Берегись! Сейчас я буду тебя спасать - Ксюша Левина

Глава про новую личность

Утро было душным и шумным, как бывает только после кошмарных снов или летних барбекю на открытых лужайках парков Гриджо.

Но нет. Это всего лишь Молинар хозяйничал в комнате, проник туда сквозь открытую дверь балкона, ворвался беспокойной болтовней народа и раскалённым воздухом.

Святые силы… ещё только утро! А уже так невыносимо жарко…

Эмма попыталась накрыть голову подушкой, даже встала и закрыла балконную дверь, но увы, уши будто сами додумывали и усиливали еле слышные звуки с улицы.

Делать нечего! Эмма потянулась, размяла кости и решила, что пора вставать.

Номер не был оборудован удобствами, но зато была магия, а умывания – едва ли не единственное, для чего свои силы смогла применить за свою недолгую жизнь Эмма.

После окончания школы, как и все девочки четырнадцати лет, она должна была посещать до восемнадцати или до замужества колледж. Там, в крошечных комнатках общежития, ютилось по две девушки и умыться было негде, кроме как в общей купальне. Ах, как пригодился странный дар!

И Эмма в любых условиях могла оставаться красивой и опрятной, всего-то имея власть над «чертовой водой».

Теперь же, за четверть часа раздобыв и мыло и приличный медный таз, она с радостью привела себя в порядок. Затем сменила платье, найдя что-то очаровательное в простом наряде цвета травы. Перевязала кудри очередным платком и стала ждать Глера.

Он же появился только к десяти утра, когда несчастная леди успела измучиться со скуки.

– Ну сколько можно спать! – всплеснула она руками.

– Позвольте, леди Эмма, но я общался с людьми по поводу ваших документов.

Он, как обычно, вздёрнул бровь и Эмма устало вздохнула.

Эта широкая тёмная бровь, точно нож гильотины, уничтожала её настроение одним взмахом! До чего надменный и ледяной человек. Весь вид мистера Мальбека так и вопил о его безразличии к мелким проблемам какой-то там Эммы.

– Прошу прощения, – процедила Эмма, вовсе ни о чём не сожалея. – И что же?

– Вы, Эммоджен Гри. Моя… супруга, – он откашлялся. – Я хотел сделать вас сестрой, но, на случай лишних расспросов, супруга – безопаснее. Теперь относительно фамилии, – Глер до этого стоял посреди комнаты, а Эмма чуть поодаль у кровати. Стоило разговору выйти на дружелюбный тон, и оба зашевелились.

Эмма пересела за крошечный столик, а Глер занял ужасную на вид софу у окна.

– Мы не можем использовать мою фамилию. Конечно, вы уже успели сообщить её всем и каждому, – пауза, в которую Эмма успела вспыхнуть. – Но это и к лучшему. Если будут искать именно меня… след оборвётся. К тому же я не женат!

Это звучало так высокомерно, будто брак это что-то ужасное и Эмма отвернулась. Её охватывало самое настоящее отчаяние. Никогда! Ни-ког-да, молодые люди не говорили с ней так пренебрежительно. Она попросту привыкла быть в центре внимания. Слово брак из их уст звучало как великое благо! Они на все лады распевали, как это прекрасно, намекая на неё, Эмму (она не сомневалась). А те, кто считался закостенелыми холостяками… ну как правило к ним Эмма и не приближалась. Да и кому нужны скучные одинокие старики?

И вот теперь, сидя в одной комнате с молодым и, хоть не благородным, но привлекательным молодым мужчиной, Эмма вдруг впервые всё поняла…

Отец…

Всех всегда интересовала женитьба не на молодой леди Эмме, а на деньгах. И это при том, что она даже не была старшей дочерью! Да, приданое было, но разве это что-то значит, если отец ни за что не отдал бы свою младшенькую за нищего оборванца? В чём расчёт?..

Эмма не понимала и понимать не хотела.

Она как испуганный ребёнок стояла на пороге тёмной комнаты и отказывалась сделать заветный шаг, чтобы узнать, что же страшного таит в себе чернота.

– Отныне мы – Гри. И миссис Гри засветилась на местном рынке, к счастью.

– О, святые, я не бесполезна, – рассмеялась Эмма, а Глер даже не улыбнулся.

– Раз в год и океан пресный, – проворчал Глер, запустив пальцы в свои длинные волосы, собранные в хвост.

От этого жеста идеально лежащие пряди выбились и стали выглядеть чуточку живее.

“Так-то лучше”, – проворчал внутренний голос Эммы, и она даже вздрогнула.

“Вот ты и объявился!”

“Хорош, верно? – ехидно подначивал голос. – А уж с этими прядочками… м-м-м! “

“Дикарь! Не более того!”

“То-то ты смотришь… глаз не отведёшь”.

“Ещё чего. Чурбан и оборванец! Иди-ка туда, где сидел! Больно мне нужны дурные советы”.

– Ау! – Глер пощёлкал пальцами перед лицом Эммы, и она вздрогнула.

– А… ага…

– В полдень заберём наши новые документы, а пока пойдём в город и пообедаем.

– А… м… почему Эммоджен? – она встала со стула, подошла к потемневшему старому зеркалу и стала поправлять волосы, следя за синими прядками, которые норовили вырваться на волю, стоило Глеру только начать выводить Эмму из себя.

– У меня спросили полное имя, а я его не знал. Решил, что Эмма – слишком заметно. Эммоджен – старинное Траминерское имя.

– Понятно. Ну так вот, чтобы вы знали, даже если вам это вовсе не интересно, моё полное имя просто Эмма.

Она хотела быть колкой и не придумала лучшего повода, а он просто… проигнорировал, как настоящий истукан.

Эмма разочарованно смотрела, как за Глером закрывается дверь, и всё, что услышала напоследок: “Жду вас на крыльце!”

“Ах, как хорош… ну просто душка!” – внутренний голос разговорился не на шутку.

“Это?? Душка? Да что с тобой не так?”

“Много ты понимаешь, девчонка…”

Глава про платья

– Леди Эмма, мы не можем бездумно раздавать деньги! Даже особо нуждающимся! Мы сами… нуждающиеся!

– Но она была так несчастна!

– Это не повод!

– У неё был