Обреченная на корону - Виктория Холт

— А что, — сказала Изабелла, загадочно улыбаясь, — разве он не королевский брат?

Состоялся пир, возлияния с обычными развлечениями, но больше всего меня поразила демонстрация приязни между отцом и герцогом. Они уединялись, гуляли по саду рука об руку и постоянно что-то обсуждали.

Я была уверена, что это неспроста, а вскоре узнала, в чем тут причина. Как всегда, от сестры.

Вечером, когда моя служанка ушла из спальни, появилась Изабелла. Прямо-таки сияющая.

— Произошло замечательное событие, — объявила она. — Я выхожу замуж.

— Ну что ж, — сказала я. — Рано или поздно это должно было произойти. Ты уже не слишком юная.

— Почему не спрашиваешь, кто мой жених?

— Так видно же — тебе не терпится сказать.

— Георг.

— Стало быть, вот что все это означает.

— Да. Он приехал сделать мне предложение. Отец в восторге. Словом, все идет, как надо.

— А король этому не противится? Изабелла тупо взглянула на меня.

— Король?..

— Разве он не должен дать согласия? Георг его брат.

— Даст, не беспокойся. Раз отец хочет этого, значит, так и будет.

— Дай-то Бог. Ведь отец с королем не те друзья, что прежде.

— Перестань. Ты мне завидуешь.

— Ничуть. Просто надеюсь, что все будет хорошо.

Сестра села на мою кровать.

— Я стану жить при дворе. Носить великолепные платья. Георг очень красив, правда? Говорят, он очень похож на короля. Только представь, если у Эдуарда не будет наследников...

— У него уже есть дочь. Ты слишком уж забегаешь вперед. Выйди сперва замуж. Когда свадьба?

— Тише. Поначалу об этом никто не должен знать. Ты забываешь, кто такой Георг.

— Вот уж нет.

— Нужно сперва уладить всевозможные дела. Пока что это тайна.

— И ты мне ее тут же выболтала!

— Ты не в счет.

— Благодарю.

— Ты ведь моя младшая сестра. Разве я не всегда бывала с тобой откровенна?

— Бывала... от случая к случаю. Изабелла обняла меня.

— Анна, я очень счастлива. Знаешь, я всегда любила Георга. Он замечательный, правда? Всегда веселый, искусный... во всем. — Она вздохнула. — Из него получился бы прекрасный король.

Я невольно ощутила легкое беспокойство — не только из-за натянутых отношений отца с королем. Теперь признаюсь себе в этом. Мне в Георге кое-что не нравилось. Он был не то чтобы хитрым, но осмотрительным. Обаяние его не походило на королевское, казавшееся непроизвольным. Ему всегда была присуща расчетливость. Я замечала раздражение в его взгляде при упоминании имени Эдуарда. Мне представлялось, он клянет судьбу, не давшую ему старшинства. Но, возможно, я сравнивала его с Ричардом.

Однако я радовалась вместе с Изабеллой. Она была очень довольна. Ей давно хотелось выйти замуж, только не было подходящего жениха. Теперь ей казалось, что он нашелся. Брат короля! Моя сестра думала о том, какое славное будущее ждет его... и ее.

Мать, узнав, что Изабелла проговорилась мне, послала за мной.

— Анна, — сказала она, — нам нужно побеседовать. Изабелла, насколько я понимаю, рассказала тебе.

— О помолвке, миледи?

— Да. Сестра твоя от радости не может молчать, но ваш отец хочет пока хранить эту помолвку в тайне. Первым долгом нужно уладить несколько дел.

— Понимаю, миледи.

— Отец не знал, что Георг сделает предложение. Он хотел сперва провести кое-какие переговоры... ради уверенности, что все будет хорошо.

— А сейчас... не все хорошо, миледи?

— Да... но это временно. Георгу, разумеется, понадобится согласие короля.

— Вы думаете, король может не дать его?

— Ваш отец считает это превосходной партией, и король сочтет тоже.

Я с недоверием поглядела на мать. Даже мне было уже понятно, что прошли те дни, когда воля графа Уорика становилась королевской волей.

— Изабелла — одна из богатейших наследниц в стране. Как и ты, мое дитя. В конце концов, ваш отец — великий граф Уорик. Большинство молодых людей прельстились бы этим, однако ее помолвка с Георгом особенно приемлема. Изабелла и он увлеклись друг другом с первого взгляда, поэтому они идеальная пара. Только о помолвке нужно пока молчать.

Мать вздохнула. Явно задумалась, много ли нужно мне .открывать. Я казалась старше своих лет и, хотя вела уединенную жизнь в Миддлхеме, будучи дочерью своего отца, знала о происходящем в стране.

Потом она заговорила снова:

— Знаешь, Вудвиллы прибрали двор к рукам... более или менее. Их очень много. Может, ваш отец даже примирился бы с королевой, не приведи она своих многочисленных родственников к власти над всем. Изабелла, как я уже сказала, богатая наследница. Вполне может статься, что кто-то из Вудвиллов захочет ее руки, а королева выманит у короля разрешение на их брак.

— Вопреки желанию его брата?

— Королева умеет добиваться своего. Но хватит об этом. Достаточно того, что ваш отец и я не хотим до поры до времени разговоров об этом намечаемом браке. Помешать ему может еще одна причина. Между Изабеллой и Георгом существует кровное родство, поэтому нам потребуется разрешение римского папы.

— Я об этом не думала. Мать улыбнулась.

— Главное я тебе сказала. Не говори о помолвке никому. Пока что это тайна. Изабелла поступила очень неосторожно, сказав тебе, дорогое дитя, но она была очень счастлива. Поэтому... давай радоваться вместе с ней, молиться, чтобы все было хорошо, и чтобы она вскоре стала счастливой супругой Георга. Понимаешь?

— Да, миледи, — кротко ответила я.

В Миддлхем приехал дядя Георг, архиепископ Йоркский. Самый влиятельный из отцовских братьев, он целеустремленно добивался усиления нашего рода, поэтому действовал в тесной близости с моим отцом.

Дядя Джон, недавно очень обеспокоенный отношениями моего отца с Эдуардом, разрывался между верностью короне и семейству, Дядя Георг нет. Он всецело стоял за восстановление могущества Невиллов.

Будучи архиепископом и канцлером, дядя Георг обладал очень большой властью, его приглашение в Миддлхем имело определенную цель. Тогда я не знала какую, однако впоследствии выяснила, что приехал он поговорить о разрешении из Рима на брак Кларенса с Изабеллой.

В Риме у дяди было две заботы: разрешение и надежда получить кардинальскую шапку. И то, и другое вряд ли бы понравилось королю, поэтому и хранилось от него в тайне.

Пока дядя находился в Миддлхеме, он, отец и Кларенс часто уединялись.

Я слегка беспокоилась. Невольно задавалась вопросом, как отнесся бы к происходящему Ричард. И не сомневалась, что осуждающе, поскольку все трое действовали не в согласии с его братом Эдуардом.