Трясина - Анастасия Алексеева

вроде и уважают люди демонические чары. Ну и побаиваются, куда уж без этого». — Как бы там ни было, а уж на нечисть я похожа ещё меньше, чем на святую. Да и артефакты, омытые кровью множества жертв для колдовства не использую. Солнце постепенно уползало, создавая на горизонте жутковатое кровавое марево. А может мне просто так казалось. Под впечатлением от долгой дороги и отвратительного ужина в местном трактире, в голову лезли пакостные мысли и глупые сравнения. Саша уже мирно посапывала в соседней комнатушке. Она вообще тот ещё жаворонок, как оказалось. Единственный отправившийся с нами охранник до беспамятства напивался на первом этаже, в компании местных мужиков. Если бы не знала, что с утра он будет трезв как стёклышко, точно бы вмешалась. Но у этого рослого детины обнаружилась поистине феноменальная устойчивость к спиртному. Кучер и вовсе пожелал остаться в конюшне и спать с лошадьми. Отговаривать я его не стала. У всех свои причуды, а так и платить трактирщику меньше пришлось.

«В прошлом за такое убогое местечко и гроша бы не дала. А лучше бы разгромную статью написала, чтобы к ним вообще никто и никогда больше не заселился. Хотя, конкурентов-то нет. А в отсутствии здоровой конкуренции, монополист может снижать качество продукта сколько угодно». Попытавшись отвлечься от тяжёлых мыслей, я только больше испортила себе настроение. Из-за постоянной тряски в карете, тело было вымотано, но спать не хотелось совершенно. В десятый раз изучая каждую трещинку и каждый сучок в досчатом потолке своего временного пристанища, я жалобно заскулила. Секундная слабость, но от этого на душе стало совсем уж паршиво. Решив, что дальше так продолжаться не может, я поднялась с кровати и в два шага преодолев расстояние до окна, распахнула его. Крохотную комнатку тут же наполнил аромат разнотравья с луга, раскинувшегося за окном. Постепенно к нему присоединился и запах спиртного с первого этажа, и звуки брани. Кто-то в пьяном угаре бил посуду, а кто-то лица собутыльников. Появившееся на мгновение романтичное настроение от вида луга и расположившейся на краю леса крохотной деревеньки мгновенно испарилось. Чертыхнувшись, я аккуратно села на окно и, перекинув ноги на другую сторону, спрыгнула. В прошлом сама идея прыгать со второго этажа показалась бы мне безумной, но, к счастью, первый этаж трактира частично уходил под землю и высокими потолками не отличался. А удобная обувь без каблуков и походные штаны позволили мне провернуть этот маленький акробатический трюк почти без потерь. Разве что при приземлении под подошвой что-то премерзко чавкнуло. Не решившись выяснять, во что это мне не посчастливилось вляпаться, я отправилась на импровизированную прогулку. В отличие от шумных густонаселённых городов, в деревне ночью тихо. Не считая завсегдатаев трактира, все местные давно спрятались по домам. Отбросив мысль прогуляться между погружёнными во тьму двориками, я пошла в сторону луга. Ещё по пути сюда в глаза бросилась очевидная деталь. Пообщавшись же немного с местными я убедилась окончательно — в деревне преимущественно остались одни старики. Малочисленным представителям местной «молодёжи» уже было чуть за пятьдесят. Юноши и девушки, если таковые и были, спешили перебраться в город. Деревня постепенно вымирала. Возможно, этот факт, а ещё небольшой кинжал в ножнах, плотно обхватывающих кожаным ремнём бедро, заставляли поверить в собственную неуязвимость. Иначе объяснить свою вылазку я бы не смогла даже себе самой. Окончательно скрывшееся за горизонтом солнце ознаменовало своим побегом начало ночи. Луг затянуло густым туманом. Прогретая за день земля щедро отдавала тепло. Тягучий аромат разнотравья смешался с запахом свежей хвои, тянувшемся со стороны леса. Вокруг стрекотали кузнечики. Прямо из-под ног в прохладный сырой воздух взмывали потревоженные моими неосторожными шагами мотыльки. Дороги не было. Я просто шла сквозь травы, наслаждаясь неожиданной близостью с природой. В постоянной суете, в череде дней, заполненных работой, написанием статей, общением с самыми разными людьми я и забыла, на сколько иногда прекрасно остаться наедине с собой и тёплой летней ночью. Земля под ногами едва заметно опустилась. Лёгкий порыв ветра принёс с собой запах воды. Поразмыслив, я направилась по пологому склону, ожидая наткнуться на ручей или родник, притаившийся в траве. В скоре воздух и в самом деле наполнился мелодичными переливами бегущей по камням воды. Порадовавшись собственной наблюдательности и похвалив за то, что не прогуливала пары по БЖД в университете, я пошла вдоль самой кромки воды вниз по течению. В детстве мы с родителями много путешествовали дикарём. Горы, степи, ущелья и, что уж греха таить, заброшки всех мастей не оставались без внимания. Со временем всё это ушло в прошлое. Поэтому когда в бытность мою студенткой журфака тогда ещё совсем молодой преподаватель физкультуры сговорился со своим более опытным коллегой, втолковывающим нам основы самообороны и безопасной жизнедеятельности и продвинул идею о вылазках «в поля» на добровольной основе, я была почти счастлива. Будто снова вернувшись в детство, мы с девчонками и единственным на всю группу парнем выбирались на выходных в лес. Физрук учил бегать по пересечённой местности и ориентироваться. Препод по БЖД давал какие-никакие, а основы выживания. Мы учились разводить огонь и искать источники воды в лесу. Но по большей части все просто развлекались в компании единомышленников. «И кто бы тогда мог подумать, что знания о выживании, навыки самообороны и хорошая физическая подготовка журналисту нужны не меньше, чем владение языком и философия. А то и больше». Чем дальше я брела, тем шире становился ручей. Вынырнув из собственных воспоминаний, я поняла, что это уже не петляющая среди травы узкая ленточка, а полноценная речушка, с пологими берегами. Впереди обнаружилась стайка жмущихся друг к дружке покрытых мхом валунов. Над ними склонила ветви плакучая ива. То тут, то там из земли проглядывали её одеревеневшие корни. Прикинув, что лучшего места для размышлений в округе точно не найти, я направилась в сторону валунов, рассчитывая подумать в тишине и понаслаждаться видом ночного луга и погружённой во тьму реки. Но мои мечты о блаженном одиночестве пошли мелкими трещинками, стоило сделать несколько шагов. Такое прекрасное место уже было занято. Чертыхнувшись про себя, я уже собиралась развернуться и плестись обратно в трактир, когда развалившаяся на камнях фигура пришла в движение. Человек, не глядя в мою сторону, спокойно похлопал рядом с собой, молчаливо предлагая разделить с ним вечер. Повинуясь неожиданному желанию узнать, кому это кроме меня пришло в голову шататься по темноте вдали от деревни, я подошла ближе.

Глава 8

В первое