Где же ты, любовь? - Барбара Картленд

— Да, да, если он так сказал. Входите. Вот стул.

Она провела его в гостиную и указала на жесткий стул с прямой спинкой рядом с самой дверью. Билл покорно сел. Он был очень бледен, а когда Мэри отвернулась, он закрыл глаза. Комната вертелась у него перед глазами. Только через несколько минут он смог снова открыть глаза.

Внезапно дверь отворилась, и в гостиную вошел Майкл.

— Привет, Билл, старина! — с радостью воскликнул он. — Прости, что опоздал! Меня задержали на фабрике, ты же знаешь, как это бывает. Так много хочется увидеть, о многом нужно поговорить.

Билл медленно встал со стула и протянул Майклу руку.

— Я здесь недавно, — сказал он. — Рад тебя видеть.

— Садись, старина. Думаю, мы можем выпить. Как насчет стаканчика сидра или ты предпочитаешь пиво?

— Сидр будет в самый раз, — улыбнулся Билл. Ты не знаешь, Мэри, на кухне есть сидр? — крикнул Майкл.

Мэри поднялась со своего места.

— Я принесу, Майкл.

— Ты познакомился с Мэри, Билл? — спросил Майкл.

— Она… она меня впустила.

— Мэри, это Билл Эванс, мой старинный друг. Мы вместе служили в авиации. А это, Билл, Мэри Ренкин. Она помогала мне во время выборов. Не знаю, что бы я без нее делал. Мне бы хотелось, чтобы вы оба поладили, потому что вам придется часто видеть друг друга.

— Часто видеть друг друга? — переспросила Мэри удивленно.

— Да, — ответил Майкл, не замечая ее тона. — Билл будет помогать тебе, Мэри. Ему нужно бывать как можно больше на свежем воздухе, и поэтому он будет водить мою машину. Что ты на это скажешь?

У Билла радостно загорелись глаза. Но мужчины не заметили, как помрачнело лицо Мэри.

Ничего не сказав, она вышла на кухню и вернулась несколько минут спустя. Она принесла с собой бутылку сидра и два бокала на подносе.

— А ты что же, Мэри? — спросил Майкл. — Выпей с нами стаканчик! Мы должны отметить успех нашего совместного предприятия.

— Простите, но у меня еще много дел, — ответила она ледяным тоном, повернулась и пошла к своему письменному столу.

— Ну как, Билл, справишься с этим?

Билл смутился:

— А ты не пожалеешь об этом?

— О чем?

— Что даешь мне такое поручение? Я ничего не сделал, чтобы оправдать твое доверие.

— Ничего? — переспросил Майкл. — Мой дорогой Билл, мы были вместе больше трех лет!

Билл отпил немного сидра. Похоже, он все еще не мог поверить в свою удачу.

— Есть только одно условие, Билл, — продолжал Майкл, — и я думаю, что ты с ним согласишься.

— Какое условие? — спросил Билл.

— Я хочу, чтобы тебя осмотрел мой врач. Не думаю, что у тебя плохо со здоровьем. Но работа со мной не из легких. Ты согласен?

— Я сделаю все, что ты скажешь, — ответил Билл.

— Спасибо, — улыбнулся Майкл. — А теперь я предлагаю тебе остаться с нами позавтракать, а потом мы пойдем и взглянем на машину. Она в гараже Дрейка. Возможно, уже завтра тебе придется вести ее.

Билл поставил пустой стакан на поднос и, повернувшись к Майклу, тихо, чтобы не услышала Мэри, сказал:

— Послушай, Майкл, я сделаю для тебя все, что угодно, только хватило бы сил. Я стану твоим шофером, так и называй это. И я буду питаться вместе с прислугой, если она у тебя есть.

Майкл положил руку на плечо Билла.

— Билл, если бы я хотел от тебя только этого, я бы так и сказал. А я хочу, чтобы ты был моим другом, хочу, чтобы ты мне помогал.

— Спасибо, Майкл!

В этих простых словах прозвучало столько искренней благодарности, что у Майкла не осталось никаких сомнений в правильности своего решения. Он посмотрел на часы.

— Уже первый час, — сказал он. — У нас мало времени, поэтому, если ты согласен, мы можем подняться ко мне в спальню и посмотреть некоторые бумаги. Не будем беспокоить Мэри. У меня есть к тебе два-три вопроса. Ты знаешь здешние места лучше меня.

Как только они ушли, Мэри оторвалась от работы и распрямила спину.

Она быстро встала, потому что была слишком сердита, чтобы сосредоточиться на работе, которую ей предстояло сделать. Мэри чувствовала, как внутри нее поднимается волна гнева. Она топнула ногой и внезапно заплакала. Горячие слезы текли по щекам и падали на ковер.

В дверь снова зазвонили.

— Не пойду! — прошипела она.

Мэри проскочила через холл в столовую и заперлась там. Звонок раздался снова. Вниз спустился Майкл. Он заглянул в приемную и увидел, что Мэри там нет. Затем он открыл дверь. К его удивлению, на пороге стояла Синтия.

— Доброе утро. Простите, что побеспокоила, но я принесла карту, которую мисс Туги любезно дала мне.

— Дала вам? — переспросил Майкл.

— Да, я заходила к ней рано утром.

— Но зачем? То есть…

Синтия улыбнулась. Она быстро оправилась от удивления, но ее щеки все равно ярко пылали.

— Мне, кажется, вы не очень хорошо провели вчерашний вечер.

— Да, — мрачно ответил Майкл.

— А «Клэверли» такой красивый дом…

Майкл ничего не говорил, просто стоял и смотрел на нее. Совершенно неожиданно Синтия сменила тон.

— Послушайте, Майкл, — сказал она, — вы были правы, говоря о Сондерс-Лейн. Совершенно правы.

— Спасибо.

— Я могу помочь вам? — спросила Синтия.

Она говорила мягко и тихо, но Майкл внезапно почувствовал опасность.

— Спасибо, мисс Стендиш. Думаю, я смогу обойтись без вашей помощи.

Она несколько секунд стояла и смотрела на него, а потом тихо сказала:

— Вы очень упрямы, так ведь?

Майкл взглянул на нее без всякой симпатии.

— А вы меня раздражаете, мисс Синтия, уж простите меня за откровенность, — неприязненно произнес он.

— Что ж, ничего не поделаешь! — вздохнула Синтия и протянула ему карту. — Не забудьте отдать ее мисс Туги.

— Я скажу мисс Туги, что вы вернули ее, — сухо сказал Майкл.

Насмешливо улыбнувшись, Синтия села в машину и уехала. Майкл долго смотрел ей вслед, чувствуя себя почему-то встревоженным этой встречей.

«Что она здесь делает? — думал он. — И почему захотела помочь мне с Сондерс-Лейн?»

Майкл попытался больше не думать о ней и громко захлопнул входную дверь. Он уже собирался подняться по лестнице, как из коридора вышла Мэри. Он сразу заметил на ее бледном лице следы слез и пошел за ней в гостиную.

— Что случилось, Мэри? — ласково спросил он. — Тебя что-то расстроило?