Свет твоей любви - Тара Пэмми

Подавшись вперед, Стефано взял левую руку Клио в свою. Она не успела вздохнуть, как кольцо с бриллиантом скользнуло по ее безымянному пальцу.

Сердце заколотилось с неистовой силой. Первым естественным желанием было воскликнуть «Нет!». Но, поймав на себе взгляд Стефано, она сдержалась. Его глаза горели, и Клио не знала, что скрывается в этом огне.

Вспоминал ли он Серену, как она вспоминала Джексона? В тот день, в квартире, она сняла тяжелое кольцо с бриллиантом, подаренное Джексоном. Высвободилась наконец-то после столь долгого заточения.

Глядя на кольцо, она умоляла себя успокоиться. Это все понарошку, и кольцо – единственное, что было настоящим в этой истории. И да, оно ей нравилось. Удивительной красоты кольцо с шикарным ограненным бриллиантом. Поистине королевский подарок.

Клио подняла глаза на Стефано. Он смотрел на нее так пристально, что поток мыслей в ее голове на секунду прервался.

– Стефано, – начала было Клио, но запнулась. – Спасибо, я…

– Не стоит, bella. Даже на минуту не смей верить, что я делаю это искренне.

Пока она обдумывала его слова, Стефано как ни в чем не бывало нагнулся к ней и расстегнул ремень ее кресла.

– Сегодня на ужине мы встретим Джексона, Клио. Я позаботился о том, чтобы до ужина вы не встретились. Но он будет пытаться поговорить с тобой. И будет провоцировать меня. Устраивать сцены. И, насколько я знаю Джексона, все его действия будут низкими и пошлыми. Ты готова увидеть его сегодня?

Клио на мгновение закрыла глаза:

– А что, если нет?

– Знай, что я все равно приведу тебя туда. Джексона нужно остановить, и я не упущу такой возможности.

Слова прозвучали так резко, даже грубо, что Клио не меньше минуты сидела молча. Стоило ей подумать, что она знает Стефано Бьянко, как он снова ее удивлял. В голове опять встал вопрос: за что он так ненавидит Джексона?

Спрашивать об этом бессмысленно. По крайней мере, сейчас. Это подсказывал инстинкт самосохранения, который, впрочем, уже не раз подвел ее в эти дни. Но все же по какой-то причине Клио не хотелось вдаваться в подробности вражды Стефано с Джексоном.

– Я больше не впущу его в свою жизнь, Стефано, – наконец проговорила Клио. – Думаю, для нас это самое главное.

Какое-то время он пытливо всматривался ей в лицо, пока последние сомнения не исчезли в его взгляде.

– Ты меня убедила, bella.

Стефано помог Клио выйти из лимузина на частной территории возле Хемптонского особняка, где проходил заявленный ужин. Подходя к дверям, Клио слышала нарастающий гул голосов и чувствовала усиление накала, напряжения в атмосфере.

Вспышки камер, свист микрофонов – как заставить не дрожать поджилки от всего этого? Казалось, все вокруг только о них и говорят. О них двоих и о Джексоне, который тоже всегда был любимчиком прессы.

Красивый, трудолюбивый, успешный – типичный герой американских историй об успехе. По крайней мере, таким он себя позиционировал.

Держась за кольцо, как за спасительную соломинку, Клио сжимала и разжимала кулаки, когда охрана проталкивала их в особняк сквозь толпу.

– Мистер Бьянко, какие отношения связывают вас с мисс Норвуд?

– Мисс Норвуд, правда, что вы с мистером Бьянко встречались еще в институте?

– Вы ушли от Джексона Смита ради Стефано Бьянко, потому что он богаче и выше по статусу?

Клио едва не рухнула на подкосившихся ногах, но Стефано подхватил ее крепкими руками. Вопросам журналистов не было конца и края, и каждый следующий был бесцеремонней предыдущего.

Стиснув зубы, Клио пробиралась внутрь за Стефано, когда один из особо дерзких репортеров преградил ей путь рукой.

– Мистер Бьянко, всего один вопрос. Мисс Норвуд для вас очередная игрушка или у вас все серьезно?

Стефано остановился и оглядел толпу с хитрой улыбкой на лице. Прижимая Клио к себе, он обнял ее за талию. Его глаза горели ярче вспышек сотни фотокамер, когда он смотрел на нее своим гипнотическим взглядом.

Все тело Клио сжалось в дрожащий комок. Стефано поднес ее руку к своим губам и поцеловал. Да, он сделал это так, чтобы каждый фоторепортер запечатлел кольцо на ее безымянном пальце.

Свою роль он играл блестяще.

Вот только дрожь в теле Клио была неподдельной и неподвластной ей. Будто понимая это, Стефано еще крепче прижал ее к себе.

– Все эти годы понадобились нам для осознания, что мы не можем друг без друга, – уверенно проговорил он. – Мисс Норвуд осчастливила меня, согласившись стать моей женой. И с кем бы она ни была до этого, будьте уверены, к алтарю мисс Норвуд пойдет со мной.

Он говорил, чеканя каждое слово. Эта короткая речь была пропитана гордостью и сицилийским темпераментом.

«Но это лишь игра, – напоминала себе Клио. – К тебе это не относится, он просто хочет отомстить давнему противнику».

Она понимала, что и ей нужно что-то сказать. Нельзя хранить молчание, как с Джексоном. Но, видит бог, к горлу Клио подступил такой комок, что она не могла произнести ни звука.

Как жаль, что нельзя повернуть время вспять. Она бы все отдала, чтоб вернуться в тот день, когда она пришла к нему за помощью. Когда она еще не начала терять себя в нем. Когда сама жизнь еще не разбудила их и не столкнула лицом к лицу с реальностью.

– Мистер Бьянко, вы намерены обосноваться в Нью-Йорке?

– Офис «Бьянко лакшери риал истейт» тоже переедет в Нью-Йорк?

Впервые за этот вечер Клио уловила тень смущения в глазах Стефано. Его пальцы глубже впились в ее талию.

Оставив без ответа оба вопроса, он взял Клио за руку и вошел в особняк.

Клио то и дело напоминала себе, что все происходящее – лишь театральная постановка. По-другому не получалось проводить вечер в компании этого самоуверенного, невероятно красивого мужчины, на фоне которого она казалась себе закомплексованной школьницей.

Дело усугублялось тем, что они, казалось, и впрямь друг другу подходят. Смеются над одними и теми же шутками, один легко заканчивает фразу, начатую другим. Не один бизнесмен, о взаимной неприязни с которым Стефано рассказывал Клио, в этот вечер подходил к ним, расплываясь в искренних поздравлениях. И все как один говорили, что он сделал отличный выбор. «Мы рады, что ты наконец готов оставить жизнь плейбоя и стать семейным человеком», – повторяли они.

Сам Стефано поднимал брови и смеялся, игнорируя бесконечные телефонные звонки от коллег директоров по всему миру.

Сложнее всего Клио было стоять рядом с ним и скрывать в теле предательскую дрожь, что усиливалась с каждой минутой.

Его рука на талии, поцелуй в щеку, томное прикосновение к ней… То, как он поправлял локоны волос за ее ушком; то, как замирали его пальцы в ее волосах – все это будоражило и сводило Клио с ума.