Солнце мира богов. Том первый - Анна Цой

Я взялась за ручку, дернула её и осталась стоять с ней в руке. После поднесла к глазам, пытаясь убедиться, что меня хотят удержать, и хлопнула рукой по двери. С размаху! Со всей возможной высше-лордовской силой! Дверь пошла трещинами, контур её на миг размылся, а после заплыл туманом, восстанавливаясь до первоначального состояния.

Чёртовы великие дворцы с их гадкими особенностями. Глава рода, очевидно, выпускать меня не желал.

— Как я и подозревал — архимаг, — протянул мужчина, — уровень не ниже пятого.

Я приподняла подол платья, опасаясь запутаться в нём, простучала каблуками уже совсем не соблазнительно и бухнула ручкой по его столу.

— Присядь, Элли, — ехидное, — тебе противопоказаны перенапряжения.

Серьёзно? Всё ещё не верит? Или это означает что-то другое?

Я добрела до окна, плюхнулась на диванчик рядом и принялась наблюдать за птичками.

Пятый уровень, ага. Восьмой. Из восьми возможных. А вот у Виктора шестой. Всё по тем же недостоверным слухам. Кто в здравом уме расскажет какой у него уровень магии? Только тот, кому вообще нечего скрывать. А вот то, как он по моему удару определил уровень, скорее всего было тыканьем пальцем в небо — нельзя было выявить это, пусть магия с физической силой и были связаны напрямую. Однако, я, будучи вторым исследователем уже как третий год, могла с точностью сказать, что у женщин-магов сила или не растет вовсе, или как у меня — достигнет нужного уровня только при целенаправленных тренировках.

Опасаться мне было нечего. Убить привязку ты не сможешь при любом раскладе — ответочка и по тебе шибанёт так, что есть возможность сойти с ума. С нанесением вреда та же история.

— Мне импонирует предложение с моим именем рода на нашей дочери, насупленная, — он старался улыбаться мягче.

Но не заметить сосредоточенный взгляд было невозможно! Он у него был цепким, прямым и опасным. Так может, там в досье про него говорилось? Что там было… умный, хитрый, распущенный! Не одна я шлялась по столичным кабакам в поисках приключений! Может он мне тоже за что-то мстит⁈

— И не пропадает уверенность, что мы с тобой сойдёмся в характерах, Элли, — очень пронзительные глаза, — продолжим? Тут ещё несколько фактов о тебе.

Он вернулся к исписанному листку взглядом. Я задумалась.

— Почему ты так уверен? — перебивший его вопрос, — даже судя по твоим писулькам, я крайне хреновая претендентка на «схожесть характеров».

Улыбка. Только она, даже без внимательного взора.

— Доказано участие в бесчеловечных исследованиях Зигмунда Хакгарда, — приподнятая бровь, — статус: ассистент.

Я хмыкнула.

— С каких пор препарирование букашек и мелких животных стали «бесчеловечными»?

Моё возмущение отразилось на его лице — он важно и «веряще» мне кивнул.

— На прошлой неделе среди ваших подопытных был курт, — мужчина вопросительно уставился на меня.

Я пожала плечами.

А что я могла сказать? Что мне нужно было отрабатывать защитные удары, если на меня нападет этот полу… умник? Что анатомию волков вообще никто никогда не изучал? Да у них даже строение органов мерзкое! И состоят они из настолько эластичной регенерирующей ткани, что убить эту пакость можно, только проколов сердце! А они его прячут где-попало! Вытаскивают из груди и ныкают в непонятных для висталок местах!

— Он к нам уже мёртвый пришёл, — поджала губы я, — как и остальные. Никаких убийств и всего такого. Могу доказать!

— Весь в ожидании, — ехидное.

Я кивнула, призвала свой синий хвостик и махнула им в воздухе. Лорд стал ждать представления.

— Я доказала, — хвостик нервно скрутился в клубок на диване рядом, я закатила глаза, — он синий. Если я остаюсь «цветной» висталкой, значит я никогда не совершала убийство. Иначе бы почернела, — я подалась вперед, чтобы прошептать по-заговорщицки, — но нам такое практиковать запрещено, потому что Великий Цикл после смерти отправит сразу в Пустоту, не дав переродиться, — теперь усмехнулась я, — ты, кстати, как привязка за мной пойдёшь. Будем вместе там душами гнить.

— Прискорбно, — произнёс, будто это совсем не так, — что ж, твои доказательства я учту. Далее, — внимательный взгляд, — замужем не была. Дочерей нет. В связи с мужчиной замечена однажды — текущий Владыка.

— Текущий? — рассмеялась я, — подходящее ему слово.

Потому что он, блин, постоянно на своей волне. Течёт как по речке с горного водопада.

— А про «мужчин» — важное уточнение, — указала на значительный факт.

— Женщины? — снова приподнятая бровь.

Отвечать я посчитала лишним. И так всё понятно.

— До прибытия в замок Владыки будто не существовала, записей в источниках нет, — немного нахмурился он.

— Училась в Гнезде, — махнула ресничками я, — на висталочьем острове.

Задумчивый кивок и вопрос:

— Имя выдуманное?

Я помотала головой и ответила честно:

— Присвоенное при вхождении в Ковен.

Почти честно. Расстаться с именем «Элла» я не смогла. А так, сменила на схожее.

— По какой причине покинула Гнездо? — мужчина, казалось, был заинтересован.

Но в каком-то положительном ключе. Может, опять из-за привязки глючит, зараза такая?

— Ковен пришёл к такому решению, — я поджала губы.

Я согласилась покинуть дом только из-за собственных планов. Стоит ли говорить, что Хакгард туда даже ползком не подкрадывался? Зато всё место там занял Варг, испортивший мне жизнь девять лет назад. Пырин кривокрылый, чтоб его папаша навсегда в стае запер. И чтоб я туда залезла и надубасила ему у местного позорного столба.

— Характер ветреный, — следующий перл обо мне, — осуждаемый уровень тактильности, — он хмыкнул, вспомнив моё заправливание пряди за его ухо.

Она мне мешала! Честное висталочье!

— Навязчивость и любвеобильность, — хмык номер два.

И ожидание моего сопротивления. А оно последовало:

— Человеколюбие, а не любвеобильность! — поправила, — и никто меня за ощупывание ещё не осуждал, — надутые губы, — кроме тебя.

А Виктор, как уже стало понятно, вообще осуждать любил. Я прямо-таки кладезь для использования в его фетишах. Удовольствие на его лице можно было различить отчётливо. Извращенец! Попа подтвердит!

— Допускаю этот вариант, — признался он (жаль, что не о моих мыслях), — предельное желание быть в центре внимания, — он аккуратно вложил лист с досье в папку.

Перечитывать что ли будет? На досуге с кхе-кхе в руке. Бессовестная.

— Аристократичная шлюха, — подвела итог я.

Лорду это не понравилось. Он нахмурился, глядя на меня с осуждением.

— Не следует так о себе отзываться, — прохладное.

Чего? Я пыталась найти в его глазах ответ. Нельзя обзывать себя? Мы что, нормальные люди?

— Как… скажешь, — буркнула.

Вот Хакгард — конченный, как я. Он даже сам иногда меня обзывал, не то что постоянно поддакивал.

— Насчёт итогов по характеристике, — перебил мои мысли он, — она не точная. Тебя штормит между