Безжалостный - Екатерина Юдина

Я громко, надсадно застонала. Прогнулась в спине и рефлекторно попыталась сдвинуть ноги, но добилась лишь того, что коленями уперлась в Джейкоба. От жара его кожи разум плавился, а стоило парню провести горячей головкой по влажным складкам, как все мысли и вовсе превратились в пепел. Я и не знала, что можно быть настолько беспомощной перед своими внезапно вспыхнувшими желаниями. Это пугало.

Я горела и задыхалась, мне было страшно. Первый раз — слишком значимое событие, чтобы отнестись к нему настолько безрассудно.

Я все ждала, когда же во мне что-то щелкнет и включится разум. Когда же я соберу всю свою волю и прекращу то, что происходит? Вот только ничего не щелкало, и я… сдалась. Проиграла жару его мощного тела и собственным ощущениям.

Что плохого в том, что происходит? Да, безрассудно и совершенно непохоже на меня. Далеко не так я представляла свой первый раз. Но Джейкоб, несмотря на грубость, привлекал. А еще — доводил до мурашек и дрожи. До ощущений, в которых я тонула.

Он — лишь эпизод в моей жизни. Первый, кому я позволила нечто такое и никогда не забуду. С каждым мгновением я понимала, что и потеря девственности с этим парнем станет запоминающейся. Но самое главное — неожиданно желанной. А о таком сожалеть не стоит.

Откуда все эти мысли? Я оправдываю себя? Или успокаиваю?

Не желая больше думать, я окончательно сдалась Джейкобу. Он вплел пальцы в мои волосы и сделал первое движение внутрь меня, а я почувствовала себя так, словно оказалась в костре. Сжала плечи парня, испуганно открыла глаза и сбивчиво прошептала:

— Я… У меня раньше не было… парней. То есть я…

— Я понял. — Его рука оказалась на траве рядом с моей головой, удерживая мощное тело. — Поэтому и сказал, что буду аккуратен. — Он наклонился ниже и прикоснулся своим лбом к моему. Пропустил через пальцы мои пряди. — Доверяешь мне себя?

— Да…

Я сама не поняла, что ответила. Сделала это бездумно, еще сильнее сжимая плечи Джейкоба и смотря в его мертвые глаза. В первую нашу встречу они меня пугали. Сейчас — завораживали. В них можно было смотреть вечно.

Одной рукой все так же упираясь о землю, второй он сжал мое бедро, приподнимая мою попу и делая новое движение. С моих губ сорвался очередной стон, в котором я не узнала собственный голос. Точно так же, как и не поняла ощущений. Осознавала лишь то, что от них можно свихнуться.

Возможно, именно это со мной и происходило. Я потеряла связь с реальностью. Не видела звезд на небе и не чувствовала травы под спиной. Я словно исчезла из этого мира и попала в другой. В тот, где существовал только Джейкоб и его движения внутри меня. Медленные и осторожные, находящиеся за гранью возможного. Доводящие до дрожи и судорожных вдохов.

Но при этом ощутимо болезненные и до невозможности распирающие.

В какой-то момент я даже пожалела, что согласилась на все это. Зачем нужна близость, если она причиняет столько боли?

Только почему-то я все равно не останавливала Джейкоба. Возможно, потому, что, несмотря на боль, продолжала сгорать от эмоций, чувств и жара. От того, как он сжимал мои волосы в ладони, придерживая голову, от того, как удерживая меня за попу, поднимался к талии и водил по ней ладонью. Практически гладил. В его грубых прикосновениях была и осторожность, которая, как мне казалось, не давалась ему легко. Я видела, насколько сильно напряжено тело Джейкоба. Он словно превратился в раскаленную сталь.

Иногда он сжимал меня сильнее, почти до боли, но практически сразу расслаблял руки. Я судорожно дышала, до онемения в пальцах сжимала его плечи и неотрывно смотрела в его глаза. Жуткие и страшные, но в них можно было утонуть.

— В тебе охренеть как тесно. — Его голос взбудоражил, пронося по коже новую порцию покалывания. — Больно?

— Нет, — солгала я.

Следующим толчком он вошел полностью, и наши тела соединились. Обжигающая боль, жжение и ноющая тяжесть… Пытка, от которой почему-то перехватило дыхание и участился пульс. Я все еще смотрела в его глаза и… погибала. Превращалась в пепел, часто дышала, будто мне не хватало воздуха. Ззадыхалась.

Некоторое время он не двигался. Жесткими пальцами перебирал мои волосы, словно играл с ними. Наматывал пряди на кулак. Это невольно успокаивало. Мы будто входили в ту стадию нашей запретной игры, в которой вспыхивало взаимодействие: он что-то делал, а я чувствовала и отвечала. Если не физически, то эмоционально — точно.

Это… пугало. Он так просто подчинил меня себе, но почему-то мне и не хотелось иной роли. Под Джейкобом возникало только одно желание — довериться ему. Подчиниться и следовать за всем, что он делал.

Минуты затишья нашей близости закончились, и я ощутила его первое движение: он практически вышел из меня, а затем вновь наполнил собой. Так же медленно и жарко. Будто распаляя и подготавливая. Раз за разом повторяя. Долго. Практически бесконечно. С каждым мгновением лишая рассудка и словно стирая изначальную боль. Теперь она превратилась в редкие сполохи и искры. В то, что с каждым мгновением все сильнее тянуло и ныло.

Движения Джейкоба стали более быстрыми и глубокими, а я больше не сжималась от боли. И сама себя не узнавала. Громко стонала и даже кричала. Царапала его кожу ногтями и выгибалась. Постепенно, но слишком быстро подходя к грани, за которой меня встретило то, о чем я и понятия не имела.

Перед глазами поплыло, а ощущения наоборот обострились. Достигли наконец пика и обрушились в до боли приятную судорогу, пронзившую тело. Я перестала что-либо видеть или слышать. Даже показалось — существовать. Но в тот же момент отчетливо ощущала то, как горела каждой частичкой тела и души.

Когда эти ощущения частично стихли и слух постепенно начал возвращаться, Джейкоб что-то сказал. Я толком не расслышала фразу, но почему-то вздрогнула от нее и резко открыла глаза.

А потом он отстранился и подхватил меня под коленками. Приподнял попу и притянул к себе. Так и не выходя, сделал новое движение. Быстрое и резкое. Наращивая темп, от которого у меня содрогалось все тело и я вновь стонала. Первый оргазм прошел, но с новыми движениями Джейкоба я опять почувствовала жар. Казалось, он будет длиться вечно.

Джейкоб сделал несколько окончательных,