Играющая Дафна - Анна Де Пало

Выбравшись из машины, Саммер подняла глаза на здание «Прилива» и выпрямилась. Она чувствовала себя так, словно ей опять двенадцать лет и предстоит выслушать очередную нотацию дедушки.

И все же здесь был ее дом, в котором ее всегда ждал теплый прием. Возможно, огромный особняк не у многих людей вызывал бы ощущение уюта, но Саммер считала это место лучшим на свете.

Она вдохнула соленый морской воздух. Имение семьи Эллиот располагалось в Хэмптоне — одном из самых престижных районов, в пяти часах езды от Нью-Йорка, прямо на берегу Атлантического океана.

После того как родители сестер погибли в авиакатастрофе, их воспитывали бабушка и дедушка. И даже сейчас девушки частенько проводили выходные в «Приливе».

Однако на сей раз Скарлет сказала, что не сможет поехать в «Прилив», объяснив это внезапно возникшими делами в городе.

Саммер надеялась, что сестра не сердится на нее за разрыв с Джоном. Вчера Скарлет проявила достаточно сочувствия, но сегодня утром она разговаривала с сестрой холодно и даже отказалась признаться, с кем и где провела ночь. А ведь раньше у них не было друг от друга секретов.

Саммер помахала рукой Бенджамену Тренту, дворецкому, и поднялась по ступенькам крыльца к парадной двери.

Дом, милый дом.

Девушка опустила сумку на пол и бросила куртку на стул, по привычке оглянулась вокруг и в который раз поразилась элегантному дизайну, говорившему о великолепном вкусе хозяйки.

До Саммер донеслись звуки шагов, и через несколько секунд в комнату вошла ее бабушка.

— Саммер! Какой приятный сюрприз! — с певучим ирландским акцентом воскликнула пожилая женщина. — Мы не ждали тебя сегодня, тебе ведь еще нужно подумать о свадьбе.

Свадьба…

Девушка снова вспомнила о неприятном разговоре, который ей предстоял. Тем не менее Саммер улыбнулась и поцеловала бабушку в щеку.

— Привет, бабуль.

Мэв было всего девятнадцать, и она считалась первой красавицей в Ирландии, когда Патрик Эллиот вскружил ей голову. Теперь бабушке Саммер было семьдесят пять, но она была по-прежнему хороша собой и излучала тепло и радушие.

Отстранившись, Саммер заметила, что бабушка выжидательно смотрит на дверь.

— Ты как раз вовремя! Скоро будем обедать. А Скарлет разве не приехала?

— Нет, она сказала, что у нее какие-то дела. Но в любом случае мы прекрасно проведем время, разве не так?

— Раз ты здесь, разумеется!

Саммер всегда очень любила свою бабушку. Мэв потеряла не только сына и невестку — родителей Саммер. Ее дочь Анна скончалась от рака в семилетнем возрасте.

Когда они вошли в столовую, Оливия — кухарка, жена Бенджамена — тепло их приветствовала, и Мэв попросила поставить на стол еще один прибор.

— А тетя Карен и дядя Майкл разве не здесь? — спросила Саммер.

— Майклу пришлось вернуться на работу, чтобы уладить какие-то деловые разногласия, а вернется он не раньше вечера. Карен отдыхает, — печально добавила Мэв. — Она слишком устала, чтобы спускаться сюда, и будет обедать в своей комнате.

— Как у нее дела? — спросила Саммер. У жены дяди Майкла недавно обнаружили рак груди, и ей сделали одну за другой две операции.

— Карен никогда не жалуется. Слава богу, болезнь не прогрессирует, но химиотерапия всегда тяжело переносится.

— Ну, — громко произнес дедушка, входя в столовую. — Вот, пожалуйста, возвращение блудной внучки!

В отличие от своей жены, дедушка проявлял нежные чувства исключительно ворчанием, но Саммер давно к этому привыкла. Она поцеловала его в щеку.

— Дедушка, ты же прекрасно знаешь, я приезжала на прошлой неделе. — Опустившись на стул, Саммер добавила: — Правда, сегодня я одна. Скарлет решила остаться в городе.

Патрик Эллиот занял свое место. Оливия наполнила их тарелки дымящимся куриным супом.

— Ну, как там поживает твоя ненормальная сестренка?

Саммер хихикнула.

— Патрик, ты неисправим, — произнесла Мэв. — Прекрати дразнить бедную девочку!

Дедушка насупился и поднес ложку с супом ко рту. Саммер знала: единственным человеком, способным обуздать своеобразный норов Патрика, была ее бабушка. Старик обожал свою жену.

За обедом они говорили о последних событиях, о благотворительной деятельности Мэв и, разумеется, обо всем, что происходило в Хэмптоне.

Затем они перешли к десерту (свежим ягодам со сливками). Саммер совсем уже было расслабилась, но тут дедушка кивком указал на ее правую руку.