Непреодолимое искушение - Дэй Леклер

Чейз приложился к бутылке. Хорошо бы пиво остудило его раздражение. До этой минуты он гордился сделками, которые заключал, но это дело было просто грязным. Он предположил:

— Или ты можешь забыть о мести, вспомнить, что фабрика Уорта — прибыльное предприятие, и сделать его еще прибыльнее, так, как Уорт и не догадался бы сделать. Ты уязвишь его еще сильнее, доказав, что лучше управляешь его делами, чем он сам.

Рейф холодно посмотрел на Чейза и горько сказал:

— Ты знаешь, как нам было плохо после того, как он уволил моих родителей. Мало того, он отвернулся от нас в самый трудный момент нашей жизни. — Рейф швырнул бутылку в ведро. — Он позволил моей матери умереть, зная, что она заболела, работая на его фабрике.

— Уничтожив фабрику, ты не вернешь ее, зато другим людям тоже будет плохо.

Рейф упрямо выпятил подбородок:

— Мне все равно. Им всем было плевать на нас. Теперь они узнают, каково нам было. Эмму я, так и быть, отдам тебе, защити ее от того, что предстоит ее отцу и всему городу.

— Ради бога…

— Хватит, — перебил его Рейф. — Послушай, Чейз, я говорю серьезно. До меня дошли слухи, что твоей беременной наследнице не нравится наша сделка и она не стесняется говорить об этом. Мне не нужны проблемы. Найди способ заткнуть ее, или это сделаю я.

Чейз фыркнул:

— Ты хоть раз видел ее?

Губы Рейфа тронула улыбка.

— Я думаю, ты справишься.

Когда за Рейфом закрылась дверь, Чейз осторожно поставил пустую бутылку на стол. Полжизни он потратил, чтобы научиться ходить по минным полям, но это уже ни в какие ворота не лезло. Его вдруг охватила вяжущая усталость. Он чувствовал, что времени оставалось все меньше, чтобы что-то решить. Самым лучшим было предложение Рейфа — заставить Эмму выйти за Чейза; его имя оградит ее от грядущих бед, не даст стать простой пешкой. Пришло время для игры по-крупному.

Эмма была поражена, что Чейзу удалось уговорить ее поужинать с ним после того, как они так холодно распрощались два дня назад. Однако он убедил ее, что им нужно поговорить и самым подходящим местом будет ресторан Жака, шикарнейший ресторан города. Услышав шум подъезжающей машины, она бросилась вниз, но Чейза уже проводили в кабинет ее отца. Она вдруг поняла, что забыла попросить его не упоминать о ее беременности. Она ворвалась в кабинет и застыла на месте под удивленными взглядами мужчин.

— Вот вы где, — неловко пробормотала она.

Чейз прищурился, заметив, что она запыхалась.

— Торопиться некуда, Генри придержит столик для нас.

— Нехорошо заставлять себя ждать. — Эмма широко улыбнулась. Судя по лицу отца, Чейз ничего не сказал. — Пойдем?

Рональд с гордостью посмотрел на Чейза:

— Моя девочка. Всегда пунктуальна, никогда не станет заставлять ждать себя, в двадцатый раз переодеваясь и перекрашиваясь.

— Рад слышать.

Чейз пожал руку Рональда.

К облегчению Эммы, на этом отец отпустил их. Как только они закрыли за собой дверцы машины, Чейз ухмыльнулся:

— Ты ему не сказала?

Эмма пристегнулась, стараясь казаться спокойной:

— Нет. И я благодарна, что ты не проболтался.

— Рано или поздно он все равно узнает.

Эмма закрыла глаза:

— Я знаю, Чейз. Я скажу ему, как только придет время.

— Я не давлю на тебя. — Он завел двигатель. — Нет, давлю. Я просто боюсь, как бы не поползли слухи.

— О беременности знаем только мы… — В ее голосе мелькнула подозрительная нотка. — Ты кому-то говорил об этом?

— Ты забываешь о враче, — уклончиво ответил он.

— Он надежный.

— А сестры и персонал? Ты не допускаешь, что они могут проговориться, особенно когда речь идет о Принцессе Уорт?

Она замерла. Это прозвище преследовало ее всю жизнь, и она научилась реагировать на него с юмором или просто игнорировать. Но когда Чейз называл ее так… Это ранило.

— Не называй меня так, пожалуйста.

Он бросил на нее пронзительный взгляд:

— Я просто хотел дать тебе понять, насколько все серьезно. — Он нежно погладил ее по щеке. — Я же знаю, что ты не такая, я сам живу в тени прозвища, которое ненавижу.

Она крепко переплела пальцы:

— Я никогда не понимала, почему все, даже твой брат, видят во мне испорченную ветреную девчонку.

— Все не знают тебя так хорошо, как я, — мягко сказал он. — Они видят только внешний блеск и думают, что это твое настоящее лицо. Во мне видят только незаконнорожденного сына богача, кому из нас, по-твоему, легче?

Эмма вздохнула.

— Я не знаю.

Но их ребенок узнает, если она не выйдет за Чейза, он, совершенно очевидно, имел в виду именно это.

— И я не узнаю, что чувствуешь ты, пока ты не впустишь меня в свою жизнь.

Он остановился на светофоре и положил руки на руль.

Белые манжеты привлекали внимание к этим сильным рукам, способным быть такими нежными.

— Ты Уорт, Эмма, к тому же беременная и не замужем. Это отличная пища для сплетен. Ты ведь не захочешь, чтобы твой отец узнал об этом от посторонних?

Он был прав, она знала это.

— Ладно. — Она вздохнула. — Я скажу ему завтра утром.

— Отлично. — Он нажал на газ. — Хочешь, чтобы я присутствовал при этом?

Она почувствовала сильное искушение ответить утвердительно, но не знала, как отреагирует ее отец. Вряд ли он обрадуется. Она не хотела, чтобы гнев отца обрушился на Чейза.

— Нет, спасибо, но потом он наверняка захочет поговорить с тобой.

— Не сомневаюсь, — удивительно мрачно сказал Чейз. — На его месте я разорвал бы любого, кто обрюхатил бы мою дочь без намерения жениться.

Эмма не знала, что сказать. С одной стороны, ей нравилось будущее, которое Чейз рисовал для их ребенка, с другой — она боялась, что он будет слишком суровым отцом, совсем как ее собственный.

Чейз взглянул на нее:

— Что такое?

— Просто думаю об отце.

— Не слишком веселые мысли, похоже.

— Старая история, — пробормотала она. — Не будем об этом.

— Мне кажется, я тебя понимаю: мой отец ведь тоже был одержим своим делом.

Эмма вдруг осознала, что у них куда больше общего, чем кажется.

Чейз остановился у ресторана, отдал ключи парковщику, и они вошли внутрь. Генри, распорядитель, широко улыбнулся им:

— Добро пожаловать, мистер Ларсон, мисс Уорт. Ваш кабинет готов.

Эмма подняла бровь: