Айриш-бой для сицилийца - Джеки Бонати

– Дамы, это был лучший ужин за последние… лет десять, – прикинул он, не желая оскорблять память мамы, которая старалась кормить их вкусно и разнообразно, даже при скудном выборе продуктов. – Спасибо вам.

– На здоровье, carino, приходи к нам почаще, надо нарастить мяса на эти косточки, – сказала тетя Джованна, потрепав его по волосам.

И хотя Томас знал, что не посмеет пользоваться их гостеприимством, он поблагодарил за приглашение.

– Что такое carino? – спросил он Энди, когда они сели в машину.

– Милый, – ответил Энди. – Мои тетушки считают тебя милым.

– Они тоже очень carino, – улыбнулся Томас, стараясь запоминать слова, которые узнал сегодня – вдруг пригодится когда-то.

– Carini, или carina, если говоришь об одной из них, – поправил его Энди. – Решил выучить итальянский и влиться в ряды cosa nostra?

– Carini или carina, – послушно повторил Томас и замотал головой. – Бог с тобой. Просто, мама говорила, что никакие знания не бывают лишними. А мафия… ну в моем случае, это скорее со свиным рылом в калашный ряд.

– Тут речь не о рылах, а о пользе для предприятия, – ответил Энди, заводя мотор. – Поехали в клуб, еще весь вечер впереди.

– Тебе виднее, – признал Томас, все равно далекий от этого.

6.

Этим вечером его номера в программе не было, но, стоило им с Энди войти в клуб, и публика, которой он успел полюбиться, потребовала его на сцену.

– Можешь идти прямо так, для песни сойдет, – сказал ему Энди, чтобы тот не тратил время на переодевание.

– Это много для чего сойдет, – не мог не заметить Томас и поспешил на сцену, надеясь, что не налажает из-за того, что выступление незапланированное. Но интерес публики ему льстил, конечно.

А после выступления его поймала чуть пьяненькая от шампанского Китти.

– Тоооомми, – протянула она. – Смотрю, ты стал настоящим денди, это Энди тебя приодел? – сразу догадалась она.

– Да, возил в какое-то итальянское ателье, – Томас и не думал скрывать этого. – Красиво, правда?

Что и говорить, ему нравилось, как он выглядит.

– Роскошно, – кивнула она, погладив его по плечам. – Совсем другой вид.

– Спасибо, – улыбнулся Томас. – А ты что отмечаешь? – деликатно поинтересовался он, обратив, конечно, внимание на ее состояние подпития.

– Мне в очередной раз предложили стать содержанкой, – улыбнулась она, хлопая ресницами.

– Содержанкой? – переспросил Томас.

Все же его иногда шокировали нравы местного общества, но Китти осуждать он не мог в силу собственного к ней расположения.

– И ты согласилась?

– Нет, условия были сильно так себе, – покачала головой Китти. – Все жду какого-нибудь европейского принца… или графа. Ну, кого-нибудь утонченного, знаешь?

Мысли о том, что Китти сама слишком уж простовата, да и глуповата для кого-то уровня графа, Томас, разумеется, оставил при себе.

– Ты непременно найдешь самого лучшего человека, – пообещал он, сжав ее ручки.

– Ты такой славный, – улыбнулась она. – Не забудь, завтра мы идем на парад. Так что не проспи!

– Ни за что в жизни, – рассмеялся он. – Где и во сколько будем встречаться?

– Я дам тебе адрес, заедешь за мной? – спросила Китти. – И вместе пойдем.

– Конечно! – закивал Томас и, понимая, что Китти – девушка, привыкшая к особому обхождению, поспешил к Энди, чтобы узнать, можно ли как-то заказать такси.

– Заказать такси? – переспросил Энди. – На парад Мэйсис?

– Нет, заехать за Китти утром, – пояснил Томас. – Она попросила.

– Напомни, где ты живешь? – спросил Энди.

– В Джерси, – ответил Томас.

Он так и не стал переезжать пока из того общежития, в которое перебрался с началом работы в прачечной, там его пока все более чем устраивало.

– Не думал перебраться поближе? В Маленькую Италию? – спросил Энди.

– А где это? – спросил Томас. Хотя он и жил в Нью-Йорке уже несколько месяцев, но его географию знал из рук вон плохо.

– Манхэттен, все ближе, чем через реку, – ответил Энди. – Опять же, католики по соседству.

– Ну, надо узнать, сколько там будет стоить жилье, и… не будут ли они против соседства с ирландцем, – не мог не задуматься Томас.

– У меня есть пара контактов, – ответил Энди. – Таксисты обдерут тебя как липку, особенно утром перед парадом. Я попрошу Ленни отвезти вас обоих.

– Хорошо, спасибо огромное! – сердечно поблагодарил его Томас. – Где мне встретиться с ним и во сколько?

– Ленни заедет за тобой в пять, чтобы в шесть вы уже были у Китти. С учетом перекрытых улиц, думаю, будет в самый раз, – задумчиво сказал Энди.

– Не надо гонять человека, – замотал головой Томас. – К дому Китти я и сам могу подъехать.

– Поверь, я живу в этом городе дольше и знаю как лучше, – сказал ему Энди.

– Ну хорошо, – Томас понял, что спорить и правда не имеет смысла. – Спасибо тебе… за все!

– За что именно ты меня благодаришь? – удивился Энди.

– За все! – прозвучало немного горячечно. – За то, что поверил в меня, вложился, помогаешь постоянно.

Энди не стал останавливать его грубыми словами что он делает это все не из альтруизма, или еще чего, так что просто кивнул.

– Хорошо, мне приятно, что ты благодарен, – сказал он. – Ладно, мне еще нужно заняться делами, Ленни приедет утром.

– Да, конечно. Спасибо, – Томас не стал его больше отвлекать.

Утром в четыре пятьдесят девять он уже стоял на крыльце своего общежития.

Ленни прибыл минута в минуту. Он выглядел типичным итальянским хлыщом с усиками и всю дорогу до дома Китти рассказывал Тому про своих многочисленных итальянских родственников, причем, то и дело, перескакивая на итальянский.

Так что не потерять нить беседы было непросто, но Том все равно слушал с искренним интересом.

К Китти они приехали вовремя, а вот девушка явно не была столь пунктуальна, они прождали почти пятнадцать минут.

– Простите, мальчики, я проспала! – Китти спустилась к ним, отчаянно зевая, но при полном параде. – Господи, ну и холод! И я ужасно хочу кофе…– простонала она, устроившись на заднем сиденье.

– Думаю, на параде сможете взять и кофе, и сладости, сеньорита, – заметил Ленни, двигаясь в сторону Центрального парка.

– Так он еще когда начнется, – зевнула Китти. – Так рано нужно приехать, чтобы занять лучшее местечко.

Стараниями Ленни им это удалось. Тот высадил их в начале улицы, и там уже собирались люди, занимая места на тротуарах по обе стороны. Были даже трибуны для детей. И на этом этапе Томас ещё не осознавал весь масштаб, но через час людей стало в несколько раз больше, и конца не было видно пребывающей толпе.

Но примерно тогда же появились и лоточники, так что не было проблемой раздобыть бумажные