Вкус ночи - Элиза Маар

Сейчас она сгорала от стыда. Свидетелей ее интрижки не предусматривали.

Да, она мне все рассказывала, но услышать и увидеть — разные вещи.

— Д-да. — запоздало ответила я. — Но если ты..

— Дай мне минутку, Кати, я уберу этот бардак и принесу тебе цветы.

Прикусив изнутри щеку, я нерешительно кивнула.

Но Ари все равно не видела. Она стояла спиной к нам и разгребала завал на рабочем столе.

— Водишь шашни с преподом? — вдруг спросил Брендон.

Я метнула в него строгий взгляд, говорящий, «Это не твое чертово дело! Не лезь!».

Но он лишь ухмыльнулся и снова переключил внимание на Арию.

Она, не отрываясь от работы, с равнодушием ответила:

— Это полезно. Ингредиенты стоят, как крыло демона, приходится выкручиваться. Как говорится у меня на родине: «хочешь жить, умей вертеться».

— Не боишься, что он заявит на тебя патрулю? — наклонив голову на бок, узнал он.

— Его право. — легкомысленно отмахнулась она.

На ее губах я увидела эту хитрую улыбку, без которой не представляю Арию совсем, когда она бросила на Брендона взгляд через плечо.

— Но тогда его женушка узнает, с какой кобелиной живет. У меня полно компромата. Я девочка прошаренная. Заикнется, потеряет и положение, и богатство. Репутация — его все.

Брендон тихо рассмеялся.

Нечто резко дернулось наружу, из-за чего у меня перехватило дыхание.

В низу живота появились странные тянущие ощущения. Мне вдруг захотелось свести бедра.

— Тебя не стоит недооценивать. — промурлыкал парень, скользнув по Арии оценивающим взглядом.

Меня будто под живот ударили. Теперь это нечто наоборот сжало мое сердце до боли.

На миг глаза накрыла красная пелена, и я живо представила, как выдираю волосы собственной подруге. Что за бред?!

— Кати? Кат? — окликнула меня Ария.

— Что? — не своим голосом, тихим и глухим, сказала я.

Руки сжались в кулаки, и отросшие ногти вошли в кожу ладоней.

— Ты побледнела. — обеспокоено сказала подруга. — Плохо себя чувствуешь? Если так, не молчи. Я мигом приготовлю тебе хорошее зелье.

— Я в порядке. — я прочистила горло. — Спасибо.

Она пару мгновений сверлила меня внимательным взглядом, словно чувствовала мою ложь, или видела меня насквозь, а потом, пожав плечами, вернулась к делу.

Но ненадолго она отвлеклась.

— Я представляла тебя другим.

Брендон нахмурился в недоумении. Я почуяла неладное.

— Ты не похож на облезлого контуженого опоссума, каким тебя описала Кати. Довольно симпатичный. Хотя-я, — она сощурилась. — Не в моем вкусе. Я люблю мальчиков постарше.

Брендон завис, удивленно смотря на мою подругу. Или уже бывшую подругу.

Поймав мой осуждающий взгляд, она пристыжено опустила глаза и вернулась к работе. Больше ничего подобного не выдала.

Я злилась на нее, но понимала, что быстро отойду. Я знала себя, и Арию тоже.

Она любит много болтать, всегда прямолинейна, и порой несет такую ахинею, что не знаешь, как реагировать.

В большинстве случаев мне либо хочется рассмеяться, либо прибить ее.

— Ничего здесь не трогайте! — строго сказала она, когда закончила. — Я быстро вернусь.

Не успела Ария скрыться за перегородкой, как Брендон принялся расхаживать. Вскоре его рука уже потянулась к зеленому бутыльку.

— Ты глухой, или тупой?! — все еще злясь на весь мир, резко выдала я. — Сказано ничего не трогать.

— Твоя подруга — ведьма? — спросил он, закрыв глаза на мою грубость.

Я скрестила руки на груди.

— Ведьма, и что?

— Я просто спросил, Веснушка. — он подошел ко мне. — Почему ты злишься?

— Я не злюсь. — буркнула я, отвернувшись.

— У твоей злости и лжи скверный вкус.

— Ты снова питаешься мной!?

— Нет. — он приблизился на шаг, оказавшись ко мне вплотную.

Его голос снизился до шепота.

— Я предпочитаю другие чувства. Страсть. Желание. Возбуждение.

Его взгляд опустился на мои губы, и чертово нечто разнесло по груди тепло.

Не позволив искренним чувствам всплыть на поверхность, я отвернулась и отошла.

Без тепла Брендона тотчас стало… не по себе.

Он больше не приблизился. Только больше отдалился, когда отправился изучать лабораторию Арии.

Останавливать его не стала, когда он взял в руки какую-то страшную статуэтку.

Подобных штук тут было много. Это еще раз доказывало, что Ария — ведьма.

Ее не было слишком долго. Я начала переживать.

Собиралась пойти за ней, но за спиной что-то разбилось. Резко повернувшись, я увидела на полу синие осколки.

Задуматься над тем, что произошло, не успела.

Мое внимание уже привлек странный дым, поднявшийся над стеклом. Под ложечкой тревожно засосало.

— Брендон? — тихо позвала я парня.

— Что?

— Смотри.

Прошло всего несколько секунд, а дыма стало больше. Он двигался так быстро, что уже через пару секунд обещал поглотить и меня.

— Какого..

Воздух пронзил хлесткий звук, будто ударили плетью.

— Веснушка! — выкрикнул Брендон, и за один удар сердца добрался до меня.

Он сбил меня с ног, придавив к полу своим телом. Застонал. Поче..

Мне в стопы будто воткнулись иглы, я взвизгнула.

По всему телу прошла странная вибрация.

После что-то так больно ударило по разуму, что в глазах потемнело.

Последнее, что я помню, это голос Брендона и ощущение, будто из меня вытягивают душу.

Глава 12. Не всегда же быть в себе!

***Брендон***

В чувства меня привел хлесткий удар по щеке.

Я резко подскочил, оглушенный и дезориентированный, но тут же шлепнулся обратно на задницу.

Тело меня не слушалось. И почему-то я ни черта не видел.

В голове звенело, на виски давила боль. Кожу покалывало от странного жара, и сильнее всего обжигало спину.

Мне сразу же захотелось сорвать одежду, но на голову полилась ледяная вода.

Я судорожно вдохнул от неожиданности.

— Ката?! — откуда-то издалека послышался голос ведьмы. — Кати!?

Веснушка!

Мне хватило одного ее имени, чтобы забыть о своем состоянии.

Я готов был снова подскочить, но кто-то надавил мне на плечи.

Чьи-то пальцы коснулись лба, и, наконец, я смог увидеть.

Чертовы волосы закрывали мне глаза, а ведьма, стоявшая радом со мной на коленях, убрала их.

Она была бледной, перепуганной до ужаса. И как заведенная продолжала повторять имя моей Веснушки.

— Где она? — выдавил я, охваченный страхом.

Какого..

— Боги… — выдохнула ведьма. — Нет. Нет. Нет. Нет!

Она заверещала, и я поморщился от этого ультразвука.

— Вы что натворили!? Твою мать! Твою мать! Твою ма-а-ать!!!

Я без того был словно оглушен, так она еще своим звонким голосом добавила мне головной боли.

И, как ошпаренная, подскочила на ноги.

Все еще ни черта не понимая, я проследил за ней взглядом.

Она оказалась около синих осколков и, опустившись на корточки, загнула такое ругательство, что портовые моряки позавидовали