Играющая Дафна - Анна Де Пало

Наверное, я и сама этого не знаю.

— Возможно, все вкупе. Зак покачал головой.

— Я так не думаю. Думаю, ты и сама не знаешь, кто ты.

— А мне-то казалось, что здесь задаю вопросы я, — иронично заметила девушка.

Его губы изогнулись в ухмылке.

— А что, разве интервью — это не беседа? Кроме того, чем больше я тебя узнаю, тем сильнее ты меня интригуешь.

— Ну, спасибо.

— Вот, например, — продолжал Зак, словно не услышав ее реплики. — Ты все-таки носишь обручальное кольцо или нет?

Саммер подумала, не соврать ли в ответ, но решила, что лучше сразу объясниться. Скорее всего, он рано или поздно узнает об этом из газет.

— Я разорвала помолвку.

В синих глазах пронеслось пламя, но Заку удалось справиться с эмоциями.

— Ты рассказала ему!

— Да, — признала Саммер, а затем добавила: — Но я это сделала вовсе не из-за тебя. Ты просто заставил меня понять, что наша с Джоном свадьба была бы ошибкой. Я решила порвать с ним прежде, чем рассказала о том, что произошло между нами.

— А что произошло между нами, Саммер? — глубоким голосом спросил Зак.

— Я… я еще не знаю.

— Это было невероятно. Мы были неподражаемы.

— Прекрати. Ты обещал мне…

— Что я обещал?

Девушка промолчала.

— Я не помню никаких обещаний. Зато помню, как говорил, что снова хочу тебя увидеть.

— Ради интервью. Вчера позвонил твой менеджер и засыпал меня вопросами о времени и теме интервью.

— Сожалею.

Она огляделась.

— Кстати, а где Марти? У меня возникло впечатление, что ему хотелось присутствовать.

Зак прикрыл глаза.

— У него много дел.

Саммер подумала, что это довольно-таки странно. Она достала из сумочки диктофон. Зак нервировал ее, и единственный способ избежать опасных тем — заняться делом.

— Ну что ж, давай перейдем к интервью, хорошо? — поспешно спросила девушка. — Я не хочу напрасно тратить твое время.

Взгляд, которым рокер одарил Саммер, был приглашением на пир греха.

— Ты не тратишь его напрасно.

Девушка почувствовала, как вдоль ее позвоночника прошла волна дрожи. Она откашлялась и включила диктофон.

— Что ты считаешь самым трудным в своей карьере музыканта?

Зак рассмеялся.

— Бросаешься прямо в бой, да?

Она приподняла бровь. Мужчина вздохнул.

— Ну, хорошо. Самое сложное — избегать штампов. Думаю, об этом беспокоится каждый артист. Я хочу, чтобы моя музыка оставалась свежей и полной жизни и одновременно коммерчески успешной.

К удивлению Саммер, после первого вопроса интервью пошло как по маслу, разговор тек легко и непринужденно. Зак рассказал об успехе последнего альбома и своем участии в фестивале «Музыка во исцеление».

Наконец Саммер решила сменить тему:

— Почему-то те, кто пишут о тебе, никогда не упоминают о скандалах, наркотиках, арестах.

— Прости, что разочаровал, — съязвил Зак.

— Но, — продолжала девушка, — в прессе о тебе говорят, что ты грубиян и вообще «плохой парень». Как думаешь, отчего у тебя такая репутация?

— Все просто. Обычно я отказываюсь давать интервью.

Не сдержавшись, Саммер рассмеялась.

— У тебя впереди еще несколько этапов мирового турне, которое продлится до конца года. Какие города ты намерен посетить?

— В конце месяца состоятся концерты в Хьюстоне, затем в Лос-Анджелесе. Потом я уезжаю за границу, — мужчина помолчал. — Но до конца месяца буду в Нью-Йорке.

— Правда? — переспросила девушка, пытаясь не обращать внимания на охватившее ее волнение.

— Да, я планирую провести время с семьей.

— Уверена, они будут рады тебя видеть, — девушка выключила диктофон, потому что уже получила информацию, необходимую для статьи.

Музыкант лукаво ухмыльнулся.

— В отличие от твоих родных?

Но Саммер не поддалась на провокацию.

— В твоей биографии, выложенной на сайте, говорится только то, что ты вырос в этом городе.

— И это не случайно. Я предпочитаю не афишировать свою личную жизнь, — Зак снова ухмыльнулся. — Но если тебе интересно, я вырос в Вест-Сайде.

Возможно, подумала Саммер, как раз недалеко от того места, где я сейчас живу.

— Мой отец — профессор Колумбийского университета, — уточнил мужчина. — А мама — психолог с частной практикой.

Саммер попыталась представить Зака примерным сыночком степенного профессора и врача-психиатра. Но ее усилия пошли прахом.

Музыкант криво ухмыльнулся.

— Да, знаю, в это трудно поверить, — он немного помолчал. — Но все не так, как кажется. Мой отец — археолог, он почти каждое лето проводит на раскопках в Южной Америке и на Ближнем Востоке, — Зак пожал плечами. — Именно поэтому я выбрал профессию, которая позволяет много путешествовать.

— И что, ты всегда хотел стать музыкантом? — спросила Саммер.

— В смысле рок-звездой? — ехидно спросил муж-чина и покачал головой. — Нет. Какое-то время я честно пытался делать то, чего от меня ожидали родители. Однако за месяц до окончания Колумбийского университета я подписал первый контракт со звукозаписывающей компанией.

— И на каком факультете ты учился? — уточнила девушка, удивленная тем, что Зак закончил один из самых престижных университетов. Это не укладывалось в сложившийся в ее представлении образ рокера.

— На музыкальном. Играл тут и там… А ты?

— Английский язык и журналистика. В Нью-йоркском университете.

— А в какой школе училась?

— В частной, в Хэмптоне. А ты?

— В «Хорас Манн».

Они улыбнулись друг другу.

— Ладно, теперь мне нужна пара твоих фотографий для статьи.

Зак поднялся.

— Хорошо. Где мне встать?

Саммер подняла глаза. Когда он успел подойти к ней так близко?

Девушка встала, держа в руке цифровой фотоаппарат.

— Ну, нам нужно яркое освещение, но не против солнца. И фон должен быть не слишком перегруженным.

— Может, мне присесть на подлокотник кресла?

— Звучит неплохо, — кивнула Саммер. — А затем сделаем еще одну фотографию у стены гостиной, на белом фоне.

Дождавшись, когда Зак примет нужную позу, она подготовила камеру и начала фотографировать.