Развод с горьким привкусом кофе - Сусанна Ткаченко

Какой неприятный тип!

Я выхожу за ворота, уже готовая объяснить потенциальным клиентам, что для прохождения нашей программы «Пушинка» нужно искреннее желание, а не принуждение, да и вообще такое хамское отношение к женщине в наших стенах недопустимо, но замираю, прикусив язык.

У дорогой иномарки стоит… Котёхина. Вернее, то, что от неё осталось. Лицо заплывшее, талии не видно, а её спутнику — мужчине лет шестидесяти с тремя жалкими волосинами, зачёсанными через всю лысину — явно самому не помешает скинуть килограммов пятьдесят.

— Ну ма-а-ся, у меня же депрессия, — хнычет бывшая любовница моего мужа, сложив брови жалобным домиком. — Я сейчас хочу сладенького. Но это пройдёт, и я сама похудею!

Неприятное зрелище. Теперь ей вряд ли удастся кого-то соблазнить — разве что этого лысого толстяка. Мысли сами собой выстраиваются в цепочку, приводя к Даниле.

Три года назад он безропотно продал Артёму свою долю в бизнесе, переписал на Алину свою часть квартиры и исчез. Дочь изредка навещала Александру Яковлевну (после всех событий бывшая свекровь заметно сдала и разболелась, поэтому внучка смогла бабку простить за то, что так грязно её тогда использовала) и знала, что отец жив, пытается начать всё заново в другом городе. Но сама с ним за это время даже не разговаривала. Я никогда не настраивала её против отца — Алина, узнав от Савелия, как Данила запирал меня, словно преступницу, сама сделала выводы. Однако на свадьбу всё же пригласила, и он обещал приехать.

Трогает ли меня это? Однозначно — нет.

Разворачиваюсь и возвращаюсь на территорию турбазы, достаю телефон:

— Артур, если придут блондинка с лысым толстяком на программу «Пушинка» — откажи, — говорю дежурному менеджеру, даже не утруждая себя объяснениями.

Наш коллектив идеален — мои распоряжения никогда не вызывают вопросов. Да и вся моя жизнь теперь похожа на сказку, а наша турбаза — на райский уголок.

Внезапно раздаются пронзительные визги — это наши сорванцы заметили меня и несутся по аллее, радостно размахивая руками. Рядом скачут четыре наши собаки, не веря своему счастью. А позади еле поспевая широким шагом идёт Тимур, в каждой руке — по детскому поводку, на которых… наши сыновья! Зрелище настолько комичное, что я не могу сдержать смех.

Присаживаюсь на корточки, широко расставляю руки. Муж отпускает поводки, и мальчишки с визгом падают в мои объятия. Вдыхаю их сладкий детский запах, прикрываю глаза. Страшно подумать, что всего этого могло не быть, если бы я тогда не прочитала то сообщение от Кота и не обратилась за помощью к Тимуру…

Отпускаю детей, встаю и обнимаю мужа, прижимаюсь к его груди. Как же я его люблю!

А Даниле… Да, пожалуй, на свадьбе Алины я подойду к бывшему и скажу ему спасибо. Прямо так и скажу: «Спасибо тебе за всё! Без тебя я бы никогда не узнала, что такое настоящая любовь и семья».

Единственное, чего мне сейчас не хватает, — это чашечки кофе. Странно, но его вкус у меня теперь ассоциируется с разводом, и я больше этот когда-то обожаемый напиток не пью.