Парус любви - Лори Макбейн

Над изумрудными холмами Антигуа плыли гряды пушистых белых облаков. В раскачивающихся листьях пальм, что росли вдоль песчаных берегов, шелестел ветер. Со шканцев «Морского дракона» извилистые берега выглядели как упавшие с неба сверкающие полумесяцы.

По приказу капитана Ри Клэр сидела в каюте, пока лоцман не покинул корабль. Только после этого она вышла на палубу. Тропическое великолепие бирюзового залива, окруженного аквамариновыми холмами с распахнувшимися над ними лазоревыми небесами, не могло не вызвать ее восхищения. Никогда в жизни не видела она таких ярких и разнообразных красок. Ри даже казалось, что перед пей нечто сказочно нереальное.

– Ничего не скажешь, зрелище просто удивительное, – заметил Сеймус Фицсиммонс. – Затмевает красотой даже зеленые холмы моей родины, хотя я и не осмелился бы признать это в присутствии другого ирландца, – произнес он с широкой улыбкой, посматривая поблескивающими черными глазами на Ри. Однако ее обычно искренняя, теплая улыбка на этот раз выглядела принужденной, и под прекрасными глазами лежали бледно-лиловые тени, по-видимому, свидетельствовавшие, что она провела беспокойную ночь.

– Сегодня на вас просто приятно посмотреть, – сказал Мак-Доиалд, поднявшись по трапу на полуют. Его отеческий взгляд скользнул с кожаной юбки на обнаженные руки, на стройные пожки, и густые, песчаного цвета брови мрачно нахмурились. – Придется мне, не откладывая, поговорить с мистером Кёрби, – пробурчал он, уловив блеск в глазах ирландца, который смотрел на безупречный профиль Ри и еще пониже, куда приличия не разрешают заглядывать истинным джентльменам.

– Матросы просто заглядятся, верно, Алек? – заметил Сеймус Фицсиммонс.

– Да, Сеймус, этого-то я и побаиваюсь, – лаконично ответил шотландец. Услышав чьи-то шаги на трапе, он вздернул кустистые брови и, повернувшись, увидел ухмыляющегося всем своим щербатым ртом Лонгакра. По пятам за ним следовал Конни Бренди. – Мои опасения, кажется, сбываются, – он, выпуская колышущееся облачко дыма.

– Я же вам говорил, мистер Лонгакр, – донесся до них голос юнги.

– Да, верно, парень, – хихикнул шлюпочный, искоса поглядывая на Ри. – Гляжу и радуюсь, будто высаженный на необитаемый остров моряк при виде появившегося на горизонте паруса, – сказал он, потирая щетинистый подбородок и едва не выплясывая джигу.

Стараясь подавить свои мучительные мысли, Ри принудила себя улыбнуться старому пирату.

– Надеюсь, Конни передал мою благодарность вам и всей команде, мистер Лонгакр, – сказала Ри, глядя ему прямо в глаза.

– Передал, передал, миледи, – отозвался Лонгакр, довольный тем, что на него, человека уже пожилого, обратила внимание молодая леди.

– Я и в самом деле очень вам благодарна, – повторила она, испытывая теплое чувство к человеку, смотревшему на нее с таким искренним удовольствием и улыбкой.

– Я сделал это по своей доброй воле, как и весь экипаж, – сказал Лонгакр и тут же прибавил с дьявольской ухмылкой: – Конечно, я зарыл бы их живьем в землю, не сделай они этого.

Слушая его, Ри подумала, что ему, может быть, случалось и в самом деле подвергать людей такой жестокой казни.

– Парни, вы видели, кто бросил якорь недалеко от нас? – спросил Сеймус Фицсиммонс, кидая многозначительный взгляд на судно под пестрым флагом.

– Видел, – равнодушно уронил Мак-Доналд, но Лонгакр отнюдь не склонен был держать язык за зубами.

– В последнее время этот стервятник изрядно намозолил нам глаза, – сказал он, сплевывая коричневую табачную жижу за поручень.

– Наверное, дела у него тут какие-то, – заметил Мак-Доналд, не слишком встревоженный появлением пестрого флага.

– Да уж, Берти Мак-Кей – человек деловой, – с кислым видом сказал Фицсиммонс, вспомнив, что видел эти паруса у мыса Сан-Антонио.

– Берти Мак-Кей? – Ри почудилось в этом имени что-то знакомое. – Я, кажется, слышала его имя.

– Да. Он, можно сказать, занимается тем же делом, что и мы, – с усмешкой произнес Сеймус и подмигнул Лонгакру, не отводящему злобных глаз от стоящего неподалеку судна.

– Значит, он знакомый капитана Лейтона? – спросила Ри, в глубине души надеясь, что капитан прикажет спустить шлюпку и навестить друга. И тогда она в его отсутствие...

– Вот уж никак не скажешь, что они большие друзья. Навряд ли станут пить чай вместе. Слишком часто их дороги пересекались, миледи, – загоготал Лонгакр, согнувшись от хохота, настолько смешной показалась ему мысль, что капитан сядет пить чай с Берти Мак-Кеем.

– Я бы сказал так, – с легкой усмешкой заметил Сеймус Фицсиммонс. – Имея такого друга, как Берти Мак-Кей, во врагах уже необходимости не будет...

Слушая их язвительные отзывы, Ри постепенно вспомнила, где она слышала имя Берти Мак-Кея. Она с ужасом поняла, как должен был беситься такой подозрительный человек, как Лейтон, предполагая, что она сообщница его соперника, тоже контрабандиста.

– Среди врагов Берти Мак-Кея живых уже. немного, – сказал Лонгакр и, невзирая на явное отвращение, с которым наблюдал за ним помощник капитана, снова сплюнул табачную жижу.

– Наш капитан, верно, уже давно с ним враждует, – гордо произнес Конни. – Был случай, в проливе, когда мы здорово его одурачили.

– Я вам не говорил об этом, миледи? – вставил Лонгакр, откашливаясь, прежде чем начать рассказ. – Старина Берти Мак-Кей думал провести нас, бывалых ребят с «Морского дракона», но сам остался с носом. Он заслал к нам на борт своего шпиона. Хотел разведать все наши тайники, а затем напустить на нас королевский флот, – с хмурым видом рассказывал старый пират, пылая негодованием при одном воспоминании о такой низости. – Но мы хорошо проучили и его, и его шпиона, правда, Конни?

– Да, капитан быстро расправился с этим гадом, – с удовольствием вспомнил Конни.

– Каким же образом? – нерешительно спросила Ри, ибо выражение глаз Лонгакра не оставляло сомнения, что он вспоминает свое пиратское прошлое.

– Мы схватили шпиона и посадили его в лодку с зажженным сигнальным фонарем, чтобы Берти Мак-Кей не заблудился. – Поперхнувшись табаком, шлюпочный вдруг посинел, и Мак-Доналду пришлось сильно хлопнуть его по спине.

– Что стало с этим человеком? – робко спросила Ри. Теперь она наконец поняла, как разумен был совет капитана не упоминать о тех обстоятельствах, при которых она появилась на борту «Морского дракона». Ведь если даже он подозревал, что она может быть в сговоре с Берти Мак-Кеем, то что подумали бы эти люди?

– Можо быть, он все еще болтается в проливе? – с надеждой в голосе хрипло предположил Лонгакр.

– Тогда кого же я видел в Сан-Эустахио – привидение? – вспомнил помощник капитана. На лице старого пирата появилось почти комическое выражение разочарования.

– Бьюсь об заклад, он пожалел, что не остался в ялике, когда Берти Мак-Кей взял его на борт. – вмешался Конни, представив себе встречу Мак-Кея с его неудачливым соглядатаем.