Хрупкое сердце - Янина Логвин

Этот Денис одет в темную футболку с принтом и джинсы. У него выбриты виски и затылок, а длинные волосы на макушке стянуты в «самурайский пучок». И как только я замечаю это, как сразу же догадываюсь, чем он смог покорить Маринку, еще в десять лет помешавшуюся на японской культуре.

Левую руку парня до самых пальцев покрывает татуировка, явно с восточным мотивом, шею тоже, и мне кажется, что лучше с таким не связываться. Но сказать об этом Маринке не успеваю, потому что мы уже подошли, и я слышу ее громкое и приветливое – перекричать музыку непростая задача!

– Денис, привет! Я – Марина, помнишь? Ты вчера меня пригласил. Ну вот, я пришла! А это – моя лучшая подруга Алиса! – взволнованно тараторит Маринка, кокетливо хлопает ресницами и скромно улыбается, как положено хорошей девочке. – Классно здесь!

Что ж, начало знакомству положено, и я жду, что парень повернется, увидит Цветкову и обрадуется. Что окажется вовсе не таким, каким его описали незнакомые девчонки. Но всё выходит совсем наоборот. Я даже рот открываю от неожиданности, когда он поворачивается, оглядывает девушку и на полном серьезе выдает:

– Я пригласил? Какая еще Марина? Размечталась, девочка. Я не запоминаю ничьих имен, а тебя вижу впервые. Давай, чеши отсюда, у нас мужской разговор!

У Маринки тоже отвисает челюсть, и я могу интуитивно почувствовать, как подруга растерянно бледнеет от стыда. Однако мгновение спустя она подбирается и поджимает губы.

В ее случае парень просчитался – Цветкову лучше не злить.

– Что ты сказал? – медленно спрашивает, словно не хочет верить, что парень, о котором она мечтала последние дни, оказался таким козлом. – Это ты меня впервые видишь, склеротик?!

– Типа того.

– Да ты же сам мне звонил… Приезжал и от работы отвлекал… А ну повтори еще раз про «чеши», и я освежу тебе память вот этим!

Сердитая Маринка хватает со стола какой-то напиток, щедро сыпанув туда льда, и многообещающе поднимает стакан в руке, обещая вылить содержимое на парня.

Но он вдруг смеется, снова нас удивив. Пихнув друга в плечо, кивает на Цветкову.

– А вот и они – зубки! Так и знал, что у этой малышки они есть! На этот раз ты продул, Андрюха!

– То есть… на этот раз? – хмурится Маринка.

– Я тебе говорил, Шибуев, – продолжает Денис, – что эту зеленоглазую кошку лучше не злить. А ты мне – пай-девочка! Спорим, дай ей волю, она бы сейчас мне с удовольствием рожу расцарапала? До паха!

Парни смеются, а подруга потрясенно выдыхает:

– Не поняла. Вы что же, спорили на меня?

– Немного, – отзывается второй незнакомец. С виду – высокий, худощавый и наглый. – Ничего серьезного, так что не дуйтесь, девочки. Праздник, все дела… И потом, все вопросы к Дэну. Это он на тебя запал, а я продул, так что… Давай-ка это сюда! – протянув руку, легко отбирает у Маринки стакан. – Здесь до черта водки, рано тебе такое пить!

Но Маринка и правда потрясена и зла. Разве что не шипит. Я беру ее руку в свою и крепко сжимаю, пока она сердито выплевывает:

– Придурок! Вы оба!

– Ну, если ты узнаешь меня лучше… – продолжает улыбаться Денис, – то есть шанс, что твое мнение обо мне изменится.

– Да пошел ты! Вместе с шансом! И в ресторан лучше не приходи – там у меня всегда в руке поднос, могу и врезать! Алиса, идем!

– Лови их, Андрюха!

Я чувствую, как рука обнимает меня за талию, заставляя остаться на месте.

– Отпусти! – ударяю по чужим пальцам, но парню от этого ущерба, как с гуся вода.

У Цветковой то же самое.

– Спокойно, девочки! Никто вас не обидит, – располагающе начинает парень, который держит меня. – Пошутили и хватит! Я – Андрей, а этот тип – Денис. У нас изощренное чувство юмора на уровне кретинизма, но диагноз не окончательный, так что надежда на выздоровление есть! Мы не кусаемся, не убегайте.

– Марин, извини, неудачная вышла шутка, – говорит Денис, прижимая к себе девушку. – На самом деле я рад, что ты пришла. И подруга у тебя симпатичная. Скажи ей, пусть не злится!

Он протягивает мне руку и смотрит с вопросом. И Маринка, что интересно, тоже.

Знакомиться с ним мне не хочется, а вот освободиться – очень даже, так что приходится эту руку пожать.

– Алиса, – отвечаю я. – А ты скажи своему другу, чтобы отпустил. У меня уже есть парень, так что его жаркие объятия меня не волнуют, а душат.

– А я смотрю подружка у твоей кошки тоже с зубками! – смеется тот, который Андрей, но руку с моей талии убирает. – А я так надеялся, что тебя зовут Света, – непонятно к чему говорит. – Ладно, девочки, мир? Говорите, что вам принести из бара приличное. Витька обещал не жлобиться!

Не знаю, кто и что им обещал, а Маринка тоже отпихивает от себя Дениса, и воинственно берет меня под локоть, сверкая на парня сердитым взглядом.

– Нет уж. Спасибочки, но мы сами! Мы лучше пойдем, потанцуем. Что-то передумали знакомиться! А единственный напиток, который мне сейчас хочется выпить – это твою кровь, шутник!

Глава 6

Мы какое-то время танцуем, оторвавшись от неприятных парней. Постепенно людей вокруг становится больше и получается вновь расслабиться, вернувшись к атмосфере праздника.

– А я даже рада, что так вышло с этим Денисом, – фыркает Маринка, подняв руки над головой и виляя бедрами из стороны в сторону. – Лучше сразу разочароваться и забыть, чем потом думать, что сама виновата. А я могу. Сначала хожу в розовых очках, пускаю из глаз мыльные пузыри, а потом удивляюсь, как это принц оказался настоящим придурком? Да пошли они все! Подумаешь тату в стиле ирэдзуми!

– Слушай, Марин, а может, это у них способ такой – приглашать девушек на вечеринки, а потом динамить? – поддакиваю я, танцуя рядом. – И компания есть, и никаких отношений после. Похоже, девчонка из лифта сказала правду и лучше на берегу разочароваться, чем потом отбиваться от реальности веслом!

– Вот уж точно! – гордо кивает Маринка. – Еще немного потанцуем и уйдем! Эти двое кретинов ни за что не испортят нам настроение!

Но голос подруги вдруг меняется, а пальцы впиваются в мое запястье.

– Ой, Алиска! Он идет сюда! Один!

– Кто?

– Денис! И что я ему скажу?

Я поворачиваю голову и тоже замечаю, как к нам приближается плечистый парень с татуировкой на шее, бесцеремонно раздвигая локтями танцующие парочки.

– Ничего не говори, – хмурюсь. –