Зима в сердце - Иден Бар

Какой-никакой, а все же надзор за теми, кто входит и выходит отсюда, особенно ночью. Мальчишки-старшеклассники давно уже бесконтрольно бегают, куда хотят, в город по своим делам. Со времени чрезвычайного происшествия бдительность в детдоме была усилена.

— Заходить никому не велено, Антонина Сергеевна! — немедленно реагирует она на мое робкое «Добрый вечер», — и выходить тоже. До утра.

— Да я и не собиралась, — делаю лицо просительницы, — позовите мне Алю Зайцеву, пожалуйста.

Она вздыхает и поджимает губы. Понятно, что идти и звать кого-то из детей ей неохота. Да и директор, наверное, дала какие-то четкие указания, куда Антонина Сергеевна со своими просьбами явно не вписывается.

— А я пока вам за чем-то вкусненьким к чаю сбегаю, — заискивающе прошу. Поколебавшись немного, баба Валя сменяет гнев на милость. Говорит, что это совсем необязательно. Но я, спотыкаясь впотьмах, уже спешу в ближайший круглосуточный маркет.

Когда возвращаюсь, Аля уже ждет меня. Я даю ей одну коробочку конфет, а другую тихонько кладу на стол бабе Вале. Отвожу Алю в сторонку.

Техничка радуется конфетам, но заметно настораживается. Мы недолго беседуем под ее тайным наблюдением, когда она только делает вид, что читает газету и, видимо, пытается подслушать, отложив свое вязание.

Им обеим одинаково интересно, к чему эта встреча. Как могу осторожно, я задаю ей свой вопрос. Но мне не везет — я не получаю никакой информации.

Аля клянется, что ей неизвестно, где может находиться Данил. К сожалению, обратиться мне больше не к кому. Не Котенка же вызывать на разговор?! Огорченная, я беру с девочки слово, что о моем вопросе никто не узнает, и вручаю ей первый попавшийся учебник из моей сумки.

— Скажи бабе Вале, что к поступлению в институт готовишься, книжку просила, — говорю ей на прощание, — отдашь потом.

Прощаюсь и ухожу. В сгущающихся сумерках медленно плетусь к остановке. Это ужасно, но я, похоже, ничем не смогу помочь ему. Чувствую себя паршиво.

Автобуса долго нет, людей тоже. Я мерзну, стоя на одном месте и размышляя, прокручивая в голове разные варианты, как вдруг, в неверном свете уличного фонаря, замечаю чью-то длинную тень.

Тень, а вернее человек, выскальзывает откуда-то из ворот детдома. Он неспешно движется в город по тротуару, крепко прижав к себе небольшую спортивную сумку. И вот тут во мне просыпается дух авантюризма!

Стараясь не привлекать к себе внимания, я иду за ним на очень приличном расстоянии. Сегодня это легко — я в кроссовках и в легкой куртке. А баба Валя-то с новой должностью охранника явно не справляется!

Идущий впереди меня — воспитанник детдома. Однозначно парень, старшеклассник, точнее я отсюда я не вижу. Запрыгивает в остановившуюся маршрутку. Боясь потерять его из виду и почувствовав азарт, торможу попутку. Вообще, это рисковое мероприятие, обычно я так не делаю.

Но сегодня необычный день. Мне везет — почти сразу возле меня останавливается кроссовер тойота грязно-зеленого цвета. Делать нечего, сажусь!

Слишком многое сейчас на кону. Может быть безвозвратно поломана жизнь совсем еще молодого мальчишки. Такого талантливого, к тому же. Положа руку на сердце, я не могу не признать, что чувства, которые испытываю к нему, это никак не равнодушие.

И если есть хотя бы один шанс из миллиона, что этот его возможный одноклассник направляется к нему, то я рискну.

— Здравствуйте, — вежливо здороваюсь с водителем, садясь и закрывая за собой дверь. В салоне он один, не так страшно.

— Куда нужно красавице? — мужчина лет сорока улыбается, сверкнув золотым зубом.

— А вон за той маршруточкой, если можно! — отзываюсь, тоже улыбаясь ему в ответ, впрочем, не слишком, — я хорошо заплачу.

Как раз сегодня я обналичила свою зарплату с карточки. Он смеётся, уточняя, хорошо это сколько, но везёт. К счастью, всего через пару остановок маршрутки, во время которых мне приходится терпеть шуточки водителя на тему, не выслеживаю ли я своего неверного жениха и просто мило улыбаться, я вижу его.

Тяпу! Вернее, Егора Тяпилина, то самое хамло, которое так сильно досаждало мне последние дни. Торопливо рассчитываюсь с водителем, протягивая крупную купюру:

— Так будет нормально?

Сегодня для Зимина мне ничего не жалко.

— Нормально, — довольно отзывается он, беря ее.

— Спасибо, — искренне благодарю и выбегаю из тойоты, стремясь не упустить парня из виду.

Крадучись, я дворами следую за ним. По сторонам он совсем не смотрит, поэтому без каких-либо проблем я «веду» его еще до одного неприметного с виду переулка.

Тяпа заходит в первый подъезд пятиэтажки. Я — за ним. Никаких кодов на входных дверях тут нет, и дальше без труда, ориентируясь только на звук шагов, я поднимаюсь за Тяпой вверх на некотором расстоянии. На четвёртом этаже хлопает открывшаяся дверь.

Подождав немного, уверенно подхожу к ней тоже и стучу. Слышу, как кто-то подходит к двери с той стороны, но не торопится открывать. Мой пульс учащается.

Глава 16 Кипучие страсти

Мне открывает незнакомый парень лет двадцати.

— Вы к кому? — удивленно тянет он. Смотрит с подозрением. Стоит передо мной в трениках, босиком и с голым торсом. Высокий, мощный, на плече — крупная татуировка. Чувствую, как от страха начинают трястись поджилки. Может ли быть, что я ошиблась?! Затяни он меня сейчас силой в эту стремную квартиру, и не пикну.

— Данила Зимина позовите, пожалуйста, — тем не менее, смело отвечаю. Смотрю в глаза. Он зависает, но ненадолго.

— Расслабься, это моя девушка! — слышу воодушевленный голос Зимина и радостно выдыхаю. Он появляется в проеме двери и отодвигает парня в сторонку. Бросив взгляд на лестничную клетку, без спросу затягивает меня за руку в квартиру. Пока я растерянно осматриваюсь, Зимин уже ловко снимает с меня куртку и разматывает шарф с шеи.

— Данил, ты что делаешь? — вяло сопротивляюсь. Заметив, однако, несколько настороженно-любопытных пар глаз парней из комнаты напротив, замолкаю. Мы стоим сейчас у них на виду в маленьком коридорчике этой квартиры-однушки.

— Пообщаемся на кухне, — произносит Зимин коротко.

В квартире жарко натоплено. Я вздыхаю, понимая, что он прав. Деваться некуда, правильнее будет зайти. Неожиданно, среди этих парней, я вижу Тяпу. Он глядит на меня с нескрываемой злобой. Решаю просто игнорировать его.

Зимин, заметив мою нерешительность, с улыбкой приседает передо мной и дергает за шнурок на