Роза в пустыне - Елена Левашова

Сэм выглядит озадаченной. Ошарашенной и очарованной. Черт, мое писательское нутро с легкостью подберёт десятки синонимов, начинающихся на «о». Впрочем, и на любую другую букву.

— Ты выглядишь охреневшей. — Осторожно протягиваю я, косясь на Сэм.

— Так и есть, Шестак. У меня сложилось впечатление, что в клубе «Аллен» разводят не только бельгийских овчарок, но и элитных самцов человека. Иначе, как объяснить сосредоточение в одном месте сразу двух красавцев?

— Забей, Сэм. — Не отнимая взгляда от дороги, бросаю я. После полудня поднимается ветер. Его быстрые, резкие порывы взвивают пожелтевшие листья, закручивают их в тугую спираль и обрушивают под колёса и ноги прохожих. На лобовое стекло падает первая тяжёлая дождевая капля. Вот и осень... Черт, что же так быстро?

— Диана, я не верю, что Макс отказался от тебя. Все эти твои «он меня оттолкнул», «мне самой от себя тошно» — чистой воды блеф! — освободив руку от ласкового захвата Барби, Сэм щёлкает пальцами прямо перед моим носом. — Я попросила у Ваньки бинокль и наблюдала за вами.

— Что?! Что ты делала, наглая чертовка?

— Ди, он выглядел виноватым и подавленным, вот что я скажу.

— А я скажу, что это тебя не касается. И, да — тема закрыта.

— Но почему, Ди? Ты же всегда делилась со мной? — жалобно ноет Саманта.

— Просто не хочу обсуждать Макса. Вот и все. — Облизав пересохшие губы, выдавливаю я.

Воцарившееся между нами молчание походит на вязкое желе. Саманта мгновенно замерзает, оглушенная моим недоверием. Почему-то она воспринимает мое нежелание сплетничать, как личную обиду. А я... не хочу пускать слова по ветру, болтать, разбазаривать, назовите как хотите... Отчего-то я, с маниакальной жадностью стремлюсь сохранить нашу тайну. Как будто это что-то святое и ценное. Тьфу!

— Я понимаю, Ди. Значит, у вас все куда серьезнее, чем ты хочешь показать. — Смягчившись, произносит Саманта.

Ветер за окном рвано треплет древесные кроны, дождь хлещет по лобовому стеклу, словно дорвавшийся до власти царёк, наслаждается своим временным могуществом. Оттого на душе становится ещё тоскливее и муторнее.

— Я не хочу ввязывать Макса в свои проблемы, Сэм. Мне сможет помочь только Багров. Тимур — известный в области бизнесмен. Да что там в области — в стране! Как я и предполагала, родители не поддержали меня. Остаётся только Тимур... Он поможет, у него связи. — Киваю болванчиком, убеждая саму себя.

— А что взамен, Ди? — голос Саманты звучит раздражающе-обреченно. Как будто я сама не знаю, что за все придётся платить!

— Я... Мое тело, душа. Что угодно, Сэм, если он поможет найти дочь. Таинственный усыновитель Арины пишет мне с почтового робота. Как рассылка в интернет-магазинах, например. Мне необходимо его вычислить. — Холодно чеканю я, наполняясь злостью к неизвестному отправителю.

— Я понимаю тебя, Ди. И не осуждаю. На самом деле, Тимур, не самая плохая партия. Может, у вас все сложится...

Сложится, ага. В глазах Сэм сквозит такая неприкрытая грусть, что мне хочется поёжиться. Крепче сжимаю руль и на полную мощность включаю дворники. Их мерный скрип нарушает тишину, повисшую в салоне.

Мобильный звонит, когда я останавливаюсь на светофоре и равнодушно провожаю взглядом пешеходов, переходящих дорогу.

— Слушаю.

— Диана, здравствуй. — Звучит из динамика хрипловатый шёпот Багрова. В спешке я даже не посмотрела, кто звонит.

— Тимур Эдуардович, я как раз хотела вам звонить. — Покосившись на Сэм, произношу я.

— Чем же я удостоился такой чести? — усмехается он. Слышу, как чиркает зажигалка, а чувствительный динамик передаёт звук глубокого вдоха Тимура.

— Мне нужна твоя... ваша помощь.

— Ди, ты уж определись, кто я для тебя? Давай перейдём на «ты»?

— Давай. Я бы хотела встретиться.

По тротуару бегут насквозь промокшие люди с накинутыми на голову дождевиками. Они теснятся под козырьком автобусной остановки в ожидании маршрутки или автобуса. Красный сигнал светофора мигает и быстро переключается на зелёный. Пропустив общественный транспорт, я перестраиваюсь влево — по направлению к Смоленскому району. Отвезу домой Саманту, а там... видно будет.

— Ди, я согласен. Более того, я собирался тебе звонить. Похоже, я знаю, как помочь твоему отцу выбраться из кризиса. Сюда приехали очень влиятельные люди. Ты слышала о Мироне Хохлове?

— Да! Черт возьми, это тот, о ком я думаю? Фармкомпании, заводы по изготовлению медицинского оборудования и ещё...

Тимур смеётся в ответ на мою пылкую, взволнованную реплику.

— Да, это он. Его концерн хочет обосноваться в области. Сегодня мы встречались с губернатором, обговаривали возможность выделения земли под строительство завода.

— Тимур, по-моему, ты преувеличиваешь значение нашей клиники. Ну кто мы для Хохлова? Так, мелкая сошка. Если он захочет, он может сегодня же купить «Шестак и Ко» и моего папу с потрохами.

— Ты правильно сказала: если захочет. Надо заинтересовать его.

— А я тут при чём? Служба охраны Хохлова не позволит мне приблизиться к нему на километр.

— Стоп, стоп, Диша, помолчи и послушай меня. Ты талантливый врач. Тебе повезло, что Хохлов в прошлом челюстно-лицевой хирург. Я выписал тебе пропуск на международную медицинскую конференцию. Она состоится завтра в выставочном комплексе Филд-Молл. — Слова Тимура наполняют меня уверенностью: что, если я добьюсь расположения Хохлова? Уговорю его помочь папе, а, значит, и себе?

— Ты тоже там будешь? У меня есть личная просьба, Тимур. Она касается меня и... моего прошлого. Не хочу втягивать посторонних в мою личную жизнь.

— Вот как? Значит, я уже не посторонний. — В его голосе проскакивают отчётливые нотки превосходства.

— Мне не к кому больше обратиться.

— Ну хоть намекни. Возможно, я сумею найти ответ на просьбу уже завтра.

— Мне нужен частный детектив. Самый лучший.

— А как думаешь расплачиваться?

— Натурой. Как же ещё? — чуть помедлив, отвечаю я. — Послушай, Тимур, ты, главное, найди, а я... а мне...

— Натура устроит и меня, Ди. — Хрипловато шепчет он.

Вот это меня занесло! Все же шло хорошо, дёрнул же меня черт перевести беседу в горизонтальную плоскость!

— Обещай, что поможешь? — вздыхаю я, посматривая на Сэм. Она сжимает губы в тонкую, напряжённую линию и трёт шрам над бровью. Эдакое проявление стресса или страха.

— Обещаю, Ди. Все для тебя, детка. Я заеду за тобой завтра в восемь вечера. 

Петляю между коттеджей Смоленки и паркуюсь, наконец, возле старинной сталинской пятиэтажки, где живет Сэм. Забираю из ее рук Барби и сажаю тёплый комочек на колени.

— Я волнуюсь за тебя, Ди. Не хочу, чтобы ты расплачивалась натурой. Черт... Как-то это мерзко, что ли... Может, ты доверишься этому парню? — Саманта приосанивается и смотрит вдаль, на залитое дождевыми струями стекло. Словно возвращается мыслями в прошлое, подсмотренное через бинокль. Туда, где Макс держал меня за руку и нежно шептал: «Прости меня, Диана». — Я видела, как он держал тебя за руку и что-то говорил и... смотрел так проникновенно, что... Тебе же тоже он нравится?