Непристойная сделка - Саша Кей

Злобно пыхтя, ищу в соцсетях Линду Ренсберга, чтобы посмотреть на эту богиню. Не нахожу. А вот интернет-браузер говорит мне, что она теперь Линда Крамер и даже сразу фотку выдаёт.

Я кисну. Ничего общего со мной.

Холодная нордическая красота и сумасшедшего фиалкового цвета глаза.

Да ну. Сто пудов, фильтры или фотошоп.

Так, стоп.

Мне всё равно, с кем встречался Зарецкий.

Хотя эта девица ему под стать. Наверняка такая же зануда.

Соль на раны моего самолюбия, нанесённые «милыми» коллегами, посыпает драгоценная сестра.

Под конец обеденного перерыва она возникает у моего стола и громким шёпотом, слышным даже в коридоре, начинает меня поучать:

— Тебе надо привести себя в порядок. Так ты Зарецкому быстро надоешь.

Смотрю на эту звезду поверх очков.

— Я впечатляю его каждый день, — говорю я и не вру, стоит только вспомнить глаза Андрея, когда я упомянула, что он сочинил для меня песню. Хоспадя, лишь бы родители не попросили его исполнить этот шедевр.

К концу дня я только что ядом не плююсь, настолько меня достало нездоровое отношение окружающих. Я на себе прочувствовала, почему служебные романы скрываются.

Без десяти минут шесть мне приходит сообщение на телефон.

«Уехал на встречу. В пятницу всё в силе».

И на том спасибо, Андрей Владимирович.

Кристина уже трётся рядом, демонстрируя все признаки желания побыстрее свалить.

— Мама просила тебя заехать, — сопит она.

— Это не может подождать до пятницы? — морщусь я.

— Мама и подождать? — удивляется сестра.

И то верно.

Я ожидаю, что мама будет выспрашивать меня про Зарецкого, когда я подтверждаю, что приеду на праздник не одна, но мамулю, к счастью, интересует, как прошёл первый день практики Кристины. Беспокойство мамы объяснимо. Сеструха чуть не вылетела из универа после первого курса за прогулы. Сейчас вроде взялась за ум, но нет-нет, да и выкидывает какой-то фортель.

Очень хочется сказать, что первый день Кристина целиком посвятила сплетням, но я ограничиваюсь нейтральными фразами, внутренне обижаясь на мать, что ни моим первым днём практики, ни моим первым рабочим днём она особо не интересовалась.

На прощанье только высказываюсь самой Кристине:

— Ты бы молола поменьше языком.

— Я вроде ничего секретного не рассказала, — с наигранным недоумением хлопает ресницами сестра.

— Если ты не заметила, на работе мы держим дистанцию. И ты светишь не только подробности жизни Андрея, но и моей личной жизни, а я этого не хочу.

Судя по лицу Кристины, я до неё не достучалась.

День, конечно, ужасный. Я вымоталась, будто работала не продажником, а донором энергии для всех окружающих вампиров.

Так ещё и на выходе из подъезда я натыкаюсь на Климова.

— Так-так-так… Заморыш-Леонидова…

Обычно я игнорирую его эти детские обзывалки, но сегодня не тот случай. Я и так наслушалась, какая я бледная моль.

— Пижон-Лёшенька…

Климов, разглядывая, обходит меня по кругу и осуждающе цокает языком.

— С этим надо что-то делать… Так, поехали к тебе.

— Это ещё зачем? — напрягаюсь я.

Как-то я уже была в гостях Климова, мне не понравилось.

— Будем делать из тебя женщину, — решительно отвечает он.

Глава 14

Неблагодарный труд костюмера

Учитывая, что я знаю, как именно Климов делает из девушки женщину, соглашаться не спешу.

— Климов, у тебя, что, на сегодня пробел в расписании? — фыркаю я, делая шаг в сторону.

— Леонидова, я тебя буду не раздевать, а одевать. Ну не верю я, что в твоём шкафу совсем нет годноты. Сестра твоя нормально одевается, значит, это не генетическое отклонение…

Меня раздирают смешанные чувства.

Во-первых, я уязвлена. Не так уж я уныло выгляжу. Узкая юбка и светлая блузка — это вечная классика. И крой моих шмоток актуальный, а не десятилетней давности.

Во-вторых, я зла. Даже если этот конкретный мужчина — мой полувраг, это не значит, что меня не задевают его комментарии. Да кто ему вообще давал право открывать рот по поводу моего внешнего вида?

А в-третьих, ну интересно же, что может предложить Климов. Его бренд «Клематис» уже набирает обороты вовсю. Лёха пользуется спросом не только у наших местных шишек, я точно знаю, что его постоянно ангажируют из Москвы. Вдруг он сможет сделать меня краше Кристинки?

Ну и маленькое в-четвёртых: хочу увидеть выражение лица Климова, когда я забракую и разнесу в пух и прах его усилия.

Чисто по-женски моя душа мечется между отбрить и послать или поддаться любопытству и посмотреть, что получится.

— А тебе это зачем? — с подозрением спрашиваю я.

Запросто могу представить вариант, когда предложение Климова продиктовано желанием надо мной поглумиться.

— Подозреваю, что, если мне придётся работать с сестрой твоего парня, я буду вынужден наблюдать это тоскливое убожество. Ну и спортивный интерес — как это будет выглядеть, если достать тебя из этого вечного чехла отличницы и хорошей девочки.

Что-то прям звучит не айс.

Лёха мечтает вырядить меня в какое-то непотребство?

Так у меня дома ничего такого нет.

Может, пыжиться, сколько ему угодно, а все мои наряды в одном стиле.

— Ну? Так и будешь упорствовать в своей серости? — Клипов раскачивает у меня перед носом брелоком от своей тачки.

А вот это уже аргумент. Тратиться на такси в это время, когда ценник конский, у меня желания нет, как и тащиться в автобусе среди потных людей. К тому же тачка у Климова крутая. Не просто так я обзываю его пижоном.

— Ладно, — вздыхаю я. — Но, если ты меня выбесишь, я ни за что не ручаюсь.

Моё предупреждение имеет смысл. Учитывая историю наших отношений, я реально могу идиоту членонавредить.

— Даже и не мечтай, Леонидова. На такое у меня не стоит, — скалится придурок. — Прошу.

Следую приглашающему жесту и усаживаюсь на пассажирское сидение двухместного авто. Климов, устроившись за рулём, бросает взгляд на мои коленки:

— Лена-Лена… — наигранно сокрушается он, — юбка должна подчёркивать ноги, а не прятать их.

— А ты точно стилист? — закатываю я глаза. Просматривая модные тенденции лета, я видела, что в тренде летние юбки макси. Бохо-стиль, все дела.

— В первую очередь я мужик и клюю, когда мне что-то показывают. Зачем раскапывать гипотетический клад, когда