Берегись! Сейчас я буду тебя спасать - Ксюша Левина

– Сумка?

– Да, из коричневой кожи, уродливая сумка. Она под вашей лавкой.

Глер всё ещё сидел на коленях на дне лодки. Его штаны и так были промокшими, потому местоположение не особо заботило, а теперь ещё и появилась надежда сменить одежду, так чего расстраиваться по пустякам? Потому Глер просто обернулся и стал шарить под лавкой, собирая на рукава водоросли и грязь, протирая колени. Сумка нашлась тут же, но что ещё более удивительно, внутри неё лежала толстенная папка с данными о Глере Мальбеке и Эмме Гриджо.

– Что это?

– Я всё украла, – довольная, разулыбалась Эмма, и лодчонка поплыла быстрее.

– Фантастика… – бормотал Глер, разглядывая документы.

– А ещё я прихватила пару векселей… мягко говоря порочащих хозяина. Если он всё правильно поймёт, то не сдаст нас! Я собрала всё, что нашла! Я вообще-то специалист по праву.

И Глер расхохотался.

Фантастика!

Пока что леди Эмма Гриджо в этом деле была полезнее его самого.

Остров был и правда крошечным по меркам Эммы и райским по меркам Глера. Он бы запросто жил в таком месте, а не использовал как “морскую дачу”.

Вдоль аккуратного причала были привязаны прогулочные яхты со снятыми парусами. Лодчонка Глера и Эммы смотрелась тут просто потешно.

Ближе к берегу стоял двухэтажный коттедж из белого кирпича с множеством окон. Эмма, стоило ей увидеть домик, стала разливаться соловьём о том, к какому архитектурному стилю относится сие творение и где покупали витражи.

По обе стороны от дома располагался парк, неухоженный, по всей видимости, но пышный. А по словам Эммы, на другой стороне острова было ещё множество построек, фонтанов и даже канал.

– И это дача? – недоверчиво поинтересовался Глер, пока они с Эммой ещё стояли на причале.

Оба кутались от холода в мокрую одежду и мечтали о тепле.

– Скромно, да? – расстроенно сморщилась Эмма.

– Это великолепно! – усмехнулся Глер.

– На свадьбу папа обещал мне землю в Мерло, у дяди… там море и тепло, и…

– О, я с радостью послушаю про Мерло, но не пойти ли нам к камину. Иначе я разведу костёр прямо тут!

– А вы бы смогли? – на ходу, кокетливо, поинтересовалась Эмма, бодро шагая к облагороженной камнем тропинке.

– Хотите проверить?

И Глер зажмурился, не давая себе продолжить разговор.

(К своему ужасу он понял, что почти готов доказать, на что способен в вопросе… разведения огня!)

Это был… флирт. Будто Эмма не графская дочка и не леди, которая ведёт его, Глера Мальбека, среди ночи на свою “морскую дачу”, чтобы остаться там наедине, чёрт побери.

И Глер мог бы спросить, не боится ли Эмма оставаться наедине с малознакомым мужчиной, но страшно боялся, что она скажет “нет” и рассмеётся.

Глава о морской даче

Дом и вправду был практически заброшен. Всюду пыль, паутина. Чехлы на мебели и безжизненный запах застоявшегося воздуха.

Хотелось открыть окна во всех комнатах, но путешественники так замёрзли, что не могли себе такого позволить.

Однако, стоило Глеру развести огонь в камине, и всё тут же изменилось, будто некий художник, взяв кисть и краски, стал расцвечивать серую комнату, даря ей уют. Казалось, что даже сероватые обои приобрели тёплый оттенок, а воздух быстро пропитался запахами горящей древесины.

Огонь будто выжигал пыль, и становилось легче дышать.

Глер дышал. Глубоко, сосредоточенно. Смотрел на языки пламени и ждал, когда Эмма вернётся в комнату.

Она ушла на разведку и поиск каких-то сухих вещей. На еду оба даже не рассчитывали.

– Другие комнаты… не особенно пригодны для жизни, – звонкий голос Эммы вывел из раздумий, и Глер обернулся.

Она сменила платье на чёрное, очень похожее на те, что носят в богатых домах горничные. Теперь её синие кудри стали ещё ярче на тёмном фоне. Удивительным образом ещё ни разу Глер не подумал, что Эмме что-то не идёт, будто она украшала собой любую вещь. Ему только стало казаться, что ей совсем не шло то голубое платье, уступая простому наряду с рынка, как новое преображение и так и подмывает сказать: "Леди Эмма… чёрный – ваш цвет!"

– Я нашла вам это, можете переодеться.

И подала свёрток. Глер кивнул. Он мечтал о том, чтобы стянуть с себя мокрую рубашку, и был согласен даже обойтись без горячей ванной.

– Я могла бы… – Эмма подала голос, едва Глер успел зайти за ширму, украшавшую некогда гостиную, и стянуть сырую одежду. – Могла бы…

И она замолчала.

Тишина оказалась такой пугающе звенящей, что Глер стал быстро одеваться, не успев даже рассмотреть во что.

Он выскочил из-за ширмы и замер.

Эмма Гриджо сидела на краешке софы напротив камина и горько-горько рыдала.

– О, мистер Мальбек… мне так страшно, – шепнула она, и стоило Глеру сделать к ней шаг, сорвалась с места и бросилась ему на шею.

Эмма рыдала как маленькие дети, искренне и безутешно, и её горе было куда больше и глубже любых эмоций Глера.

Он испытывал досаду, злость, он был расстроен. Эмма же была убита. И стало ясно, что не существовало никакой отважной девочки, что спасала их и решала любые проблемы.

Была только та же леди Эмма, просто очень перепугавшаяся, и вот сейчас, в тишине и тепле, она смогла дать волю слезам.

– И как же вы так долго держались, – выдохнул Глер и, наконец, обнял её в ответ.

Его пальцы легли на её спину и даже провели по длинным прядям. Волосы как живые отозвались на его прикосновение и тут же сами полезли в руки,