Прекрасные разбитые сердца - Ками Гарсия

– Это непонимание. – Тесс начинает разговаривать резким тоном. – Это единственное объяснение.

Не единственное.

Не успевает спор перерасти в нечто большее, как слышу за занавеской маму, которая спрашивает про меня.

– Я ищу свою дочь, Пейтон Риос.

– Мам? – зову ее.

Через мгновение она отдергивает ткань и, подбежав ко мне, заключает в объятия.

– Слава Богу, ты в порядке. Что случилось?

Мама выпрямляется и переводит взгляд с меня на Тесс.

– Пойду в комнату ожидания. – Тесс пытается раздвинуть занавеску, но не может найти выход, поэтому ей приходится обойти маму, чтобы добраться до другой стороны. В обычной ситуации Тесс обняла бы ее, но не сегодня.

Мама берет меня за руку.

– Что происходит?

Я стараюсь сдерживать слезы.

– Мы были на вечеринке, и я пошла к машине Рида, чтобы найти телефон. Но нашла кое-что другое.

– Что? – Мама наклоняется ближе, и ее темные волосы падают вперед.

– Мам, он употребляет допинг. Я нашла стероиды в его спортивной сумке.

– Не понимаю. И как это связано с твоим коленом? – Как только мама задает этот вопрос, в ее глазах мелькает понимание. – Что случилось с твоим коленом? – Она произносит каждое слово медленно, подчеркивая их значение. – Тесс сказала, ты упала с лестницы.

– Это так. – Киваю, и по моей щеке течет слеза. – Рид меня толкнул.

Мама прищуривается.

– Это сделал Рид? – Выражение ее лица становится каменным, как у жены разведчика морской пехоты. – Я сейчас вернусь.

– Мам не надо! – Пытаюсь приподняться на кровати. – Мам!

Она проносится мимо других кроватей и проходит через автоматические двери, ведущие к комнате ожиданий. Я начинаю паниковать. Что, если она сделает что-то глупое, и Рид разозлится и ее тоже обидит?

В мыслях всплывает картинка, когда она стояла у окна в одной лишь ночной сорочке.

Мне было восемь или девять. Папы не было, и мама кого-то услышала снаружи. Она сказала мне спрятаться под кровать, и я подчинилась минуты на две, но потом поспешила вниз посмотреть. Она стояла у эркерного окна нашей гостиной с битой на плече и телефоном в руке. Она позвонила 911, и приехала полиция. Ничего не случилось, но той ночью, наблюдая за ней, я поняла – если бы на улице кто-то был, мама бы нас защитила.

Смотрю на двери, ведущие в коридор, и жду, когда вернется мама. Но вместо нее заходят Люсия и Гвен.

– Сюда, – машу им.

Обе выглядят напуганными.

– Что там происходит? – спрашиваю я.

Гвен присаживается на край кровати и кусает ногти.

– Твоя мама только что обматерила Рида.

– Она выгнала его из приемного. – Люсия впечатлена. – Сказала ему валить из больницы, не то она переедет его на машине.

Глубоко вдыхаю. Мама молодец, но хотелось бы, чтобы Тесс не становилась свидетельницей маминого гнева.

– И что Рид сделал?

– Он продолжал извиняться и говорить, что это – большое недоразумение и что он любит тебя, – отвечает Гвен.

Люсия садится на стул возле кровати.

– А твоя мама продолжала говорить ему заткнуться и убираться вон с ее глаз. Еще она несколько раз сказала ему гореть в аду.

Я видела маму в действии. Легко представить, как она нападает на Рида.

– Что насчет Тесс?

– Она ушла с Ридом. В смысле, должна была. Он же ее брат. – Гвен вертит в руках пульт от кровати. Нажимает кнопку, и кровать начинает подниматься, как кресло в парикмахерской. – Извини.

– Прекрати играть с этой штукой, – ругается Люсия.

Гвен неодобрительно смотрит на нее.

– Не указывай мне.

– Где теперь моя мама? – спрашиваю я.

– Разговаривает с охраной, чтобы они не пускали Рида, – отвечает Люсия. Она смотрит на Гвен, которая тут же переводит взгляд на меня. Но затем спохватывается и оглядывается.

– Очень тактично. Кто хочет рассказать мне, что еще происходит? – Мой голос надламывается. – Потому что ночка у меня дерьмовая.

Люсия тихонько ругается на испанском.

– Мы не хотим, чтобы ты чувствовала себя еще хуже, но я должна спросить… Что действительно произошло между тобой и Ридом?

Откидываюсь на подушки и смотрю в потолок.

– Вы мне тоже не верите.

– Я такого не говорила. – Люсия смотрит мне в глаза. – Но после падения тебе было так больно, и ты была расстроена. Я…

– Ты имеешь в виду, мы, – перебивает ее Гвен.

Люсия сердито смотрит на нее.

– Мы хотим услышать это от тебя.

– Рид столкнул меня с лестницы. Что-то еще хотите знать?

– Типа, прямо толкнул? Специально? – спрашивает Гвен.

– Да. – Рассматриваю их лица, пытаясь понять, поверили ли они мне. Никогда не думала, что мои друзья будут сомневаться в таких серьезных вещах.

Гвен качает головой.

– Это нелогично. До того, как вышла твоя мама, Рид все говорил, как волнуется за тебя и как сильно любит. Это не казалось игрой.

– Возможно, Рид верит в свои слова, но это не меняет того, что он врет.

Люсия кивает. Это значит, она мне верит?

За спиной Гвен, в прорезь между занавесками, вижу маму. Она идет к нам, и я не успеваю спросить.

– Нам пора уйти и дать тебе поговорить с мамой, – говорит Люсия. – С тобой все будет хорошо.

Гвен молчит. Просто машет, а потом они уходят.

Мама закрывает занавеску.

– Что ты сделала? – спрашиваю я.

– Избавилась от этого ублюдка и сказала ему, чтобы держался от тебя подальше.

– Но там была Тесс.

Мама присаживается на краешек кровати и потирает мою руку.

– Хотелось бы, что все прошло не так, но я не могла позволить этому парню сидеть в комнате ожиданий после того, что он сделал с тобой.

– Тесс не верит, что он меня толкнул. Не уверена, что кто-то из моих друзей вообще верит. Все думают, что я ошиблась – что мы друг друга не поняли. Но ты мне веришь? Верно?

Она подается вперед и обхватывает мое лицо ладонями.

– Ты – моя дочь. Я всегда буду тебе верить. А еще я знаю, что, если бы у тебя возникли сомнения насчет произошедшего сегодня, ты бы призналась в этом. Ты рациональная и здравомыслящая, как твой отец. И у тебя идеальное чутье.

– Если мое чутье такое идеальное, тогда как же я оказалась здесь?

Глава 6
Девушка-робот