Незавершенные дела - Нора Робертс

Пианино неистово загрохотало под пальцами Ванессы. Чайковский. Первый концерт для фортепиано. Первая часть. Сейчас ей хотелось играть эту романтическую тему именно так — со страстью и яростью, чтобы излить в музыке то, что ее терзало сейчас.

Кто дал ему право? Как он посмел будить чувства, которые она почти забыла — хотела забыть. Хуже того — он показал ей, насколько глубже, сильнее и мучительнее стали они теперь, когда она повзрослела.

Он ей никто. Он ничего для нее не значит. Просто старый знакомый, друг детства. Он больше ее не обидит. И она больше никому не позволит иметь над собой такую власть, как когда-то имел Брэди.

Чувства пройдут, потому что она заставит их пройти. Если она и научилась чему-то за все годы адского труда, так это владеть собственными эмоциями.

Ванесса перестала играть и сидела, положив руки на клавиши. Не то чтобы ей удалось восстановить хладнокровие, но злость и отчаяние, по крайней мере, ее покинули.

— Ванесса?

Она обернулась и увидела в дверях мать.

— Я не знала, что ты дома.

— Я пришла, пока ты играла. У тебя все в порядке? — По лицу Лоретты было заметно, что она чем-то встревожена.

— Да, все хорошо. — Ванесса откинула волосы. Глядя на стройную элегантную мать в изящном костюме, она испугалась, что выглядит распаренной растрепой. Ее плечи механически выпрямились — это была защитная реакция. — Извини, я, кажется, забыла, который час.

— Какая разница? — Лоретте хотелось подойти и самой пригладить волосы дочери, но она не решалась. — Перед самым закрытием ко мне в магазин принесло миссис Дрискол. Она доложила мне, что ты ходила к Хэму Такеру.

— У старушки, однако, орлиный глаз.

— И нос, — нерешительно улыбнулась Лоретта. — Значит, ты была у Хэма?

— Да. — Ванесса продолжала сидеть, лишь повернулась к ней.

— Какая ты молодец, что заглянула к нему. Он тебя очень любит.

— Я знаю. — Внутренне собравшись, Ванесса спросила: — А почему ты мне не сказала, что у тебя с ним роман?

Лоретта нервно затеребила бусы на шее.

— Понимаешь, я не знала, как об этом заговорить. Не знала, как объяснить. Я боялась, что ты больше не захочешь видеть его, тебя это будет смущать, если ты узнаешь, что мы…

Она определенно не могла выговорить слово «встречаемся», потому что считала, что «встречаться» в их возрасте уже неприлично.

Ванесса приподняла одну бровь:

— А может быть, ты считала, что это меня не касается?

— Ах, Ван… — Рука Лоретты, теребившая бусы, безвольно упала.

— На самом деле так оно и есть, конечно. Раз вы с отцом давно развелись, ты можешь выбирать себе друзей, каких захочешь.

Услышав осуждение в голосе дочери, Лоретта выпрямилась. В ее жизни было много вещей, достойных сожаления и даже стыда, но отношения с Абрахэмом Такером были не из их числа.

— Совершенно верно, — холодно произнесла она. — Я не стесняюсь и уж тем более не стыжусь того, что мы встречаемся с Хэмом. Вначале мне было не по себе из-за Эмили, она все-таки была моей лучшей подругой… Но она умерла, и Хэм остался один, как и я. Наверное, наша общая любовь к Эмили нас и сблизила. Я очень горда тем, что мы вместе. — При этих словах ее щеки зарделись. — Он дал мне то, чего я никогда не знала. Понимание.