Опытный соблазнитель - Сара Крейвен

Андреа пожал плечами:

– Джакомо – пастух. Он привык обходиться собственной компанией. К тому же и бывает здесь не часто. Только когда приходится перегонять овец.

– И он не возражает, когда в его доме кто-то бывает?

– Так уж здесь сложилось. В этих краях принято помогать друг другу. – Он улыбнулся: – Джакомо мне и сказал, где видел вас сегодня. И куда, скорее всего, вы направляетесь. И еще Оальдо, что охотился с сыном на дикого кабана, тоже вас видел. Вот так я вас и нашел.

Мадди в изумлении уставилась на него:

– Вы хотите сказать, все это время за мной… наблюдали?!

– А вы думаете, блондинка с волосами как солнечный свет не привлекла бы к себе внимания в таких краях? Но это их описание, не мое. Они беспокоились о вас. Это не то место, где можно разгуливать без соответствующей экипировки.

– И воды, – призналась Мадди. – Мне ужасно хочется пить.

– Боже мой! – Андреа закатил глаза и, порывшись в своем рюкзаке, вытащил бутылку и кружку. – Только пейте медленно. Не торопитесь, – предупредил он, протягивая ей кружку с водой.

– Но как они сообщили вам об этом? – спросила она, сделав несколько глотков.

– Я вернулся, как только мне рассказали о вашем побеге. Джакомо и Оальдо связались со мной по рации.

– По рации? – удивилась она. – Здесь?

– Да. Охотники всегда ею пользуются. У самых последних моделей диапазон охвата более десяти километров.

– Весьма практично, – заметила Мадди.

– Можно не иронизировать. Думаю, вряд ли бы вам захотелось провести здесь ночь одной даже в более комфортных условиях. Что, например, вы стали бы делать, если бы обнаружили скорпиона?

Она поставила кружку на стол.

– Они что… тут есть?

– Сейчас нет. Но довольно часто забираются в дом по ночам.

– Скорпионы… волки… змеи… Прямо джунгли какие-то!

– Вероятно, это была змея-крысолов, если она свисала с дерева. Они не особенно ядовитые, к тому же у них своя диета.

Знать бы об этом раньше… Прежде чем скатиться со склона.

Она задумалась.

– А как вам удалось попасть сюда раньше меня?

– Сюда ведет и другая дорога. Камилло высадил меня на развилке, а оттуда я прошел пешком.

– Вы хотите сказать, нас ждет машина? – Она закрыла глаза. – Слава богу!

– Вам так не терпится вернуться в заточение? – спросил он, наливая ковшом воду из-под крана, прежде чем добавить кипятка в ванну.

– Напротив. – Ее ответ был мгновенным. – Но здесь еще хуже.

Он кивнул на ванну:

– Все готово. Сожалею, здесь нет ни мыла, ни полотенца. Придется вытираться одеждой.

– Но это невозможно! Это… это все, что у меня есть…

Не говоря ни слова, он снял с себя куртку, повесил на стул и начал расстегивать рубашку.

– Что… что вы делаете? – Ее голос неожиданно стал хриплым.

– Успокойтесь. Я не собираюсь вместе с вами принимать ванну, – сказал он, бросая ей рубашку. – Можете потом надеть.

Его кожа была бронзовой от загара, с перекатывающимися под ней сильными мускулами. Темный треугольник волос, сужающийся книзу, покрывал широкую грудь.

Мадди невольно провела сравнение с Джереми – бледная кожа, узкие плечи – и отвела взгляд.

– Я… я не буду ее надевать!

– Глупости! – Он смерил ее насмешливым взглядом. – В рубашке вы будете выглядеть куда более прилично, чем в том вашем платье, в котором ходили в Оперу.

Он вытащил из своего рюкзака тонкий шерстяной свитер и натянул на себя через голову. Достал из бокового кармана маленькую баночку и поставил на стол.

– Антисептическая мазь, – сказал он и вышел из комнаты.

Мадди сбросила с себя перепачканную одежду и ступила в ванну. Такой ванны она еще не принимала. В ней невозможно было даже вытянуть ноги. Но вода была теплой и приятной… Несколько минут она просто сидела, прижав колени к груди, потом осторожно смыла с кожи всю грязь, время от времени с опаской поглядывая на дверь.

Наконец она встала, позволяя воде маленькими ручейками стекать по телу. Потом подняла с пола брошенную одежду, вывернула ее наизнанку и вытерлась.

Запах мази был приятным, в отличие от ощущений, которые она испытала, начав смазывать ею порезы. Закончив с этим, она взяла рубашку графа и, встряхнув несколько раз, надела на себя.

И сразу же ее окутал его запах. Словно он сам держал ее в своих объятиях. Ставшие вдруг неловкими пальцы застегнули все пуговицы – от ворота до самого низа.

Он прав. Эта рубашка куда длиннее, чем некоторые платья, что она носила в Англии. Рукава оказались слишком длинными, и ей пришлось их подвернуть.

Сделав глубокий вдох, она крикнула:

– Я закончила!

Ответа не последовало. Открытая дверь все так же зияла темным проемом. Подбежав к ней на цыпочках, Мадди выглянула наружу.

– Андреа! – Голос прозвучал высоко и напряженно. Из тени сарая отделилась фигура.

– Что случилось? – спросил он. – Еще одна змея?

– Нет… Я… я просто не знала, где вы.

– Немного прогулялся. Поскольку я не святой, решил избавить себя от искушения.

Она знала, что покраснела, и была рада темноте.

– Я подумала… волк может вернуться. А вы даже без ружья.

– В этом нет необходимости. – Он мягко взял ее за плечи и повернул в сторону от двери. – А теперь сядьте, чтобы я мог еще раз осмотреть ваши ссадины.

Она послушно села на стул, сложив на коленях руки. Андреа вынес во двор и вылил ванну, потом достал из рюкзака бинт и маленький тюбик.

– Это гель, – сказал он, откручивая колпачок тюбика. – Работает как искусственная кожа. Будет немного больно, но так быстрее заживет. Ведь я обещал вернуть вас в целости и сохранности.

«Вернуть вас…»

– Есть какие-нибудь новости из Лондона? – тут же спросила Мадди.

– Никаких. – Гель щипал еще сильнее, чем мазь. Может, поэтому у нее на глазах выступили слезы.

– А если они не ответят? – спросила она. – Что тогда?

– Вам не нужно думать об этом. – Он закрыл тюбик. – Нужно быть терпеливой. И не рисковать по-глупому.

– Вам легко говорить! – Мадди зло смахнула скатившуюся по щеке слезу.

Он не торопился с ответом. Только закончив бинтовать ее щиколотку, сказал:

– Вы почувствуете себя намного лучше, когда поедите.

Она встала:

– Тогда, пожалуйста, отвезите меня скорее обратно. Я предпочитаю есть в своей камере. Одна.