Ночные кошмары - Нора Робертс

Тяжесть его тела опрокинула ее на землю. Ной нагнулся к Оливии и помог ей встать. Его руки, до сих пор такие уверенные, начали дрожать.

– Ты в порядке? Все хорошо? – снова повторил он, поспешно ощупывая ее тело. – Он порезал тебя. – Пальцы Ноя нежно коснулись ее шеи. – О боже, Лив…

Оливия вцепилась в него, его голос вернул ей силу и самообладание.

– Я подумала, что он мог убить тебя. Увидела кровь и подумала… Нет! – Она отпрянула и обхватила лицо Ноя ладонями. – Папа!

Оливия сделала шаг в сторону и опустилась на колени рядом с отцом.

– Ох, нет, нет, нет. Не надо. Пожалуйста. Я так виновата. Папа, прости меня! – Она попыталась руками зажать его рану, чтобы остановить кровотечение.

– Не плачь, Ливи. – Сэм Тэннер поднял дрожащую руку и прикоснулся к лицу дочери. – Для меня это самый лучший выход. Мое время кончилось. Мне было нужно снова увидеть тебя. Это было последнее, что я должен был сделать. У тебя глаза матери. – Он слегка улыбнулся. – Впрочем, так было всегда. Я уступал ей во всем. И слишком часто разочаровывал ее.

– Не надо. Не надо. Пожалуйста… – Она прижалась лицом к его груди. – Ной, помоги мне.

– Будь я таким, каким должен был быть и каким она считала меня, Джулия была бы жива.

– Ничего не говори. Нужно остановить кровотечение. Нас скоро найдут. – Она торопливо складывала переданный Ноем кусок ткани. – И мы тут же отвезем тебя в больницу.

– Ты умная девочка. Тебе и карты в руки. – Глаза Сэма затягивались дымкой, но он успел посмотреть на Ноя. – Она умница, правда, Брэди?

– Правда. – Ной оторвал от рубашки еще один лоскут и прижал его к раненому боку Сэма. – Так что слушайте ее.

– Я бы предпочел умереть как герой. – Короткий смешок закончился приступом кашля. – От прежнего Сэма Тэннера уцелело достаточно, чтобы это доставило мне удовольствие. Этот сукин сын мертв?

– Мертвее не бывает.

– Слава богу. – Боль отступала. – Ливи… – Он сжал ее руку. – В ту ночь… я искал тебя не для того, чтобы причинить вред.

– Я знаю. Знаю. Не уходи от меня сейчас, когда ты наконец вернулся.

– Мне так жаль, Ливи. Я хотел, чтобы ты взглянула на меня раз, только один раз и поняла, кто я такой. Но перед самым концом я защищал тебя. Наверно, это награда. Компенсация за долгие годы, когда я этого не делал. – Зрение угасало. – Напиши книгу, Брэди. Расскажи правду.

– Можете не сомневаться.

– И позаботься о моей девочке. Ливи, любовь моя, поцелуй меня на ночь.

Глотая слезы, Оливия прижалась губами к его щеке. Когда пальцы отца, державшие ее руку, разжались, она испустила горестный стон, тихий и протяжный.

Дождь не прекращался. Оливия баюкала тело отца и плакала. Ной молча сидел рядом.

Оливия уснула, потому что Ной силой заставил ее выпить снотворное. Когда она проснулась, отупевшая от лекарств, горя и потрясения, стоял полдень.

Она услышала пение птиц, почувствовала, как к лицу прикоснулся солнечный луч, и увидела сидевшего рядом Ноя.

– Ты не спал.

Он уже держал ее за руку. И, казалось, не мог отпустить.

– Немножко успел.

– Я помню все случившееся, но так, словно оно обернуто в вату.

– Пока не будем об этом.

«Господи, какой он красивый, – подумала Оливия. – С измученными глазами, небритый, но такой родной…»

– Ты спас мне жизнь.

– И погасил часть долга. – Он наклонился и поцеловал ее. – Но не заставляй меня делать это снова.

– Согласна. Как твое плечо?

– Я мог бы сказать, что это пустяк, но к чему лгать? Болит зверски.

Она села, подняла рукав его футболки и прижалась губами к повязке.

– Спасибо. Может быть, поспишь еще немного?

– Нет. Мне нужно встать. – Она заглянула ему в глаза. – Встать и пройтись. Ной, пойдем гулять в лес.

Она оделась и протянула ему руку.

– Как мои родные?

– Еще спят. Твои дедушка и бабушка просидели с Джейми до самого рассвета.

Она кивнула и сделала шаг вперед.

– А твои?

– В соседней комнате.

– Мы будем нужны им. Всем. А они нам.

Они спустились по черному ходу и вышли через кухню.

– Твой отец… – начала Оливия. – Когда они нашли нас, он не знал, что делать. То ли гордиться тобой, то ли испугаться задним числом. – Она тяжело вздохнула. – Думаю, там было и то и другое.

– Он учил меня держать оружие и относиться к нему с уважением. Но надеялся, что мне никогда не придется им пользоваться.

– Ной, я не знаю, что и думать. Долгие годы я считала отца убийцей, причем самым страшным из всех. Когда я потеряла его, мне было четыре года, а теперь он вернулся. Вернулся так, что это все изменило. А я ничего не могу ему сказать.

– Он знал.

– Да. И это утешает. – Когда они вошли в рощу, Оливия стиснула его руку. – Я не убежала. Не бросила его. На этот раз я не бежала и не пряталась. Теперь я могу жить с этим. Потому что не убежала.

– Лив, перед смертью отца ты дала ему все, чего он хотел. Посмотрела на него и узнала. Он сказал мне, что не смел на это надеяться.

Она горестно кивнула.

– Я любила дядю всю свою жизнь. Ставила его на место отца, восхищалась и доверяла ему. Но он оказался совсем не таким, как я думала. И отец тоже. О боже, боже… Ной, что будет с тетей Джейми? Как она переживет это?

– У нее есть ты и родители. Она справится.

– Надеюсь, она останется здесь. Хотя бы на время. Чтобы прийти в себя.

– Думаю, она захочет услышать это от тебя. Она снова кивнула и слегка прижалась к Ною.

– Ты очень чуткий и знаешь, что хотят слышать другие. – Она негромко вздохнула. – Я боялась, что не смогу прийти сюда и почувствовать то же, что чувствовала прежде. Но оказалось, что могу. Тут так красиво. Столько жизни. И никаких чудовищ.

– Их больше не будет. Никогда.

– Я люблю это место. – Оно укрыло и защитило ее. И теперь у Оливии был выбор. Вернуться к прежней жизни или начать новую.

Она отпустила руку Ноя и повернулась к нему.

– Но есть и другое. Выше по берегу. Там стоят огромные старые деревья, а со скал открывается вид на океан. – Она сделала паузу и серьезно посмотрела ему в глаза. – Там мы могли бы построить дом.

Лицо Ноя выразило целую гамму чувств, уступивших место спокойной радости.

– На сколько спален?

– На пять, как договорились.

– О'кей. Камень или дерево?