Попаданка 2. Выбор - Анна Герр

— Вас что-то забеспокоило в рассказе Агнии? — вкрадчиво спросил Сумрачный, не покидая своего пригретого места у окна. Он в первый раз за последнее время дал о себе знать и мы все быстро развернулись к нему, забыв, что Крылатый находился вместе с нами в комнате.

— Есть некоторые моменты, которые мне показались странными, — не поднимая головы, задумчиво и медленно отозвался Самуиль.

— И что же? — в тоне Сумрачного слышалась тщательно скрываемая злость и неприязнь к Тёмному.

— Сон, сила перехода и долгота… — оборвал свой ответ Самуиль, явно подумав о чём-то новом.

— Долгота? — непонимающе переспросил Вертон.

Мы все с интересом посмотрели на Тёмного, ожидая ответов.

— Переход был открыт долго и это странно, — пояснил Самуиль, так и не повернувшись к Сумрачному. — Когда прибудем к предполагаемому месту разрыва мне понадобятся инструменты для проведения анализа.

— Что вас так напрягло, господин Ронториум-Ро? — словно не заметив последние слова Самуиля, продолжил свой допрос Вертон. Лицо крылатого продолжало абсолютно ничего не выражать, но блеск глаз выдавал неудовлетворение и нетерпение от полученных ответов от заключённого.

— Сложно в данный момент сделать выводы, господин ри Белогрэд, — отмахнулся от вопроса Тёмный, но теперь развернулся лицом к Вертону. — Нужно идти к точке истончения материи. Мне нужно больше данных и материала, чтобы я смог озвучить свои выводы.

Сумрачный сузил глаза и сверлил около минуты Тёмного. Его руки на груди немного сжались, выдавая своего хозяина, точнее его состояние. Командиру Сумрачных не нравилось, что он здесь и сейчас не получил ответы на свои вопросы. Мы все молчали и недвижимо наблюдали за происходящим, не зная, что ожидать дальше в этом противостояние. Но Вертон удивил.

— Жду список необходимого, — радушно отозвался командир и оторвался от подоконника, чтобы покинуть этот каменный мешок.

Мы поняли, что это далеко не конец и Вертон так просто данную ситуацию не оставит. Явно задумал что-то, что не понравится Тёмному, но где получит все ответы и даже вагончик сверху.

— До свидания, адепты, — коротко бросил Сумрачный, даже не взглянув в нашу сторону и не дожидаясь прощания от нас, просто покинул кабинет. Мы с Мортом заинтересованными взглядами проводили Вертона, переглянулись между собой, где мне подмигнул снежный барс и вернули своё внимание Самуилю.

— Господин Ронториум-Ро, вам есть чем ещё поделиться с нами? — вкрадчиво спросил куратор.

— Рано делать однозначные выводы, господин Гроутен, — таким же тоном отозвался Тёмный и приподнял правую бровь. — Вы отправитесь с нами к граням? Нам могут понадобиться ваши таланты.

— Даже так? — усмехнулся урсолак. — И какие же именно вас интересуют?

— Там места глухие, наполненные дикими тварями. Ваши способности могут облегчить наше пребывание. Аналитический склад ума и нестандартный подход возможно могут сыграть значимую роль в нашей миссии. Иными словами нам требуется помощник, — бровь Тёмного опустилась на место, а на губах заиграла загадочная улыбка. — Ведь у меня нет возможности сейчас призвать своих подручных.

Аррон пристально смотрел в глаза Самуиля, настолько пристально, будто проникал в саму душу и выведывал все сокровенные и тёмные тайны пленённого. Куратору не понравилось то, что он сейчас услышал.

— Если вы закончили с вопросами к адептке Романенко, то мы вас покидаем, — сейчас куратор напоминал командира Сумрачных. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций, а тон был нейтральным и бесцветным.

— Конечно, — благодушно согласился Самуиль и вежливо улыбнулся мне. — спасибо, Агния, за помощь. Ваши слова ценны. Не смею задерживать. До встречи, Агния.

Перепады общения Самуиля нервозно отражались на мне, поскольку я не успевала дать оценку его тону, голосу, взглядам и даже движениям. Он сильно быстро перескакивал с одной эмоции на другую. Его мягкий, обволакивающий тон по отношению ко мне путал, ведь я ожидала увидеть кровожадного убийцу в этой каменной комнате, а не такого… человека.

— До свидания, — глухо промолвила я и быстро встала со своего стула, чтобы покинуть уже побыстрее Тёмного.

Морт моментально бросил своё занятие — изображение каменного изваяния, и крепко взяв меня за руку, повёл к выходу. Куратор грузно двинулся за нами. Самуиль же провожал нас задумчивым взглядом, желая что-то для себя то ли разгадать, то ли понять напоследок, а может и вовсе что-то вспоминал и прикидывал у себя в голове. Когда мы уже вышли за пределы каменного кабинета, то услышали тихие, но твёрдые слова Аррона, что он бросил перед тем, как закрыть дверь.

— Я буду в походе к граням.

Глава 7

Утро выдалось тяжёлым. Я чувствовала себя разбитой. Вчера, после нашей тренировки с Мортом, я долго не могла уснуть переживая за куратора, который отправился вместе с Тёмным и Сумрачными к месту предполагаемого разрыва с миром археусов. В этих переживаниях я поняла насколько успела привязаться к Аррону, да и к этому миру. Я болезненно воспринимала грядущую катастрофу. Не только боясь, что могу пострадать я, Морт и наши друзья, но и за весь мир в целом. Наверное, я стала оборотнем не только на физическом плане, но в и в душе. Успела прирасти к Элерону, к его уникальным жителям, магии и всему этому прекрасному миру.

Несколько раз прокручивала разговор с Самуилем, пытаясь найти для себя ответы. Снова и снова возвращалась к куратору, который сейчас находится в каких-то глухих и опасных местах. В этом водовороте чувств я и уснула. Как итог — мне всю ночь снились кошмары, где я видела огромную трещину в пространстве, из которой лезут археусы. Твари точь в точь были, как на страницах учебников, только гораздо больше и страшнее.

Раздался стук в дверь, ознаменовая, что за мной пришёл Морт и сейчас мы должны будем отправится в столовую. Рановато пришёл. Я не успела собраться полностью.

— Ния, это я, — донеслось из-за двери от снежного барса.

Будто ко мне кто-то ещё может прийти в такую рань. У меня вообще здесь был только один гость, кроме Морта. Вчера перед тренировкой ко мне забежал Свен и передал учебник, в котором находилось больше нужной нам информации по реферату Трабли.

— Минуточку, Морт, — крикнула в ответ, застёгивая россыпь мелких пуговичек на рубашке нежного серо-сиреневого