Неслучайная мама для дочки миллионера - Мила Дали

Лера.

Опираюсь руками в подоконник и будто рассеиваюсь на мельчайшие частицы, переставая ощущать собственное тело. От меня остается лишь жар, тугим клубком наматывается в грудной клетке. Как сложно унять сердечный ритм и обрести покой.

Я поддаюсь магнетизму. На контрасте моих теплых вибраций ледяному взгляду Богдана. Его глаза бесподобны, в них с легкостью можно потонуть, вот только Царёв каждую секунду нашего зрительного контакта транслирует недовольство. А я улыбаюсь и наконец, с облегчением выдыхаю. Искренне радуюсь господину, пусть он сейчас с высокомерием приподнимает бровь.

Все равно улыбаюсь, залипла к стеклу как рыбка в аквариуме. Прижалась ладонью. Царёв недвижим и величественен. Правда теперь я сверху и меня видно полностью. Почему Богдан не уходит?

С волнением вспоминаю наш поцелуй, точнее неистовую взаимность, с которой ответил Царёв. До сих пор не верится. Думала, что за пощечину сразу уволит, и решилась сфинтить. Вкусить запретный плод, мужчину, которым во снах грезят почти все дамы нашего города и не только. Но не прогнал.

Царёв разворачивается первым, скрывается в глубине сада.

Я отстраняюсь и возвращаюсь на постель, сажусь с края осторожно дотрагиваюсь бедра. Зависаю, любуюсь алыми облаками на горизонте. Стало быть, завтра похолодание. На эмоциях от Богдана у меня пересыхает в горле и очень хочется пить, но покидать комнату стыдно. Как маленькая спряталась в домике и считаю, что меня никто не найдет.

Я снова опускаю взгляд на верхушки голубых елей. Признаться, владения Царёва восхищают тщательно исполненным ландшафтом. Внутреннее возбуждение сменяет на озноб. Отталкиваясь руками от матраса, с трудом поднимаюсь и решаю переодеться.

Медленно двигаюсь к шкафу. Интуитивно в душу закрадывается тревога. Нечеловеческая. Лютая. Я знаю от кого буквально фонит этой энергией. Краем глаза опять замечаю черный образ Наура. Он притаился возле статуи льва, и отслеживает меня как хищник из засады.

Это уже ненормально, еще одно появление охранника точно перерастет в фобию. Я отдам место Науру рядом с пауками в копилочке моих страхов. Сейчас мужчина не так близко, не под самыми окнами, но мне от этого не легче. Больше всего на свете я бы не хотела стать чьей-то манией, тем более такого странного верзилы.

Мне нужны шторы! Но ткани даже самой дешевой понадобится метров шесть, а это влетит в несколько тысяч. Достаю кошелек, пересчитываю содержимое. Я дожилась до того, что и серьезных купюр в кошельке не осталось. Сущая мелочь да сотки. Волей-неволей, но мне придется попросить у Царёва аванс, иначе я никогда не смогу спать по ночам.

Хватаюсь за шкаф, когда дверь в мою комнату внезапно открывается.

- Зачем пришла?

Напрягаюсь и вовсе не дружелюбно встречаю у порога служанку. Она язвительно зыркает и поджимает свои тонкие губы. Самара откровенно ненавидит меня, это чувствуется.

- Хозяин прислал доктора, - нахально шагает внутрь спальни и останавливается почти вплотную, цедит, - лучше бы ты головой ударилась…

- Пошла вон.

- С удовольствием. Здесь все нищетой провоняло, дышать нечем. – Самара надменно задирает нос, оглядывая меня с головы до ног. – Скоро возвращается наша госпожа, и тебе придется несладко.

- Я всего лишь нянька.

- Ну-ну…

Что она имеет в виду? Неужели Самаре известно о нас с Богданом?

А я стою. Царапаю ногтями деревянную створку шкафа, наблюдая, как служанка победоносно удаляется прочь, на ходу поправляя белый фартук.

Еще секунда и я бы точно заплакала, но беру себя в руки, когда у входа спальни Самара пересекается с незнакомым мужчиной в медицинском халате. Седой врач опытный специалист и в отличие от персонала дома, ему плевать на наши междоусобные войны. Он приветлив и чем-то похож на моего папу. Я постепенно расслабляюсь и наслаждаюсь его добротой, что как глоток свежего воздуха в этой золотой клетке.

Укладываюсь на постель и стаскиваю штаны до колен, жалуюсь врачу на дискомфорт при ходьбе. Шикаю, когда мужчина, надев перчатки, надавливает на синяк, проверяя травму.