Red is my favourite colour - Солодкова

— Давай просто вместе заснём.

***

Засыпали порознь — она отчего-то заплакала и убежала к себе. Я проворочался полночи, прислушиваясь к всхлипам за стеной. В душе разливались горячей смолой жалость и стыд за своё поведение. Зря мы приехали сюда вдвоём. У нас снова ничего не выходит, а я с каждым днём будто всё более бессильный. Время утекает сквозь пальцы, и я ничего не могу с этим поделать.

Мне снилось, что я потерянный в пустыне путник. Проснувшись там от зноя и жажды, я сразу понял, что меня ждёт тяжёлый день. Собрав в голове всё по частям, я стал вспоминать своё прошлое.

Через полчаса обжигающего душу пути её силуэт проявился в моей голове еле заметной молнией в туманном небе.

Было сложно представить, что я делаю в пустыне прямо сейчас, в один из этих прекрасных рассветов. Было сложно понять, куда нужно идти, и только сломленный голос в голове указывал дорогу.

Прошло ещё немного времени, и я упал. Без сил. Без духу. С потерянным рассудком.

Я лежал и бредил. Все мысли затмевал её портрет. Мои глаза горели огнём небывалой мощи. Моё сердце скрипело от боли, а разум покидал тело всё быстрее.

Когда последняя часть моего естества отправилась в долгий, скорее бесконечный и мучительный путь, я увидел её. Ту половину себя, которую потерял веками назад. Увидел воочию. И ничто не могло испортить эту картину. Мы вместе уносились вдаль по течению, мимо звёзд, планет и вселенных. Поток сливал нас вместе, и больше нельзя было представить что-нибудь другое. Только слияние.

Две новых звезды родились в тот алый рассвет. Сложно было сказать, как ещё можно добиться счастья.

Наутро я очнулся с лихорадкой и бредом. Амелия сидела у моей постели и читала чьё-то письмо, обрушивая на него град слёз. Я испугался, подскочил в нетерпении узнать, что такого там написано.

Она широко улыбнулась и протянула мне письмо. Размашистый почерк Натсай было ни черта не разобрать, но отчётливо выделялась фраза в самом конце:

«Мы приедем к вам на Рождество».

Комментарий к 28. Море

Роковая Амелия от прекрасной читательницы Oriamore ❤️: https://ibb.co/KFfFLXy

Ваши «жду продолжения» и особенно комментарии невероятно мотивируют, пожалуйста, не забывайте про них, спасибо! ❤️✨

========== 29. Влечение ==========

Комментарий к 29. Влечение

Мильковский — Не беспокоит

Тринадцать карат, Три дня дождя — Больше не буду

Fight or Flight — Sacrifice

Breaking Benjamin — So cold

Ramil’ — Огонь

Godsmack — Love-Hate-Sex-Pain

Приятного чтения ❤️

— «Выходи за меня замуж».

Оминис в этот момент опрометчиво делал короткий глоток виски из пузатого бокала, поэтому поперхнулся и закашлялся, стуча себя кулаком в грудь.

— Сэллоу, ты тут ничего необычного не ел и не пил? — он отставил стакан, подвернул рукава своего странного свитера и устало провёл рукой по лицу. — С чего ты взял, что она согласится?

— Как «с чего»? — я возмутился, сдвинув к переносице брови. — Она моя!

Оминис с мгновение застыл, затем медленно протянул руку и потрогал ею мой лоб.

— Жара вроде нет…

Я оскорблённо отстранился и погрузил затуманенный взгляд в стакан сока. Внутри, несмотря на предновогоднюю суету и приезд друзей, распространяла свою скверну тревога. Она неприятно щекотала горло и держала в напряжении всё тело, медленно дробила кости в крошку.

— Что на тебе за свитер? Лохмотья какие-то, — пробурчал я, не видя перед собой ничего, кроме поблескивающей в огне свечи столешницы.

— Аккуратнее! Это подарок Натти, она сама вязала. — Оминис чересчур трепетно и приторно-заботливо погладил свитер в районе груди и обернулся назад, где в креслах сидели Натсай и Поппи, ждущие, когда проснётся Амелия.

— Мерлин, она что, разучилась колдовать или воспользовалась твоей слепотой? — я тоже обернулся и, встретившись с Онай взглядом, как можно сильнее скривил и без того недовольное лицо.

Наверху раздались тихие и сонные шаги. Сердце встрепенулось, подскочило и тут же упало на самое дно. Я крепче сжал стакан в пальцах. Заскрипели половицы на лестнице, и показалось заспанное лицо Амелии, на голове которой красовалось самое настоящее гнездо.

Вскрики. Писк. Визг. Оханье-аханье. Я закатил глаза и цокнул: ох уж эти шумные и эмоциональные девчонки. Подумаешь, подружки встретились. На меня она так не реагировала.

Я затылком чувствовал накал в воздухе от встречи этих троих. Мгновенно зазвучал заговорщицкий шёпот, суливший только одно — сплетни. Я напрягся. Что она им расскажет? Неужели передаст мои слова точь-в-точь? Они же сожрут меня, эти ведьмы. И Оминис ещё… Воровато зыркнул в его сторону, инстинктивно отодвигаясь подальше.

***

— Да у тебя даже походка изменилась! Я это ещё в Лондоне заметила. А ну колись, кто он? — Натти, хитро улыбаясь, пихнула моё плечо своим, пока мы спешили к заливу, берег которого совсем замёрз и покрылся настом.

Я, одевшись на скорую руку, спросонья спотыкалась обо все препятствия подряд. Нет ничего хуже, чем с самого утра увидеть Сэллоу — день сразу же идёт коту под хвост.

— Дура ты! И вообще, сейчас Поппи придёт, и тебе станет стыдно! — журила её я, хотя мне самой не терпелось обо всём рассказать, да со всеми подробностями.

— А ты сама к Поппи-Моппи внимательно приглядись, а потом говори. — Натти как-то странно подмигнула и припустила к моему излюбленному бревну. Села на него, блаженно вытянула ноги и всем корпусом легла на них, сладко потягиваясь. Разогнулась, взъерошила копну своих курчавых волос и расплылась в довольной и самой яркой улыбке, которую я когда-либо видела.

— Я думала, это будет несколько проще, а оказалось, это такая паутина, что Запретному лесу и не снилось. — Я натянула ворот тулупа до самых глаз и спрятала руки под бёдра. Говоря на такую щепетильную тему, хоть и завуалированно, я вся тряслась. Голос дрожал, а язык будто рвался скорее поведать о моих «подвигах», обгоняя саму мысль.

— Ты имеешь в виду секс? — невозмутимо уточнила Натти, а я моментально загорелась и вытаращила глаза. Схватила её за руку, точно это помогло бы сменить тон беседы.

— Ну… да, — прошептала я, оглядываясь. — Чувствую себя самой настоящей падшей женщиной, хотя последние полгода только об этом и мечтала. — Отвела взгляд, отрешённо ковыряя носком ботинка застывшую почву.

— Вот придумала! Раз он до сих пор не разболтал, значит, достойный мужчина. — Чуть задумалась, смотря в небо. — Кстати, насколько он… мужчина? — испуганно вжала голову в плечи и прыснула, дожидаясь моего