Хрупкое сердце - Янина Логвин

– Думаешь? – беспомощно выдыхает Цветкова и перестает двигаться.

– Маринка, ты чего? – я поворачиваюсь к подруге и натыкаюсь на ее тоскливый взгляд. – Ясно, – с догадкой вздыхаю. – Уже влюбилась. Цветик, ну когда ты успела?

– Не знаю, – хлопает ресницами подруга. – Я же говорю, что дура.

Я поправляю на ее плече хвост и пожимаю ладонь.

– Ладно, поговори с ним, раз хотела. Чувствую, что поцелуя в ближайший час у вас не случится.

– Вот еще, – тут же подбирается Цветкова. – Облезет!

– А значит, есть большой шанс понять, захочешь ты продолжить с ним знакомство или нет. Удачи, Марин!

– Постой, Снежная. А ты куда? – ловит меня за руку девушка.

– А строгая мамочка побудет в квартире! – шучу я, улыбаясь. – Тут для меня слишком холодно.

Я оставляю Маринку под стеклянной крышей и возвращаюсь в теплое помещение, где тоже танцуют и пьют. Надеюсь, безалкоголку.

Ну да, смешно!

– Эй, Снегурочка! Мы не договаривались, что ты придешь так рано и без подарков. Санта в курсе?

– Это ты мне?

Я оборачиваюсь и натыкаюсь на симпатичного рыжеволосого парня, отделившегося от одной из компаний. Он хорошо одет, держится уверенно, и я догадываюсь, что он здесь не впервые.

– Тебе. Ты на нее похожа.

– Знаю. Но ты ошибся. Я пришла сюда с подругой.

– Правда? – он улыбается, умудрившись хмыкнуть. – И где же она?

У незнакомца удивительно располагающий взгляд, и я пожимаю плечами, приподнимая уголки рта.

– Осталась на балконе. У нее там неожиданное свидание и рандеву. Знаешь, в такие моменты лучше не мешать.

– Понятно. Хочешь согреться, Снегурочка? Мне кажется, ты замерзла, а я сегодня тут типа мальчик «подай-принеси».

– Если это законно.

Парень смеется. Кто-то уже зовет его «Витёк, давай к нам!», и он отступает.

– Законно, не переживай! Глинтвейн будешь? С французским вином!

– Можно.

– Окей! Только никуда не уходи!

Уйти мне особо некуда – все темные закоулки в большой квартире заняты парочками, все освещенные места – тоже. Рыжеволосый парень приносит мне горячий глинтвейн, подмигивает и уходит, а я отхожу в глубь квартиры. Остановившись возле красивого белого комода, медленно пью напиток, рассматриваю картины на стенах и грею руки о бокал, чувствуя, как вино растекается по телу.

Я слушаю музыку, согреваюсь и думаю о Маринке. О том, что малознакомый мне Денис действительно нравится моей подруге, иначе Цветкова не осталась бы с ним. А значит, он уже нашел оправдание глупой шутке.

Странно, разве так поступают, если девушка симпатична?

Я слишком задумываюсь об этом, поэтому не сразу реагирую на появление в поле моей видимости Влада. Он тоже заходит внутрь квартиры с балкона – румяный и веселый. Проведя рукой по волосам, играет бицепсами, такой знакомый в желании демонстрировать себя всем и ловить ответные взгляды.

Это неожиданность, увидеть здесь Рыбкина, и первое, что я делаю, заметив своего парня – отставляю бокал на комод и поднимаю руку, чтобы обратить на себя его внимание. Я помню, что Влад должен быть со своей семьей, но, похоже, у него вышло приехать раньше, и он пришел сюда, чтобы найти меня.

Ведь так? Иначе почему бы ему быть здесь?

Но следующее мгновение сполна отвечает мне на незаданный вопрос.

Следом за Владом в квартиру с балкона впархивает девушка и обхватывает его рукой за талию. И едва они оба оказываются в тени под аркой комнаты, в которой я стою, Рыбкин резко притягивает ее к себе и отступает дальше.

Они целуются, я не ослепла. Мой парень, и незнакомка из лифта, которая не так давно обещала его увести. Того, кто всего пару часов назад сказал, что любит меня. Очень искренне сказал – так, чтобы я поверила.

И повторил бы еще не раз, если бы я не оказалась здесь. Рыбкин всегда легко расставался со словами, если они ему ничего не стоили.

Эта картина ошеломляет меня до немоты, застав врасплох. Я не могу ни отвернуться, ни убежать. Мои отношения рушатся в эту самую секунду, и все, что я могу – это цепляться пальцами за комод и хватать воздух пересохшими губами.

Они давно знакомы, это ясно. Слишком смело Рыбкин ведет себя с девушкой, а она отвечает. Но почему не сказал, что хочет расстаться? Зачем врал, что я единственная, кто ему нужна? Если бы не врал, тогда мне не было бы сейчас так больно.

Зачем вообще придумал этот чертов эксперимент?!

Я так боялась получить в жизни неверные отношения, что почему-то решила, что дружба будет надежным фундаментом для любви. Да, сомневалась, но верила… А получается, что Влад от этого устал.

Или всегда был таким.

Целующаяся парочка подходит ближе, и я дергаюсь в сторону. Единственное, что мне сейчас хочется – это убежать. Чтобы Рыбкин не видел меня, и чтобы я не видела его растерянных глаз. Не слышала оправданий и лжи. Не чувствовала рук… и не смотрела в лицо, которому не под силу скрыть разочарование, что я ему помешала.

Я и сама больше не хочу никого видеть и слышать – ни праздника, ни музыки. Я вновь одна и мне холодно. Очень холодно. Гораздо холоднее, чем может быть, если просто замерзнуть на балконе.

У разочарования и боли есть своя цена, и она прямо в это мгновение съедает все живое в моей душе.

Зато я понимаю – если бы мое сердце любило, я бы сейчас умерла.

Я хлопаю руками по стене и забегаю в какую-то комнату. Это просторная спальня, в ней полутемно, но у кровати горит напольный светильник.

Я успеваю услышать голос Влада и заметить мелькнувшую позади тень, когда в панике прячусь в чужой гардеробной.

Мой парень с другой, а мне стыдно за них обоих.

***

Руслан

Сегодня у Витьки Артемьева собралось немало людей и вечер обещает быть нескучным. Когда я приглашал сюда своих друзей, то знал, что Бампер организует всё, как надо, и все равно недооценил размах тусовки. Народ всё подтягивается, и я уже не удивляюсь тому, что вижу тут знакомые лица из универа.

Макс продолжает трепаться, какой крутой в квартире вид с балкона, и почему я раньше не познакомил его с Рыжим. Артем, сунув руки в карманы брюк, как всегда морозится от внимания очередной подруги, а Мальви́н лезет со своими тупыми анекдотами, пытаясь казаться своим и всем понравиться.

Лучше бы понравился Жанке, а то у меня уже скулы сводит делать вид, что ее лепет мне интересен