мадди не смогла сдержать улыбку.

– Не сразу. Но он был очень упрямым человеком…

– Скажите, почему я здесь? В конце концов, вы сами сказали, деньги вас не очень-то интересуют.

– Сейчас я не могу вам объяснить. Вы пока еще слишком враждебны, слишком подозрительны, чтобы мне поверить. Нужно дождаться более подходящего момента. А также – ответа Сильвестров. А меня, – продолжал он, – вы не сможете переубедить. Так что и не пытайтесь. – Он помолчал. – Если только вы не ищете предлога разделить со мной постель. Но предлог здесь не нужен. Лишь только произнесите одну фразу: «Я хочу тебя, Андреа».

Мадди вдруг стало трудно дышать. Казалось, воздух между ними раскалился.

Она бросила на него гневный взгляд:

– Как вы смеете так оскорблять меня?! Это просто возмутительно!

– А откуда в вас столько лицемерия? Я просто сказал – желание между нами взаимно. Вот и все. Но выбор всегда будет за вами.

– Тогда я выбираю – никогда больше не оставаться с вами наедине!

– Как пожелаете, – холодно сказал он. – На несколько дней я вам это гарантирую. Мне нужно уехать по делам.

– Еще одна несчастная жертва?

Его глаза опасно блеснули.

– Вряд ли вам стоит причислять себя к этой категории, Маддалена.

– А если придет письмо от Джереми и его отца? Что тогда?

– Не беспокойтесь. Если там что-то сдвинется, мне тут же об этом сообщат.

– А я так и останусь взаперти и в неведении, что и когда может случиться?

– Вероятно, вы до сих пор надеетесь, будто ваш будущий свекор дернет за свои веревочки в Уайтхолле и британские десантники спустятся с небес, чтобы спасти вас? – Он вздохнул. – Не питайте напрасных надежд. Употребите свою энергию на что-нибудь другое.

– Вы кое-что забыли, – перебила его Мадди. – Есть еще телевизионная компания, которая и направила меня сюда. Если они не будут получать регулярных сообщений, это их обеспокоит, меня начнут искать.

– Но они уже получили несколько сообщений с вашего сотового, в которых их заверили – все идет как надо. Конечно, они будут разочарованы, если в конце концов вы вернетесь с пустыми руками… А теперь, когда я дал вашему встревоженному уму передышку, давайте все же сядем за стол.

– Нет, спасибо. – Мадди отставила в сторону недопитый бокал. – Сегодня я буду ужинать в своей комнате. Надеюсь, вы могли бы распорядиться, чтобы мне принесли туда немного спагетти и десерт. Этого достаточно.

Граф покачал головой:

– Какая банальная реакция. Это вам не к лицу, но, если вы настаиваете, я конечно же распоряжусь. И попрошу Доминику проводить вас. – Он подошел к камину и дернул за шнурок. – Все же, надеюсь, в мое отсутствие вы будете ужинать здесь.

Мадди уже подходила к лестнице, но, услышав эти слова, остановилась. Она вдруг вспомнила – отсюда было два выхода. А может, и больше?

– Вы настолько мне доверяете? – спросила она, пристально глядя на него.

– Нет. Но здесь будет Эустацио, а ему я доверяю. – Он заметил, как она прикусила губу, и с усмешкой добавил: – Мне было бы приятно знать, что в мое отсутствие ваша красота будет украшать этот стол. И представлять то время, когда нам не придется прощаться после ужина.

Кровь хлынула ей в лицо, отозвавшись жгучей пыткой жара, предательски охватившего все ее тело. Откровенная чувственность этой реакции ясно дала понять – все ее протесты были ложью.

Ее ногти с силой вонзились в ладони.

Поднимаясь по лестнице, она чувствовала его взгляд, как если бы он шел рядом – рука на ее талии, губы скользят по волосам.

– Я буду считать часы до нашей встречи, Маддалена, – услышала она за спиной его голос.