Не учите меня жить! - Мэриан Кайз

Смотрел он с жалостью, и это меня взбесило.

— Совершенно необязательно, — злобно процедила я. — Я вполне могу сама о себе позаботиться.

— Правда можешь? — с каким-то затаенным сомнением спросил он.

Да как он смеет!

— Конечно, могу, — отрезала я.

Как можно быть таким жестоким, когда я разрываюсь от боли?

Да проще простого! Легко! Он столько раз проделывал это с другими женщинами, а мне за что особое обращение?

— До свидания, Дэниэл! Надеюсь, с этой Сашей у вас все будет хорошо, — язвительно сказала я.

— Спасибо, Люси. Желаю счастья с богатым Томом, — откликнулся он в тон мне.

— Чего ты такой злой? — раздраженно бросила я.

— А ты как думаешь? — вдруг заорал он.

— Откуда, черт возьми, мне знать? — заорала я в ответ.

— Думаешь, ты одна ревнуешь? — завопил он, трясясь от ярости.

— Конечно, нет! — ответила я. — Но, если честно, Дэниэл, на Карен мне сейчас наплевать!

— Да что ты несешь? — возмутился он. — Я говорю о себе! Я тоже ревную до безобразия! Сколько месяцев ждал нужного момента, ждал, когда ты придешь в себя после беготни с папой. Делал все, что только возможно, чтобы не воспользоваться обстоятельствами. До того дотерпелся, что чуть не умер.

Он замолчал, чтобы вдохнуть. Я смотрела на него и не могла вымолвить ни слова. Не успела я все это осмыслить, как он заорал снова.

— А потом! — вопил он прямо мне в лицо. — Потом, когда мне наконец удалось убедить тебя подумать о других отношениях с мужчиной, ты идешь и находишь себе неизвестно кого! Я имел в виду себя, я хотел, чтобы ты подумала о других отношениях со мной, а вместо этого такое счастье привалило какому-то богатому придурку!

У меня голова шла кругом от обилия информации.

— Погоди, погоди минутку, почему это Тому привалило счастье? — спросила я. — Потому что он богатый?

— Нет! — взревел Дэниэл. — Потому, что он встречается с тобой, естественно!

— Но между нами ничего нет, — сказала я. — И встретилась я с ним всего один раз, только чтобы тебя позлить. Правда, ничего хорошего из этого не вышло.

— Как же, не вышло! — возмутился Дэниэл. — Еще как вышло! В воскресенье вечером я напился до такой степени, что в понедельник даже на работу пойти не смог.

— Правда? — моментально успокоилась я. — Прямо настолько, что тебя рвало?

— Настолько, что до следующего вечера мне на еду смотреть было противно, — признался он.

Мы оба замолчали и на минуту снова стали прежними Дэни-элом и Люси.

— Что ты там такое говорил, что не хотел воспользоваться обстоятельствами? — спросила я.

— Ничего, — обиженно буркнул он. — Забудь!

— Выкладывай! — прикрикнула я.

— Да говорить-то нечего, — пробормотал он. — Просто меня страшно тянуло к тебе, а я понимал, что надо держаться подальше, пока ты такая беззащитная. Если б между нами что-то произошло, я всегда боялся бы, что ты пошла на это, потому что не было сил сопротивляться… Потому-то я и говорил, что тебе пора возвращаться к людям. Хотел, чтобы ты сама себя поняла и могла трезво принимать решения. Тогда, если б я пригласил тебя на свидание, а ты согласилась бы, у меня бы не было ощущения, что я пользуюсь твоим состоянием.

— На свидание? — опасливо спросила я.

— Да, да, — смиренно кивнул Дэниэл. — На свидание, как нормальный парень нормальную девушку.

— Правда? — не поверила я. — Ты серьезно? Значит, весь этот бред о том, что мне надо встречаться с людьми, не для того, чтобы отделаться от меня и освободить место для Саши?

— Нет.

— А все-таки, кто такая Саша? — ревниво спросила я.

— Одна девушка с работы.

— Она на меня похожа?

— Думаю, сходство чисто внешнее… Хотя она и вполовину не так красива, как ты, — рассеянно продолжал он. — Не такая умная, не такая интересная, не такая веселая… Да и как женщина…

Я сидела, не шелохнувшись. То, что он говорил, звучало обнадеживающе. Но недостаточно.

— Ты давно с ней встречаешься? — спросила я.

— Да не встречаюсь я с ней! — вспылил он.

— Но Шарлотта сказала…

— Ради бога! — Дэниэл поднес руку ко лбу, морщась, точно от головной боли. — Уверен, Шарлотта много чего тебе сказала, и ты знаешь, как я ее люблю, но иногда она не все понимает правильно.

— Так, значит, с Сашей ты не встречаешься? — уточнила я.

— Нет.

— Почему?

— Не думаю, что было бы честно встречаться с нею, когда я люблю тебя.

Мой мозг едва мог это выдержать. Смысл слов Дэниэла дошел до меня намного раньше, чем возникла ответная реакция.

— Вот как, — как бы сдержанно отреагировала я. Боже, чего мне это спокойствие стоило!

Больше ничего придумать не удалось. Мне еще надо было привыкнуть к тому, что я ему нравлюсь.

Господи, хорошо-то как!

— Наверно, не надо было этого говорить, — промямлил Дэниэл.

— Почему не надо, если это правда?

— Правда, конечно. Просто не привык вот так, с бухты-барахты, признаваться женщинам в любви. Но напугать тебя я не хотел. Прошу тебя, Люси, забудь, что я это сказал.

— Вот еще, — возмутилась я. — Ничего приятнее мне в жизни никто не говорил!

— Правда? — воспрял он. — То есть ты…

— Да, да, — небрежно отмахнулась я. Мне хотелось подумать о том, что он сказал, и отвлекаться на него самого было просто некогда.

— Я тебя тоже люблю, — добавила я, поразмыслив. — Лет сто уже, наверное.

Тут счастье и облегчение стали постепенно наполнять меня, потом переполнять и, наконец, хлынули через край, точно прорвало трубу. Но мне надо было убедиться окончательно.

— Ты действительно меня любишь? — недоверчиво спросила я.

— О господи, разумеется!

— Давно?

— Очень.

— С тех пор, как Гас…

— Намного раньше.

— А почему никогда не говорил?

— Потому что ты бы меня засмеяла и стала бы издеваться…

— Я? Да ни за что! — вознегодовала я.

— Еще как стала бы.

— Ну, может, и стала бы, — неохотно признала я, тут же воспылав раскаянием. — Дэниэл, прости меня, пожалуйста. Мне просто приходилось быть вредной, потому что ты был уж очень хорош. Вообще-то, это комплимент, — уточнила я на всякий случай.

— Неужели? — улыбнулся он. — Но ведь все, с кем ты встречалась, совершенно не такие, как я. Как я мог сравниться с парнем вроде Гаса?