Моё бесконечное падение - Ася Невеличка

— О, да. Предложение у меня серьезнее некуда.

Лицо Кира изменилось. Он нахмурился, повернулся ко мне профилем, слепо вглядываясь в окно. Но я то знала, что в окно с чердака ничего, кроме кусочка неба, увидеть невозможно.

— Ты никогда не задумывалась, почему три друга, основателя компании, холостяки? А точнее вдовцы? Тебя этот факт никогда не смущал?

В шоке, я перебирала в уме известные мне факты и, да, неожиданные совпадения удивляли, а с тем, что их подчеркнул мой братец, еще и вызывали подозрения.

— Ты что-то знаешь? — прерывающимся от волнения голосом спросила я. — Ты должен мне рассказать!

— Вот уж нет, — отмахнулся от меня Кир. — Тебе я не должен ничего. Но готов к сделке. Давай добудем и сопоставим факты. Какая-то часть их тайны известна тебе, что-то мне, что-то мы можем разузнать, не вызывая подозрения. Ты в деле?

Сделка с Киром?

С одной стороны, на душе скреблись подозрения. Сотрудничать с Киром против Кота, отчима и Андрея было подло. Но если я откажусь, то смогу ли сама узнать ответ на вопрос?

Уверенности в том у меня не было. Да и сделка временная. Я просто узнаю их тайну и снова буду сама по себе, не связанная с братцем никакими предложениями.

— Да. Но…

— Но… Ага, у тебя тоже условия против меня? — хмыкнул Кир. — Тогда я первый. Мы не должны вызывать подозрения своими расспросами. А второе, никому, даже своему напомаженному мальчику, не говори о сделке!

— Напомаженному… что? Ты про Кота?

— Про него, — презрительно фыркнул Кир. — Или у тебя несколько мальчиков?

Я покраснела, а братец, видя мою реакцию, засмеялся.

— Тогда начнем? Что ты помнишь о смерти матери?

— Я?..

Растерялась, окончательно прячась за сумкой и бегая взглядом по изученным вдоль и поперек балкам мансарды.

— Да, начни ты, потом я тебе расскажу, как вдовцом стал мой отец.

— Почему я первая?

— Просто мне кое-что уточнить надо. Что-то мне подсказывает, что в свое время мне скормили полуправду. А до этого момента не было нужды перепроверять.

— А как ты проверишь, чтобы не вызвать подозрение Сергея своим внезапным интересом?

— Съезжу к бабушке. Типа на могилу матери, проведать. Бабуля очень сентиментальна, проговорится на раз.

— Я с тобой!.. То есть, можно я с тобой?

— Это будет странно, — скривил в усмешке губы Кир, — но мне это нравится. Будем играть роль брата и сестры. Да? Папке понравится, уверен.

Я стала, продолжая прижимать к груди сумку.

— Тогда я пойду? Про маму… Я не смогу ничего рассказать тебе про маму. Она умерла при родах. Я её даже не знала. Никогда. Только по фотографии.

— А-а-а, — протянул брат. — Жаль. А у отца твоего до Машки никого не было? Ни разу?

— Не знаю, домой он никого, кроме Мари, не приводил.

— Её тоже надо как-то пробить. Я подумаю как.

— Хорошо. Спасибо, Кирилл.

— Э, нет, стой. Раз уж ты бесполезна в части фамильных секретов своей семьи, выясни, что прячут Кости с отцом.

Сердце резко ухнуло в груди и тут же оглушительно застучало в ушах.

— Я должна шпионить за Котом?

— Он тебе доверяет! Больше шансов, что проболтается. И это сделка, крошка, ты должна быть чем-то полезной. Так что тайны Синельниковых за тобой.

* * *

Мой первый «семейный» ужин прошел очень напряженно.

Обычно я не ела вместе с семьей. Готовила, обслуживала — да. Но никогда не ела с ними за одним столом. Мари очень чётко проводила границу между своими близкими и обслугой.

Из-за собственной неконфликтности, или уж скорее от бесполезности пытаться что-то добиться с помощью конфликта, я смирилась со своим положением. В какой-то степени я ощущала себя улиточкой, непривлекающей к себе внимание и всегда с возможностью спрятаться в собственной раковине.

Так что, первый совместный ужин потрепал мне нервы. За столом все молчали. Можно было бы списать на первую дегустацию ужина новой домработницы, если бы не витающее в воздухе напряжение.

Мари игнорировала меня. Кир бросал взгляды попеременно то на меня, то на мачеху, то на отца и прятал недобрую усмешку. Сергей просто не поднимал голову, сосредоточенно проглатывая ужин.

Замечательный семейный… на котором я бы больше не хотела присутствовать.

— Пап, я хочу на выходные поехать к бабушке, — вдруг произнес Кир.

И впервые за ужин Сергей сдал позиции невозмутимости. Вилка и нож брякнули о тарелку. Отчим отложил приборы, вытер губы салфеткой и только тогда в упор посмотрел на сына.

— Моя мать будет рада твоему визиту.

— Но я поеду не к твоей матери. Я хочу навестить могилу моей матери.

Я наблюдала за поединком их взглядов и мурашки бегали по спине. А мне? Мне надо отпрашиваться на выходные в эту поездку?

— С чего вдруг такое желание? — Сергей почти процедил вопрос Киру.

— Я уже сказал. Соскучился по бабушке и давно не навещал мать.

Мари продолжала игнорировать семью, скептически ковыряясь вилкой в тарелке. А вот я чувствовала, что сейчас тот самый момент, когда я должна выбраться из своего надежного домика незаметности.

— И я.

Голос звучал тихо и сипло, но произвел взрывной эффект. Мари впервые оторвала взгляд от тарелки. Кир насупился и постукивал ножом по столешнице, а отчим обратил се свое внимание на меня.

— Ты тоже соскучилась по его бабушке и могиле матери? — в его голосе сквозил неприкрытый сарказм, но почему-то мне даже это в нем нравилось.

— Н-нет. Просто вы не разрешаете мне никуда выходить. И если есть возможность провести выходные с братом, съездить к его бабушке, я бы хотела. Поехать с ним. Поддержать.

— Ну офигеть, какая мне досталась заботливая сестричка, а пап? Теперь, в сопровождении непорочной Витьки, надеюсь, отпустишь?

Сергей отчетливо скрипел челюстью, но потом кивнул, тут же встав из-за стола, тем самым закончив угнетающий ужин.

Убрав за всеми тарелки после ужина и еду в холодильник, я намыла посуду, протёрла пол, сменила кухонные полотенца, отметив, что домработница этого не сделала. Вздохнула, не обнаружив в прачечной выстиранных душевых полотенец, уже прикидывая, как бы незаметно их поменять, но решила пользоваться добротой отчима до конца.

Я постучала в отцовскую спальню впервые за долгое время, и вошла, услышав разрешение.

— Сергей, новая домработница забыла…

— Вита, почему ты напросилась в поездку с Кириллом?

— Эм… Я…

— Только не ври. Ты собираешься улизнуть?