Без тебя жизни нет - Дорин Оуэнс Малек

Боб положил гамбургер обратно на тарелку.

— Ты полагаешь, что я тебе лгу?

— Я полагаю, что ты склонен преувеличивать размеры сплетен по этому поводу, потому что… — Она замялась.

— Почему? Потому что я ревную тебя к этому мистеру X?

— Я этого не сказала.

— Но подумала. И все думают точно так же. Рядом с тобой, что бы ты ни делала, куда бы ни шла, неотлучно находился этот бродяга.

До Лары наконец дошло, что Боб оказался в неловком положении. Он же раззвонил на весь город, что у него серьезные намерения по отношению к внучке Роуз, а внучка у всех на глазах наплевала на него, отдав предпочтение поденщику, неизвестно откуда появившемуся в Ред-Спрингсе.

— Мне очень жаль, Боб, если я тебя чем-то обидела, но припомни сам — я ведь никогда никаких обещаний тебе не давала. Странно только, что ты несколько недель таил обиду, а не поговорил со мной сразу.

— Мне казалось неуместным затевать подобный разговор в эти тяжелые для тебя дни.

— О, понимаю. Ты выжидал, чтобы мое горе прошло. — Лара подцепила вилкой листочек салата и ломтик помидора.

Боб пристально смотрел на нее.

— Ты, видимо, не отдаешь себе отчета, что находишься в опасности. Ты теперь наследница ранчо, и этот тип, возможно, нацелился на него.

— Умоляю тебя! Ранчо так обременено долгами, что мне грозит не богатое наследство, а скорее банкротство.

— Но тем не менее ранчо переходит в твое владение, не так ли? Чего-нибудь оно да стоит, а в умелых руках может превратиться в весьма прибыльное дельце, У Кэла Уинстона между тем нет ни гроша, единственный его капитал — рубашка на теле. Но у этого парня хватило ума воспользоваться создавшейся ситуацией и понять, что заарканить мисс Лару Дэниелс весьма выгодное дельце.

— Но ведь то же самое можно сказать и о тебе, — мягко возразила Лара, перехватывая его взгляд.

— Я этого не заслужил! — воскликнул Боб. Глаза его сузились до щелочек, побелевшие губы вытянулись в прямую линию.

— Равно как и Кэл.

— Ну что ты такое говоришь? Ты же даже не знаешь, кто он. И никто не знает. В один прекрасный день он появился здесь, точно с неба свалился, и втерся в доверие к старой одинокой женщине. Ты повторяешь глупости Роуз.

— Вот уж глупой Роуз никак не назовешь, а я взрослая женщина, — сказала Лара, кладя вилку на стол. — И я сама знаю, что мне делать. Мне очень жаль, если я нарушаю планы, которые ты строил относительно нас двоих, но никакие сплетни, если даже таковые существуют, не заставят меня изменить мое отношение к этому человеку. Спасибо за ленч, Боб. До свидания.

Лара поднялась и выбежала на улицу.

Боб остался сидеть, мрачными глазами глядя ей вслед. И тут же он твердо решил вплотную заняться биографией Кэла Уинстона. И сделать это как можно скорее, не откладывая в долгий ящик.

Лара возвращалась на ранчо взволнованная. Ей и самой было непонятно, почему она с такой горячностью ринулась защищать Кэла, который и для нее тоже оставался загадкой. Но одно дело — отвергнуть подозрения Боба Траска, а другое — убедить самое себя в том, что у Кэла Уинстона безупречное прошлое. В глубине души она понимала, что Боб прав.

Но вот ведь беда: никакие логические построения не могут повлиять на ее отношение к Кэлу, ее чувства не поддаются никаким доводам разума. Неужели она стала жертвой наваждения — удела многих неудачливых влюбленных? — думала она, сворачивая к дому. Неужели она просто ослеплена этими широкими плечами, чувственным ртом и нежными карими глазами?

Может, оно и так, но ведь это ничего не меняет. Она умирает от желания поймать хоть один взгляд Кэла, услышать от него хоть одно словечко, а он по-прежнему избегает ее.

В эту ночь к ней возвратилась привычная гостья, бессонница, с явным намерением не оставлять ее. Прежде Лара просыпалась в четыре утра, а теперь и вовсе не могла сомкнуть глаз.

Однажды в середине августа, с трудом заснув, она через час пробудилась и вылезла из постели. Надев джинсы и майку, девушка направилась в конюшню — седлать лошадь. Кому какое дело до того, что она верхом на лошади объезжает свои владения в предрассветные часы? Она здесь полновластная хозяйка, вокруг ни живой души, Кэл крепко спит в своей каморке.

Ночь выдалась на редкость тихая, на небе сияла полная луна. Завидев Лару, Голденрод навострила уши, но, когда Лара хотела приблизиться к ней с седлом в руках, шарахнулась в сторону.

Что случилось? — удивилась Лара. Неужто лошадь понимает, что сейчас неурочное время для выездов? Лара еще раз попыталась подойти поближе, но Голденрод стала отчаянно брыкаться и ржать. Напуганная Лара сделала шаг назад, но, поскользнувшись на соломе, упала. Лошадь между тем то и дело вставала на дыбы, дико ржала и с такой силой била копытами по стенкам денника, что во все стороны летели щепки. Лара притаилась в углу, стараясь не шевелиться и даже не дышать. Она не понимала, что произошло с кобылой.

Преодолев страх, Лара решила выползти из денника на четвереньках, но тут слева от себя услышала шум. В дверях стоял Кэл, одетый в одни только джинсы. Видя, что он приближается к деннику, Лара что было силы закричала: «Назад, Кэл, назад!»

Он, словно не слыша ее воплей, подбирался все ближе и вдруг одним прыжком ворвался в денник и схватил лошадь под уздцы.

— Уходи! — крикнул он Ларе, стараясь удержать лошадь. Лара, вжавшись в стенку, прокралась вдоль нее, выскочила на волю и, тяжело дыша, наблюдала, как Кэл пытается успокоить Голденрод, жестами показывая Ларе, что ей следует отойти как можно дальше.

Но вот животное успокоилось, и Лара заметила то, на что ей следовало бы обратить внимание раньше: лошадь не наступала на переднюю левую ногу. Это не укрылось от Кэла, и, к ужасу Лары, он опустился на колени, поднял ногу Голденрод и внимательно осмотрел копыто.

Самым удивительным было то, что лошадь, лишь несколько минут назад бившаяся в неистовстве, тут же успокоилась. Кэл полез в карман, достал перочинный ножик и медленно, осторожно извлек из копыта довольно большой камень. Он отпустил ее ногу, и лошадь ударила копытом о землю. Убедившись, что боли больше нет, она опустила голову и принялась лениво жевать сено.

Кэл не спеша вышел и приблизился к Ларе. Все, что она чувствовала в этот миг, отразилось на ее лице. Он протянул к ней руки — и она кинулась ему на шею.

— Какого черта ты явилась сюда в такой ранний час? — спросил он Лару, всхлипывавшую у него на плече.

— Мне не спалось. Вот и решила, что, если прокачусь, станет лучше. Я и не заметила, что она хромает.

Кэл слегка отстранил Лару от себя и посмотрел ей в глаза.

— Она просто не хотела, чтобы ты оседлала ее и села, еще больше усилив боль.

— Не думала, что ты так много знаешь о лошадях… — проговорила Лара сквозь слезы.