Ночь с лучшим другом - Любовь Попова

Поговорить с Алексом нам так и не удалось. Заорал Митька.

С ним такое бывает. Плохие сны, чаще всего связанные с пожаром.

Но стоит мне лечь рядом с ним, как все проходит, а дыхание восстанавливается.

Обратно в кабинет Алекса возвращаться я не намерена. Не хочу слышать объяснений или оправданий, хотя с чего бы ему оправдываться? А мне с чего обижаться? Нужно просто подумать, как сделать так, чтобы он больше к ней никогда не ходил. Подумать о том, чтобы повторить первый поцелуй, который не вызвал ничего, кроме раздражения. Потому что я была занята. А еще спросить себя, почему я даже не поинтересовалась у Мирона где он получил раны…

Следующие пару дней мои мысли были заняты вопросами о Мироне, а Алекс, словно испарился.

Появлялся поздно ночью и сразу ложился спать. За это время я успела заказать вещей себе и Мите, почитать книги в библиотеке Алекса и даже сделать пару селфи на фоне бассейна.

Не то, чтобы я любила фотографироваться, просто кто знает, когда я еще буду жить в таком доме.

После поцелуя и моего позорного побега к Мите, мое завоевания Алекса отложилось на неопределенный срок.

Или мне так показалось?

На утро субботы, после того как все с трудом, но съели приготовленный мною завтрак, Алекс вдруг не ушел. Обычно он сразу после завтрака уезжает, конечно не объясняя куда.

Он поднимается из-за стола, осматривает нас внимательным взглядом. Так долго, что мы с Митькой в недоумении переглядываемся.

— Что-то случилось? — спрашиваю, напрягаясь всем телом, уже готовая бежать. Куда угодно…

— Хотите в парк аттракционов? Здесь есть один. Недалеко.

— Да-а! — Митька тут же оглушает нас криком, выбегает из-за стола и бросается носиться по дому как заведенный. Но меня внезапная щедрость смущает. Одно дело вещей домой заказать, а тут вывезти, да еще и отпустить бегать по парку. Он же не собирается ходить там за нами?

— Ты не боишься, что мы сбежим? – спрашиваю с иронией, на что Алекс только усмехается.

— Ты накупила вещей на пару сотен тысяч. Никогда не поверю, что ты не захочешь их забрать.

За кого он меня принимает? Думает вещи мне дороже брата?!

— Тогда ты меня плохо знаешь, потому что если ты собираешься…!

— Хватит! — отрезает он начало моей истерики, и я часто дышу, готовая вцепиться ему в волосы. — Это просто парк! У меня выходной. Прекрати везде искать подвох…

— А что мне остается, если ты со мной не разговариваешь…

— О чем ты хочешь поговорить? – спрашивает он и вынуждая меня задыхаться, подходит в плотную. – О сцене, что ты наблюдала? О поцелуе, на который не ответила? Или о том, как я ждал тебя в кабинете чтобы поговорить. Ты определись, ты меня соблазняешь или боишься.

Я, сглатывая слюну, смотрю в карие глаза и отвечаю охрипшим голосом, сама, укладывая руки на его плечи. Ни капли сомнений, все так как должно быть.

— Я тебя не боюсь…

Он целует меня мягко, даже не пытаясь применить язык, и я вспоминаю слова Мирона, что мужчина не будет груб с той, кто нравится.

Мне нужно быть смелее, самой прижаться к нему, показать, что со мной он может получить больше, чем с той женщиной. Мне нужно поработить его. И тогда я не только обрету стабильность, но и смогу быть рядом с братом.

Но все рушится, когда мне в живот упирается что-то твердое.

То, самое, что вторгалось в женщину. Крупное и опасное. Мужское.

Я с вскриком отбегаю, прижимаю ладони к пылающим щекам. Алекс хмыкает и берет спортивный пиджак со стула.

— Не пытайся соблазнить мужчину, если не готова к последствиям. Собирайтесь, я жду в машине.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍