Опрометчивый поцелуй - Делла Сванхольм

– Ты мне нравишься, Ларс, но… – Маргарет замялась и отвела глаза.

– У тебя есть другой парень? Ты его любишь? – выдохнул Ларс, и его загорелое лицо невольно помрачнело.

– У меня был парень. Его звали Дон Браун. Он был чемпионом Тасмании по виндсерфингу.

– И где же он теперь? – чуть ехидно спросил Ларс, но, посмотрев на Маргарет, тут же прикусил язык.

Губы Маргарет дрогнули.

– Он погиб. На соревнованиях в Сиднее. Ему было всего восемнадцать.

– Прости меня, дурака, – тяжело вздохнул Ларс. Он попытался обнять ее, но она оттолкнула его.

– Не надо! Не сейчас! Наверное, это была первая, полудетская любовь. Ведь я знала Дона еще мальчиком. Но он всегда будет занимать место в моем сердце. Тебе придется с этим смириться. – Маргарет строго посмотрела на Ларса.

– Я понимаю. И еще раз прошу у тебя прощения. Обещаю впредь не говорить таких вещей. Видимо, я просто тебя ревную.

Маргарет накрыла его губы рукой.

– Ты прощен. Мы же еще так мало знаем друг друга!

Ларс осторожно обнял ее. Она уже не сопротивлялась.

– А теперь моя очередь задать тебе вопрос. – Зеленые глаза Маргарет внимательно посмотрели на Ларса. – Ты кого-нибудь любил до меня? Только не обманывай меня, викинг!

Ларс горько усмехнулся.

– Это трудный вопрос, потому что ответ тебе может показаться странным.

– Странным? – переспросила Маргарет.

– Пожалуй, да. Дело в том, что у меня была девушка, которая, казалось, любила меня. А я… я, наверное, просто был к ней привязан. Но… но она ушла от меня к другой.

– К другому? – уточнила Маргарет.

– Нет, именно к другой. Она предпочла карьеру и большие деньги. А перспективу так называемого светлого будущего ей могла обеспечить только влиятельная, богатая, очень успешная женщина. Которая предпочитает молоденьких девушек. Ты понимаешь?

– Кажется, да, – неуверенно произнесла Маргарет.

– А в Дании это считается нормальным. Сексуальные меньшинства имеют все права, в том числе и на брак. А те, кто осуждают их отношения, считаются в нашей стране ретроградами. Хотя моя девушка и не была лесбиянкой. Просто…

– Ради карьеры и денег она решила ею стать, – закончила Маргарет.

– Ты верно все поняла. – Ларс тяжело вздохнул. – Но мне все равно было очень неприятно. И обидно. Когда мы так некрасиво расстались, я подумал, что женщины коварные существа, предательницы, и не смог сразу связаться с тобой по Интернету. Решил взять тайм-аут – все обдумать, успокоиться.

– Ага. Теперь я кое-что начинаю понимать. – Маргарет внимательно посмотрела на него. – А то один толстенький смешной старичок все намекал мне, что я должна быть терпеливой и…

– Так ты ждала от меня эсэмэски? – Ларс неожиданно для самого себя улыбнулся. Он обнял Маргарет. – Значит, все грустные истории у нас позади? Давай перевернем эту страницу нашей жизни. И начнем все с чистого листа. Ты согласна?

Маргарет подняла глаза и внимательно посмотрела на Ларса. Ему казалось, что его сердце сейчас выпрыгнет из груди. Что решит Маргарет?

Наконец она улыбнулась и кивнула.

– Я согласна, мой викинг. Давай начнем все с чистого листа! – И их губы встретились в жарком поцелуе.

Рано утром их разбудил звонок из Тасмании. Взволнованная миссис Маккейн потребовала к телефону Маргарет.

– Девочка моя, – почти закричала всегда спокойная и уравновешенная мать. – Мне только что позвонили из «Таймс оф Австралиа» и сообщили, что с тобой приключилось в Бангкоке. Какой ужас! Почему ты мне ничего не сказала?

– Мамочка, успокойся. Да, это было очень неприятно. Но все закончилось так хорошо, что меня даже поблагодарили. А в самолете мне устроили настоящую овацию. А потом перевели в салон первого класса, угостили шампанским и всякими вкусностями. И я всю дорогу проспала и почти забыла о приключении в Бангкоке.

– Приключении! – фыркнула Одри. – Конечно, ты вела себя очень мужественно. Мы гордимся тобой, Маргарет. А что думают об этом Йенсены?

– Ах, мамочка, я ничего им не сказала. Мы были так заняты – приезд, разговоры, прогулки, новые впечатления…

– Так скажи! – прервала поток ее слов мать. – Ты поступила как герой. Но, боюсь, репортеры возьмутся за тебя там, в Дании. И Йенсенам придется от них отбиваться.

– Что же мне делать? – растерялась Маргарет.

– Посоветуйся с Виви и Ларсом. Но прежде ты должна рассказать им всю историю. И обязательно держи нас в курсе. Ой, вот вошел отец и сообщил, что по Интернету нам пришло четыре… нет, уже пять заявок от газет на интервью. Они также хотят сделать очерк о тебе и о нашей семье. Как же нам быть? – растерялась уже сама миссис Маккейн.

– Мы тут посоветуемся и сразу сообщим вам. А вы пока не делайте никаких заявлений для газет, – попросила Маргарет. – Целую, мамочка.

Она положила трубку и подняла голову. Вся семья Йенсенов уже проснулась и стояла вокруг нее. Четыре пары недоумевающих глаз вопросительно смотрели на нее.

– Я вам все сейчас объясню, – начала Маргарет. – Садитесь поудобнее – рассказ будет долгим.

Когда Маргарет закончила, наступила гнетущая тишина. Первым пришел в себя Ларс.

– Почему ты ничего не сказала мне вчера? – с обидой спросил он.

– Да потому, что вчера вечером в парке мы обсуждали более важные дела. Или ты забыл?

– Нет, я все очень хорошо помню. Но события, произошедшие в Бангкоке, могут иметь и негативные последствия. Хотя должен сразу сказать, что ты вела себя очень мужественно. Тайские полицейские, особенно те, кто борется с наркоторговцами, могут быть очень свирепыми.

– Да уж… – Маргарет вздрогнула, вспомнив, как на нее орал полицейский.

– Но что ты сейчас так беспокоишься? Ведь все окончилось хорошо. Злодеи арестованы. И их ждет наказание. Законы Таиланда в этой области очень жесткие. Помнишь фильм «Отель «Бангкок» с Николь Кидман?

– Да, этот фильм я хорошо помню и содрогаюсь при мысли о том, что ты могла очутиться на месте его героини, – заметил Ларс. – А волнуюсь я потому, что эти наркоторговцы очень мстительные люди. И если цепочка в Бангкоке порвалась, как им кажется, из-за тебя, они могут тебя найти и причинить зло.

– Думаю, ты преувеличиваешь опасность, – бодрым голосом произнесла Маргарет, а про себя подумала: нет, только не это! Если друзья голландца или его напарники найдут меня, мне действительно будет крышка. Я помню безжалостные глаза ван Хейдена. Сколько же в них было ненависти! А вслух произнесла: – Во всяком случае, если меня станут разыскивать журналисты, я постараюсь свести общение с ними к минимуму. Надеюсь, вы мне в этом поможете?

Виви, Кристина и Йохан согласно кивнули.