Моё бесконечное падение - Ася Невеличка

— А ты не говорила, что не против пожамкаться со мной.

Не успела я крикнуть, что еще как против, что у меня есть Кот, как Кир мгновенно оказался рядом, обвил талию руками и прижал к себе так сильно, что выбил дух из легких. И не успела я отдышаться, как братец нагло сжал мой затылок и укусил за губу.

В следующее мгновение я оказалась на свободе, а посмеивающийся Кир быстрым шагом удалялся к зданию.

От негодования и беспомощности я топнула ногой. Его можно понять, я се же выселила его из моей комнаты, причем с помощью Сергея в тот же день. Кир отказался занимать спальню моего отца и занял мансардную комнату, где бесновал от тесноты и невозможности расставить звуковую аппаратуру и комп.

У Сергея с Мари тоже оказалось все не гладко. Следующим же днем, как я подписала доверенность на отчима, он ушел из супружеской спальни и заселился в единственную пустующую комнату. По его просьбе, я перестилала в спальне отца свежее бельё, радуясь, что комната снова будет «живой».

Кот мне обрадовался. Мы чуть досидели первую пару, а потом сбежали в переход между зданиями и упоенно целовались, совершенно не находя время для объяснения. А их Кот ждал. Точнее ждал новостей от меня Андрей, а я пока не знала, что можно рассказывать, а что лучше придержать.

У меня не было повода не доверять Сергею и предавать его доверие не хотелось. С другой стороны, у меня не было повода настраивать против себя отца Кота!

— Твой отец просил подыгрывать им, — попыталась я мягко изложить свою позицию. — Вот я и подыграла. Сергей захотел подписанную доверенность, и мы съездили к нотариусу.

— Я так и думал! — зло произнес Кот, продолжая обнимать меня и поглаживать по спине.

И так не хотелось говорить на совершенно неприятные мне вещи, но зная Кота, мне пришлось закончить:

— Ты можешь передать, что у меня не было выбора. Если Сергей еще ничего ко мне относится, то Мари словно с катушек слетела. Я подслушала, что она хотела упечь меня в психушку, если бы я не подписала бумаги.

Кот только сильнее стиснул меня, так что второй раз за день, я только как рыба открывала и закрывала рот, пытаясь протолкнуть в себя воздух.

— А вот это уже серьезно! И лучше бы ты спровоцировала их. Тогда папа смог бы через суд оспорить опекунство на твоем ложном психическом состоянии.

— Что ты говоришь?! Мне надо было безропотно лечь в больницу? С психами? — я оттолкнула Кота, отказываясь даже допускать, что семейная вражда делает дорогих мне людей слепыми.

— Прости! Нет, конечно. Но это был бы самый короткий путь… К нам. Ко мне.

— А есть еще длинный? — уже скептически уточнила я, выставляя руки, запрещая Коту снова обнимать меня.

— Есть длинный. Причем он есть как у па, так и у Бражникова.

Планы Бражниковых, Сергея и Кирилла, на текущий момент волновали меня меньше всего. За три дня, что я не виделась и даже не переписывалась с Котом, потому что мой телефон так и оставался у него, Бражниковы сделали для меня больше, чем мачеха, до сих пор носившая мою и папину фамилию за все время проживания со мной.

Например, сегодня в обед в дом должна была прийти нанятая Сергеем домработница, сготовить обед и ужин на семью, с учетом из пристрастий, и убраться в комнатах. То есть, сделать всю ту работу, которую до сих пор делала я.

В моей жизни уже случилась сказка, несмотря на недовольство и неприкрытую злость Мари. Но что она сможет сделать, если Сергей на моей стороне? И Кир… Неожиданно, он тоже стал более вменяемым, хотя свои грязные поползновения и издевательства не прекратил. Но возможно прошло еще слишком мало времени.

А Кот? А Андрей? К ним у меня еще было уйма вопросов.

Хотя по-честному, очень хотелось стоять с Котом в обнимку и подставлять губы для поцелуя, чем снова думать, что там не поделили взрослые.

— Может, не будем говорить об их делах? Пусть сами разбираются? — просительно спросила я, приближаясь и обвивая Кота за талию.

— Думаешь, если бы можно было остаться в стороне, они бы стали вмешивать нас с Киром в свои дела?

Я затаила дыхание, боясь поднять на Кота глаза, но его слова меня насторожили. Разве Костю и Кира все же заставляли что-то делать против их воли? Например, дружить и любить меня?

* * *

Кир был не в духе. Он хлопнул дверью машины, вызвав резкий окрик Мари. Я задержалась внизу, по привычке заходя на кухню, вдыхая непривычный в это время запах готового обеда, заглядывая в холодильник, не переставая радоваться таким маленьким, но ощутимым изменениям в моей жизни.

И только когда хлопнула дверь спальни на втором этаже, извещая, что мегера заперлась в своем змеином гнезде, я прошмыгнула наверх. И несколько выше нужной мне комнаты. Опомнилась только захлопнув за собой дверь мансарды.

— Чего тебе?

— Ой… по привычке. Извини.

Но уйти Кир мне не дал, сразу скользнув между дверью и мной, блокируя выход с чердака.

— Зачем? Что тебе надо?

Кир вальяжно прислонился спиной к двери и сложил руки на груди.

— Отца нет. Мачеху ты вряд ли звать на помощь будешь. Помощь и Мари несовместимы.

— И что?

— Самое время поговорить.

— О чем нам с тобой говорить? — сказать, что я волновалась, ничего не сказать.

Меня безумно колбасило от необходимости стоять перед Киром и ждать, какую каверзу он придумает на этот раз.

— О твоем новом положении. О твоих возможностях. Обстоятельства всегда разделяют нас. Дома тебя бдит отец, в колледже охраняют Кости. К тебе не подступиться, Витаминка. А у меня есть для тебя офигенное предложение.

— Такое, о котором нельзя говорить при Коте или при отчиме?

— Да… Мы можем заключить взаимовыгодную сделку.

— С тобой?

— Если бы я захотел сотрудничать с папой или с Синельниковым, то не подошел бы к тебе. Так?

Я пожала плечами, начиная расслабляться. Кажется, сегодня братец не собирался меня чморить и приставать.

— Ну, ладно. Давай поговорим.

— Прошу! Занимайте самые удобные места.

Я оглянулась, только сейчас замечая как мало места в моей бывшей комнатенке. Из подходящих мест для того, чтобы присеть, была разобранная кровать, что странно, учитывая, что нанятая домработница должна была прибраться в комнатах, но видимо не во всех, и кожаное игровое кресло у стола с компьютером.

Не успела я сделать шаг к креслу, как Кир отлепился от двери, толкнул меня на кровать, а сам плюхнулся на кресло.

— Располагайся там, мне нравится смотреть, когда ты в моей постели.

От его грязного намёка я покраснела, сдвинулась на краешек и вцепилась в сумку.

— Ты хотел что-то предложить. Надеюсь, твоя сделка серьезная, или я уйду отсюда немедленно.