Будь со мной - Виктория Горкушенко

Она кивнула.

— Хорошо. И что мы будем делать? — спросила она с интересом.

— Смотреть на звезды, — я указал на прозрачную крышу палатки.

У Алисы раскрылся рот от удивления, когда она проследовала взглядом за моим пальцем.

— Вау. Жаль, что в городе довольно плохо видно звезды, — вернула она взгляд ко мне.

— Это все, что я смог сделать.

Она легла спиной на матрас и взяла меня за руку.

— Даже в нынешних условиях это восхитительно. Спасибо, — она повернула голову ко мне.

Я лег на бок рядом с ней, упираясь локтем в матрас.

— Тебе спасибо, что согласилась приехать, — я потянулся рукой за спину к бархатному футляру. — Кстати, это тебе, — я передал футляр ей.

Рыжуля открыла его и из одного ее глаза выкатилась слеза. Я сцеловал ее слезу и уткнулся лбом в ее висок.

— Пожалуйста, не плачь, — прошептал я.

— Просто он прекрасен. Абсолютно несочетаем, — рассмеялась она сквозь слезы, — но прекрасен. Видно, что выбран с душой.

Я достал браслет с шармами на нем и надел его ей на руку.

— Расскажешь мне о шармах? — попросила она.

Я кивнул.

— Гантелька, — я указал на небольшой шарм, — как напоминание о нашем знакомстве. Этот, — я указал на шарм с тремя маленькими подвесками в виде черной туфельки, платья и сумки, — как напоминание о том, какой потрясающе красивой ты была на нашем первом свидании. Этот, — я указал на шарм в форме буквы К, — чтобы ты не забывала, что свидание было со мной. — Алиса рассмеялась, но ничего не ответила. — Автомобиль, — я взял и потер гладкий шарм, — чтобы ты помнила об особенном моменте на переднем сидении моей машины. Голубоглазая лисичка… — я указал на следующий шарм, — по очевидным причинам, — усмехнулся я. — Кинохлопушка, напоминание о нашем втором свидании и, наконец, последний, — я взял круглый ажурный шарм, на котором проглядывались звезды. — Напоминание о нашем сегодняшнем свидании. Извини, шарма с тарелкой супа не было в наличие, чтобы запечатлеть все наши встречи.

Она рассмеялась и поцеловала меня.

— Спасибо. Очень красиво.

Я погладил ее по волосам и, глядя в глаза, сказал:

— Ты достойна всего самого лучшего, — Алиса отвела взгляд, и на ее щеках появился румянец.

И в этот момент я осознал, что я далеко не тот, кто достоин ее.

— Ложись и смотри на звезды, а не пялься на меня, — сказала она, отвлекая меня от мрачных мыслей.

Какое-то время мы любовались ночным небом, а потом она повернула голову ко мне и спросила:

— Почему ты пропал?

Я выдохнул, продолжая смотреть на звезды.

— Я не умею стоить отношения и обязательно сделаю тебе больно. Поэтому решил, что будет лучше уйти раньше, чем позже.

— Но ты позвонил.

— Да, позвонил. Потому что все эти 8 дней хотел тебя увидеть.

Повернувшись, я поцеловал ее так, как хотел поцеловать все эти 8 дней. С тоской, нуждой и страстью. Она обняла меня за шею и притянула на себя. Благо, у меня хорошая реакция, и я успел выставить вторую руку вперед, чтобы не раздавить ее.

— Аккуратнее, Лисенок. Иначе, вместо секса мы поедем в травмпункт, — со смешком сказал я.

— Я не такая хрупкая, как ты думаешь, — ответила она и снова заткнула меня поцелуем.

Я зарычал и протолкнулся бедрами между ее ног.

На ней были джинсы, что мешало мне прикоснуться к ее киске. Но я не позволил этому остановить меня. Оперевшись на одну руку, я расстегнул молнию и пуговицу, а затем медленно заскользил ладонью по ее лобку к клитору, не разрывая поцелуй. Было тесно и мало место для маневра, но легкие поглаживания я вполне мог себе позволить. Как только я прикоснулся к ее клитору, Алиса застонала.

— Да, Лисенок. Громче. Мы здесь вдвоем, нас никто не услышит. Дай мне знать, на сколько тебе хорошо, — приказал я, продолжая потирать ее чувствительную горошину. — И подними свой свитер.

Она послушалась, и мне открылся вид ее кружевного черного лифчика. Он был без поролона, поэтому в свете свечей я увидел ее темно-розовые затвердевшие соски. Не мешкав ни секунды, я припал к одному из них прямо через кружево, немного прикусив.

— Да-а-а, — стонала Алиса, вцепившись руками в мои волосы, побуждая продолжать.

Мой член болезненно рвался наружу в джинсах. Убрав руку, я начал тереться им о ее киску.

— Кончала когда-нибудь так? Прямо через одежду, — она покачала головой. — Тогда держись за меня, потому что прямо сейчас у тебя будет первый раз.

Я опустил чашки ее лифчика вниз и начал поочередно ласкать ее грудь, не переставая двигать бедрами вперед-назад, имитируя проникновение.

— Я… близко-о-о… — задыхаясь, простонала она.

Я ускорил свои движения, а затем прикусил один сосок и ущипнул пальцами второй.

Ее тело забилось в экстазе, а я продолжил нежно тереться об нее, продлевая ее оргазм.

Еще чуть-чуть и я кончу.

Так, подумай о каком-нибудь мерзком, вонючем мужике из спортзала.

Как только картинка всплыла в моей памяти, член сразу немного обмяк.

Отлично.

Я стянул свою футболку и начал расстегивать ремень на джинсах.

— Даю тебе 5 секунд, чтобы остановить это, — сказал я, хватаясь за крупицы разума, но Рыжуля покачала головой и начала стягивать свою одежду.

— Ни за что. Я хочу тебя глубоко в себе.

Я застонал.

— Блять. Не говори мне таких вещей, иначе я кончу, еще до того, как окажусь внутри тебя.

Она перестала раздеваться и спросила:

— У тебя есть презерватив?

— Только не думай, что я изначально рассчитывал на секс, но да, у меня он есть.

Я достал презерватив из заднего кармана джинсов.

Алиса фыркнула.

— Ну, конечно, он у тебя есть.

Я одарил ее самой лучшей из своих улыбок и ответил:

— Очень скоро, ты поблагодаришь меня за это, Лисенок.

Сняв джинсы и боксеры, я разорвал упаковку и достал презерватив.

— Надеюсь, что ты меня не разочаруешь, Казанова, — поддела Рыжуля, пока я раскатывал латекс по всей длине.

— Ты будешь стонать мое имя снова и снова, обещаю.

И, приставив член рукой к ее входу, я толкнулся до упора.

Боже, я попал в рай.

Ее киска была до боли узкой, обжигающе горячей и до невозможного влажной.

Я простонал.

— Как же в тебе хорошо. До боли.

Алиса вторила моим стонам и, проведя своими коготками по моей груди, прошептала:

— Двигайся уже.

Я взял ее за ноги и закинул их себе на плечи, а затем начал ритмично двигаться, пытаясь по пути не опростоволоситься и не кончить сразу.