Трясина - Анастасия Алексеева

в семью. Скорее всего, это было частью её плана. Но вот что это за план, и какую он преследует цель — загадка. «Ингрид думает, что Её Величеству нужен преданный шпион рядом с герцогом. Но на шпиона Вивьен явно не тянула. На роль убийцы слабая вспыльчивая девица тоже не подходит. А даже пожелай императрица моими руками избавиться от аристократа с паршивой репутацией, явно незачем устраивать свадьбу. Чтобы подобраться к нему, хватило бы простой помолвки. Нет. Она хотела видеть рядом с герцогом не просто преданного человека с начисто отсутствующей волей. Императрице нужна была непременно Вивьен. И ради этого она вынудила графа принять девушку в семью Виллар официально». С самого утра, в течение дня и перед сном я раз за разом прокручивала в голове все известные мне факты. И постепенно не имеющая смысла каша вылилась в навязчивую идею: императрица и Вивьен были знакомы прежде. Они встречались задолго до истории с принятием девушки в семью. И, быть может, даже вместе разрабатывали весь этот план. «Не, глупости. Этой дёрганой взбалмошной девице на такое мозгов бы не хватило. И терпения. Скорее Её Величество просто планомерно промывала Вивьен мозги, убеждая, что Виллар де Цероми её враги. Не зря же местные шептались, что за последние пол года девушка стала совершенно невыносимой, а под конец и вовсе сбежала из поместья в поисках лучшей жизни». — Находясь здесь, мы никак не узнаем, что за отношения были у Вивьен и императрицы. А не зная, как они обычно общались, к этой встрече я никогда не буду готова. Так что нужно просто поехать в столицу и увидеться. А там уже буду действовать по обстоятельствам. — Ты всё же не отказалась от идеи, что они встречались? — Ингрид приподняла бровь. С того момента, как я поделилась своими догадками, она относилась к этому заключению скептически. — Мы не можем знать наверняка, — я подняла указательный палец, всеми силами стараясь сделать акцент и донести до графини всю логичность моих соображений, — но какой смысл вынуждать Матиаса официально признавать меня своей дочерью, если для Её Величества Вивьен просто незнакомка? — В этом и в самом деле смысла не много. Примерно столько же, сколько во внесении Вивьен в семейный реестр в принципе. Разве не проще императрице было насильно выдать её замуж за герцога. Столько бумажных хлопот удалось бы избежать. Да и времени в пустую бы не теряли. Я нахмурилась. Этот спор мог длиться целую вечность. Иногда мы встречались втроём с супругами Виллар и обсуждали, как идёт подготовка к свадьбе, строили предположения и просто обменивались добытыми сведеньями. В это время Ингрид обычно была тихой, нежной и кроткой. Даже в моменты споров с мужем, она оставалась предельно вежливой и спокойной. Но как только за Матиасом закрывалась дверь, и мы оставались наедине, всё резко менялось. Хрупкая графиня превращалась в самую ярую спорщицу из всех, что мне доводилось встречать. Она ловко отбивала любые мои аргументы, и это явно доставляло ей удовольствие. Мы были похожи. Очень. Не только внешне, но и характером. Однако, со временем, проводя дни рядом с этой женщиной, я поняла, что только похожестью всё и ограничивалось. В какой-то момент я перестала видеть в ней себя. Возможно, это произошло тогда же, когда я неожиданно не смогла вспомнить лицо коллеги, с которым мы проработали бок о бок последние десять лет. Хотя, удивительнее было даже не это, а то, что такой пробел в памяти совершенно не пугал. Я словно подсознательно ожидала чего-то такого. Нет, себя я не забывала. Как прекрасно помнила и ту жизнь, которая осталась в моём родном мире. Но лица и голоса людей постепенно стирались, оставляя после себя только отголоски эмоций. Ингрид тогда предположила, что магия, перенёсшая меня сюда, таким образом помогает адаптироваться к изменениям. С одной стороны за отсутствие истерик, нервных срывов и скачков по всем стадиям принятия я была весьма признательна. С другой, стойкое ощущение, что я плотно сижу на мощных транквилизаторах никуда не девалось. — Выдать простолюдинку замуж за герцога, имеющего право наследования престола? — я ухмыльнулась, наконец найдя достойный ответ: — Абсурд. — Не скажи. — Ингрид легко отзеркалила моё выражение лица, наслаждаясь своим превосходством. Правила этого мира она знала явно получше моего и во всю этим пользовалась: — Такая издёвка над ним вполне в её стиле. Императрица скорее бы даже во всеуслышание везде заявляла бы о твоём происхождении. Я тяжело вздохнула, в очередной раз признавая поражение. О жизни аристократов я могла судить только по учебникам истории и романам, в которых такой брак порицался бы обществом. Но в этом мире всё постоянно было как-то не так. — В таком случае, нам не остаётся ничего иного, кроме как спросить её саму.

Глава 6

«Будь проклят тот день, когда я сказала, что люблю длинные поездки. Это чёртово тело не только к туфлям да платьям, но и к физическим нагрузкам совершенно не приспособлено. Как Вивьен с такой никудышной выносливостью вообще до своих лет дожила»?

Мы были в пути уже целую вечность. Ладно, не вечность. Два дня всего. Но казались они вечностью. В отличие от автомобилей с мягкими анатомическими креслами, карета удобством не отличалась. Деревянная коробка обитая тканью и пара диванчиков напротив друг друга. А, ну да, и ещё жуткие занавесочки с задорными рюшами и бантиками. Но от них я приказала избавиться на первой же остановке.

«Гроб. Ей-богу, гроб. Весёленький такой, красный с блестяшками. Вот в нём и откинусь».

Ровными дорогами с гладким хотя бы каменным покрытием этот мир тоже похвастаться не мог. А если и мог, то в том захолустье, куда сослали жить род Виллар, такой роскошью и не пахло. Нормальной системы амортизации для карет ещё не придумали, вот и приходилось мне третьи сутки трястись по грунтовке почти без остановок.

Поясница начала болеть почти сразу. Попытки устроиться поудобнее привели лишь к тому, что подскочив на очередном ухабе, я полетела лицом вперёд и остановилась о стену напротив. Не приятненько получилось. И стало ещё неприятнее, когда отправившаяся со мной служанка окинула эту картину презрительным взглядом.

«Она в самом деле решила, что я не заметила? Или настолько осмелела из-за моего изменившегося поведения, что позволяет себе пренебрегать здоровьем графской дочери? Э не, дорогуша. Так не пойдёт».

— Любопытно. — я даже не стала вставать, просто развернулась на кресле, чтобы не опираться на него ладонями, и оказалась неприлично близко к лицу моей сопровождающей: