Такая вот любовь… - Линдсей Армстронг

Может, это и есть судьба? Ведь с таким же успехом Джек мог бы быть в Нью-Йорке или в Катманду, а он всего лишь в северном Квинсленде. И у нее в запасе есть еще пара недель.

Исходя из соображения, что ее мать не будет волноваться о том, о чем ей неизвестно, Мэгги оставила коротенькое сообщение на автоответчике — на всякий случай! — упаковала чемодан — снова! — и отправилась на север. В поездке был один несомненный плюс: она будет вне досягаемости того журналиста, вздумай он выяснять, кто она на самом деле и чем они занимались с Джеком Маккинноном в тот предрассветный час, запершись в гараже.

Точнее, будучи заперты.

Раньше до мыса Глосестер можно было добраться только по воде, однако сейчас туда была проложена автомобильная дорога.

Здесь оказалось очень красиво. Мэгги поселилась в просторном домике на пляже, окруженном несколькими пальмами. Песок был темный и цветом напоминал жженый сахар, но вода была прозрачной, берег ровным — природа словно приглашала валяться на пляже и не вылезать из теплой воды. В первый свой вечер Мэгги просто сидела на пляже, наслаждаясь покоем и любуясь пейзажем.

Недалеко от нее отдыхала одна пара. Перекинувшись с Мэгги парой фраз, они тут же пригласили ее к себе на ужин. Мэгги сидела недолго. Сославшись на усталость после долгой поездки, она ушла, в глубине души понимая, что не это послужило причиной ее поспешного ухода. Ею вдруг овладели запоздалые сомнения. Правильно ли она поступила, приехав сюда?

Мэгги тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли.

— Завтра мне будет лучше, — убеждала она себя вслух. — Завтра я даже не вспомню об этих сомнениях. — Грустная улыбка показалась на ее губах. — Надо же, а я-то думала, что не отношусь к тем женщинам, которые побегут вслед за мужчиной, позабыв о собственной гордости.

Но, видимо, она все же действительно устала, потому что, как только ее голова коснулась подушки, Мэгги провалилась в глубокий сон.

В шесть тридцать утра она уже шла вдоль пляжа. Солнце еще не вступило в свои права, но она ничего не имела против: ей нравилось видеть и слушать, как просыпается природа. Но когда впереди нее вдруг возникла фигура, все окружающее вмиг потеряло всякую прелесть. Потому что навстречу к ней шел не кто иной, как Джек Маккиннон с удочкой в руке.

Мэгги стоило больших усилий не броситься к нему бегом. Она заставила себя идти как ни в чем не бывало. Джек, напротив, вдруг остановился как вкопанный.

Поравнявшись с ним, она протянула руку и любезно осведомилась:

— Доктор Ливингстон ^[1], я полагаю?

Он промолчал, не ответив на ее рукопожатие.

Мэгги подняла руки.

— Хорошо, хорошо. Это было не смешно. Почему ты молчишь?

Джек долго смотрел на ее босые ноги, белые шорты, топ, волосы, собранные в хвостик, и, наконец, посмотрел в глаза.

— Как ты меня нашла? — спросил он вместо приветствия.

— К сожалению, я обещала молчать, но если пригласишь меня на чашечку кофе, я, так уж и быть, скажу, зачем мне это понадобилось.

— Где ты остановилась и надолго ли?

— Мистер Маккиннон, должна ли я понимать ваш вопрос так: вы боитесь, что кто-нибудь еще, кроме меня, узнает об этом месте? — Она вздохнула. — Уже второй раз обещаю, — она приложила руку к сердцу, — что этот секрет останется со мной.

— Мэгги, — грубо начал Джек, но тут же смягчился. — Ладно, раз уж ты притащилась в такую даль, чашечкой кофе, думаю, я просто обязан тебя угостить.

Дом Джека оказался всего в пяти минутах ходьбы, но был так надежно укрыт среди деревьев, что разглядеть его с пляжа, не зная, что он там, казалось, невозможно. На берегу под брезентом стояла небольшая яхта.

Мэгги поднялась за ним на веранду на второй этаж и приглушенно ахнула перед открывшимся перед ней видом.

— Ты умеешь выбирать место, — восхищенно сказала она. — Здесь очень красиво.

— И уединенно. По крайней мере, так было до того, как провели трассу. Теперь только и делаешь, что натыкаешься на толпы людей.

— Включая меня? — Она круто повернулась к нему. — Наверное, мне просто показалось, но… ведь наша последняя встреча, которая началась не столь уж удачно, что-то изменила в наших отношениях. Или я ошибаюсь?

— Изменила, да не совсем.

Джек взъерошил волосы. Мэгги отметила, что он еще больше загорел, а волосы ему не мешало бы постричь.

— Почему? Я устала повторять, что я вовсе не капризная, взбалмошная…

— Богатая девчонка? — закончил за нее Джек, подняв брови. — Кстати, если ты не согласна с этим утверждением, как ты объяснишь, почему ты здесь?

— Ты наклеил на меня ярлык «Прочь с дороги, когда идет Мэгги Трент!», а я считаю, что ярлык следует поменять.

— Вот как?

— Да! Например, на такой: «Мэгги Трент заслуживает большего». И если ты не согласен со мной, почему бы нам не узнать друг друга поближе? Например, я бы не стала судить о тебе по твоему отцу, даже если бы его знала.

— А вот слона-то я и не заметил, — медленно произнес Джек.

Мэгги фыркнула.

— Типично по-мужски.

Джек слабо улыбнулся, но ничего не сказал.

Дом Джека был простой, деревянный, но отпечаток его личности чувствовался повсюду.

Полы надраены до блеска. Рядом с низкой двуспальной кроватью стоял столик с книгами и красивой лампой из латуни. Дальше Мэгги заметила большой деревянный кофейный стол, на котором лежали несколько книг и стояли модели судов. В просторном кабинете был телевизор, видео- и стереосистемы. Под потолком тихо гудел вентилятор. Окна от солнца защищали жалюзи. В отделке кухни преобладали дерево и хром. Всюду стояли горшки с цветущими растениями. На одной из стен висела картина — яркий, праздничный пейзаж со слонами.

— У тебя здесь очень мило. Особенно слоны.

— Благодарю. — Джек включил кофеварку.

— Откуда она у тебя?

— Кто? — не понял Джек.

— Картина.

Джек пожал плечами и достал чашки для кофе.

— Из Таиланда.

Мэгги присела на стул и сжалась.

— Почему ты так со мной обращаешься? Поверь, мне нелегко.

По его лицу скользнула тень улыбки.

— По-моему, ты уже неплохо освоилась. Что-то незаметно, чтобы тебе было нелегко.

— Я скажу тебе. — Мэгги выпрямилась. — Поверь мне, я никогда этого не делала. Я… — Она замолкла.

— Чего не делала? — озадачился Джек.

— Меняла уже сложившееся мнение о мужчине, вот что! И еще этот гараж! — с негодованием воскликнула она.