Старшая сестра - Лилия Фандеева

– Можешь, Ася, но не в ущерб учёбе. Осталось пять месяцев до ЕГЭ. Если твой Алекс тебя любит, пусть подтянет тебя по тем предметам, которые хромают. Встречайтесь, общайтесь, не забывая о своём будущем. Мне не нужно напоминать тебе о контрацепции? Будет время, сходи к маминой подруге. Это не стыдно, Ася. Будет позже стыдно признаться, что в восемнадцать лет ты безграмотная, и предстоит делать выбор между абортом и рождением ребёнка.

– Ты так спокойно об этом говоришь, – смутилась Ася.

– А ты считаешь, что мой запрет даст результат? Я могу посоветовать, но решать тебе. Да, ещё один совет: приглашая Сашу в гости, следи за порядком в своей комнате. Парни, как правило, не любят нерях, – улыбнулась Ирина, – хотя могут быть исключения.

Александр Барский был в семье единственным поздним ребёнком. Его родителям было за пятьдесят. Они оба были врачами в городских больницах, а последние десять лет работали в частной клинике. Ася быстро нашла общий язык с мамой Александра и охотно делилась с сестрой всем, что касалось его семьи. Ирина познакомилась с Надеждой Николаевной на последнем звонке в гимназии.

– Ирина, как ты относишься к дружбе Саши и Насти? – спросила Барская.

– Вам не нравится моя сестра?

– Она нравится моему сыну, а я хочу, чтобы мальчик был счастлив. Не запрещайте им дружить.

– Саша нравится и мне. У меня и в мыслях не было нарушать эту дружбу. Через четыре месяца Асе исполнится восемнадцать.

– Странно, но ходят слухи, что…

– Не верьте слухам, – перебила Барскую Ирина. – Хотите что-то спросить или сказать, не стесняйтесь. Мне скрывать нечего. Чем больше Вы будете сомневаться, тем больше будет слухов. Ребята сдадут экзамены, у них появятся новые друзья, а та часть, что со слухами, останется в прошлом. Я не знаю, сколько продлится их дружба, но пока я ею довольна.

Анастасия прилично сдала ЕГЭ, Ирина получила диплом. Чуть раньше на могиле матери установили одну плиту на двоих с бабушкой и привели всё в порядок.

На выпускной вечер к Анастасии Богдановой пришла не только Ирина, но и Громовы. Отношения между ними не стали родственными, но Илью Петровича устраивали ровные, где-то даже приятельские отношения. Молодёжь вернулась домой перед рассветом, но по звонку поднялась в начале девятого.

– Приём документов с девяти и до обеда мы вернёмся, – говорил Александр Ирине, готовящей завтрак. – То, что не успеем сегодня, оставим на вторник. У нас ещё есть время. – Солнце, подъём, – крикнул он Насте.

– Определились с выбором? – спросила Ирина. – Ты убедил Настю?

– Я особо не настаивал, но совет дал. После отдыха в Турции, думаю, сама откажется, а пока пусть сдаёт документы.

– А ты хитрец. Что остаётся? – улыбнулась Ирина.

– Думаю, будем штурмовать твой университет, и учиться в новом корпусе, но для страховки есть смысл подать документы в два других.

– Ир, в кого он такой невыносимый? У нас неделя до поездки, а ему нужно прямо сегодня бежать, – бурчала Ася. – Я спать хочу, не выспалась.

– Я, на Сашином месте, поступила бы точно так. Да и ты всё делаешь по горячим следам. Так что не ной, завтракайте и я вас отвезу, куда скажите. Чем быстрее мы управимся, тем быстрее ты встретишься с подушкой.

– Я передумала спать, – сказала Ася с полным ртом. – Мы должны пригласить тебя в кафе и это не обсуждается. Ир, я такая дура, что сомневалась в твоём платье. Ты специально сохранила его для меня? Все обалдели, когда мы с Саней вошли в зал. Куда всем вечерним платьям до моего наряда.

– Аська была лучше всех на балу и это признали все без исключения.

– Мне оно тоже нравилось. Лёгкое, пышное, белое облако. В нём главное материал и фасон, а всё остальное сделала твоя фигура, – подмигнула Ира сестре.

Позавтракав, Ирина повезла двух выпускников в приёмные комиссии университетов, по дороге узнав ещё одну новость. Саша признался, что летит вместе с ними в Турцию.

– Я купил путёвку на следующий день после тебя. Партизанка Ася нашла путёвки и сдала мне тебя, – говорил он улыбаясь. – Ты не сердишься?

– Я за вас ребята радуюсь.

– Такой ты мне больше нравишься. Ты за последние месяцы изменилась, – сделала вывод Ася.

– Неправда! Это не я изменилась, а ты, и мне это нравится. Счастливые люди смотрят на мир несколько по-другому. Вот и ты смотришь на меня иначе, под другим углом. Что будете делать в августе?

– Узнаем о результатах, поедем за город, – ответил Саша.

С тридцатого июня по шестнадцатое июля их ждала гостеприимная Турция. Они вернулись отдохнувшие, загоревшие и довольные поездкой. Восемнадцатого июля Ирина вышла на работу в агентство переводов. Александр и Анастасия стали студентами университета. Двадцать шестого сентября Асе исполнилось восемнадцать лет. Была суббота, и было решено организовать ужин в ресторане. Приехали родители Саши и Громов. Ирина подарила сестре документы на квартиру, переоформленные на её имя.

– Я предлагаю встретиться завтра и определиться с ремонтом. Настя, это последний дом, построенный на совесть, и он лет сто простоит без капитального ремонта, – говорил Громов. – Третий этаж, кирпичные стены, комнаты раздельные. Можно зал и кухню объединить – сейчас это модно. Заменить двери и сантехнику, полы и потолки – сделать из неё конфетку. Доверишь?

– Сделаете, так как я захочу? – смеясь, спросила довольная Анастасия.

– Сделаю, но золотой унитаз не обещаю. – Ирина, а что ты будешь делать, когда сестра съедет? Не хочешь поменять дом на квартиру с доплатой?

– Я подумаю, – ответила Ирина. Она знала, что дом купят, но где жить, пока не купит себе жильё, а покупать его до продажи дома не на что. В долг такую сумму никто не даст. Обмен – это длинная песня. Не говорить же Громову о своих проблемах. Он Асе помогает, уже хорошо.

– В таком случае, дорогие наши дети, за нами с отцом мебель. Карельскую берёзу мы не обещаем, но постепенно обустроим вашу квартиру, – сказала Барская, глядя на мужа.

– Переедут на новую квартиру, будем видеться ещё реже, – с грустью сказал Алексей Александрович Барский. – Мы с женой и на пенсию не спешим, чтобы не оставаться в одиночестве.

– Вы не одиноки. Вы друг у друга есть, а это уже не мало. Я их вижу час утром, два-три часа вечером, но могло и этого не быть.

К Новому шестнадцатому году молодёжь въехала в квартиру, отремонтированную по желанию Анастасии с